Ива кивнула, а затем мягко оставила его, не давая продолжить попытку оправдаться за неуклюжее приглашение на прогулку в садах.

- Давай мы вернемся к этому вопросу, когда ты сам будешь готов меня куда-то пригласить, а пока останемся друзьями, – она улыбнулась и протянула ему руку.

Ленни неуверенно пожал протянутую ладонь, скрепляя их маленький договор, а затем вежливо попрощался и, преисполнившись какого-то незнакомого чувства легкости и уверенности в себе, отправился домой.

- Щас Хелен ему всыплет веником по хребту, и он снова придет к тебе на порог мямлить про «это самое», – философски заметил Шу, стоило девушке закрыть дверь за несостоявшимся ухажером. Спрыгнув со стола, на котором он все это время подслушивал разговор, ласка взобрался по подолу платья вверх и повис на краешке корзины, засунув внутрь нос и принюхался. Кажется, под привычной салфеткой в красно-белую клетку скрывались булочки с малиной. Зверек довольно облизнулся и, отпустив край корзины, шлепнулся в подставленную хозяйкой ладонь.

- К счастью, это будет уже потом, – вздохнула Ива, усаживая приятеля на плечо. – Сейчас мне ни к чему поклонники, тем более, действующие по материнской указке.

Девушка с лаской на плече и корзинкой в руках вернулись на кухню. Выложив принесенную выпечку в деревянную плошку, травница взялась за приготовление завтрака, решив, что омлет будет лучшим началом дня.

Тихо постукивал нож о разделочную доску, когда хозяйка ловко нарезала помидоры и ветчину. Пышной шапкой поднялись взбитые с молоком яйца. Зашкворчала сковорода, на которую выложили помидоры и ветчину, заворчала яично-молочная масса, соприкоснувшись с раскаленным дном посуды. Кухня наполнилась ароматом свежеприготовленного омлета, ароматом уютным и одновременно аппетитным. Именно тем, что нужно, чтобы исправить испорченный утренними происшествиями день.

Ива наложила по тарелкам омлет, налила свежезаваренный чай в большую глиняную кружку и, поставив на стол булочки, наконец села и приступила к завтраку. Шу привычно устроился на столе, таская из своей тарелки кусочки пищи, то и дело поглядывая на румяные бока выпечки.

Закончив с завтраком, девушка также неспешно вымыла посуду и, бросив короткий взгляд на часы, висящие над входом в кухню, решила, что у нее еще осталось время разобраться с головной болью в виде огрской головы, подозрительно затихшей в ведре.

Склонившись над временным пристанищем огра, она выдернула у того из зубов кочергу и чуть не выругалась сама, увидев, насколько тот изжевал металл.

- Одно неверное слово, и я снова заткну тебе рот кочергой, – пригрозила она, для наглядности продемонстрировав узнику ведра импровизированный кляп. – Ты меня понял?

- Да, – сердито буркнула голова, нахмурив брови.

- Как тебя зовут?

- Горм, – не меняя интонации, ответила голова.

Шу забрался на край ведра и с интересом заглянул внутрь, Горм оскалился и гневно прошипел:

- Дух в теле трупа. Мерзость.

- А голова в ведре, это прям прелесть, как нормально? – парировал ласка насмешливо. – Я хотя бы целиком живой, а не отдельными частями, в отличие от некоторых.

Ива перехватила приятеля поперек туловища и, прерывая дальнейшие бесполезные споры между этими двумя, устроила его на полке, где хранила приправы. Зверек возмущенно засопел, но, поймав суровый взгляд девушки, предпочел остаться на месте, наблюдая за головой сверху.

- Итак, Горм, самое время рассказать, кто такой на самом деле и как оказался в таком интересном положении, – взяв голову за ухо, она вытащила ее из ведра и устроила на столе. Горм тут же засопел, широко раздувая ноздри и жадно втягивая воздух, наполненный ароматом омлета. Затем он облизнулся и, скосив глаза в сторону сковороды, пробасил:

- Еда. Горм хотеть еды.

- Сначала ответы, потом еда!

Огр нахмурился, недовольно выпятил нижнюю губу, но, поняв, что все ужимки оставляют девушку равнодушной, вздохнул.

- Воин. Шаман, – он скривился и опустил глаза. – Шпион. Должен следить за ведьмой. Изучать ее силу. Подружиться.

Ива задумчиво потерла подбородок и обменялась быстрыми взглядами с Шу, кажется, их дерзкий побег сорвал не только неясные планы императора, но и огров. Для чего-то же те хотели подружиться с императорской ведьмой, правда, выбрали не самого приятного парламентера, да и способ выбрали весьма странный.

- Я ответил. Еда, – напомнил Горм, вновь попытавшись взглядом указать на остатки омлета в сковороде.

Травница кивнула, вынужденная признать его правоту огра. Подхватила вилкой кусок омлета со сковороды и вложила его в открытый рот. Голова радостно зачавкала, жмурясь от удовольствия. Шу с жадным интересом наблюдал за поглощением еды, то и дело пытаясь заглянуть под обрубок шеи, ожидая, что прожеванные куски должны вывалиться оттуда. Ничего такого не произошло. Ласка скользнул вниз по стенке шкафа, очутившись на столе, крадучись подобрался к Горму и попытался заглянуть под него, огр рыкнул, отгоняя любопытного зверька.

- Слушай, а куда потом еда девается? Он же должен после еды... ну, это самое, – встав на задние лапы, он провел передней от живота вниз, намекая на вполне очевидный естественный процесс.

Ива замерла, не донеся вилку с омлетом до жадно распахнутого рта огра, а затем брезгливо поморщилась и встряхнула головой, решив даже не представлять, что имеет в виду Шу. Быстро сунула наколотый кусочек еды Горму и отложила вилку, на лице огра отразилось разочарование.

- Голоден. Еще еды, – сообщил он в своей обычной ворчливой манере.

- Да как голоден-то? У тебя ни желудка, ни кишков! – возмутился Шу, потыкав лапой шею Горма, в ответ тот попытался цапнуть наглого зверя.

- Отвали, дух! Горм голоден. Точка. Неважно как, голод есть. – Казалось, голова смущена такими вопросами и очевидно не хочет вдаваться в особенности своей жизнедеятельности.

- Так ты ж раньше не просил еды, – заметила между делом Ива, разделяя остатки омлета на небольшие кусочки, хоть в этом и не было смысла, в открытую пасть можно было засунуть сковороду целиком. – И ничего, не умер.

- Пил. Много пил. – веско и с явным удовольствием сообщил Горм. – Смерть – нет. Голод – да.

В лавке раздался звон колокольчика, заставив всех троих вздрогнуть от неожиданности. «Ива, милая, ты здесь?» – раздался голос Елены откуда-то от двери. Травница, не смотря на возмущенное шипение, схватила голову и сунула в ведро.

- Сиди тихо, ни звука, – шепотом произнесла она, сунула в рот Горму остатки омлета, затем накрыла ведро разделочной доской и поставила его в дальний угол, рядом с печью. – Да, уже иду! – отозвалась Ива и поспешила на голос подруги.

Елена немного растерянно стояла на пороге лавки, придерживая висящую на локте корзину с сиреневыми, фиолетовыми, розовыми метелками люпинов. Увидев в кухонном проеме хозяйку лавки, женщина улыбнулась и сделала шаг навстречу.

- У тебя дверь открыта, вот я и решила зайти. Не знала, что ты еще не готова посетителей принимать.

- Видимо, когда Ленни выпроваживала, закрыть забыла. К тому же, тебя я рада видеть в любое время, – Ива обняла подругу за плечи, привычно увлекая ее в сторону чайного стола.

Услышав имя сына пекаря, Елена понимающе хмыкнула, поставила корзинку с товаром на пол и, расправив юбку, села за стол. Подперла ладонью щеку и с мроничной улыбкой спросила:

- Ну и как он тебе, Ленни?

Ива отмахнулась и негромко хихикнула, вспомнив ту неловкую сцену у себя на крыльце. Села на соседний стул, краем глаза отметив, что Шу шмыгнул куда-то в цветы. В прошлые разы Елена, чтобы как-то задобрить сердитого питомца подруги, приносила ему разные лакомства. Постепенно сердце ласки оттаяло, и тот, притворяясь обычным животным, принимался выпрашивать вкусняшки, стоило цветочнице заглянуть в лавку хотя бы на минуту. Заметив шныряющего между цветов зверька, женщина с умилением улыбнулась и достала из кармана платья кусочек козинака, завернутый в бумагу, и протянула его Шу, жадно тянувшему к нему лапы. Получив желаемое, тот уселся на столе и с сосредоточенным видом принялся шуршать упаковкой, освобождая от нее лакомство.