— ЧонСа… ЧонСа… — с удивлением шепчет толпа.

— Здесь настоящая ЧонСа!

— Омо! Всё время среди нас?

— Чинчаё?! Не может быть…

Толкаясь среди зрителей, мне удалось проникнуть к высоким подмосткам. Из первого ряда наблюдать за артистами крайне интересно, но теперь я стою в окружении.

Сверху радостно воскликнули:

— Поддержим обаятельную МиМи! А кого мы видим среди публики? Неужели та самая ЧонСа?! — картинно хватаясь за сердце, модник в золотистой толстовке кричит в микрофон: — На шоу «ЯГ Интертейнмент»?! Какой невероятный сюрприз! Прошу любить и жаловать! Давайте попросим на сцену! Громкими аплодисментами!

Вдалеке начинают хлопать, а вокруг смотрят напряжённо. Думаю, рядом люди неадекватные какие-то, они изучают меня озабоченными взглядами.

Уйду я от них! Близкая сцена обещает новый заряд внимания, и мне не терпится его получить.

Ставлю носок кеда на трубчатую конструкцию, рывок вверх закончился балансированием у границы площадки.

Сейчас я упаду спиной назад! Или нет…

У меня получилось отловить равновесие, шагнув к испуганной девушке и моднику в колоритном наряде.

— Сбоку есть лестница, — просипел ведущий.

— Да мне пофиг.

— Нэ?! — вытаращились раскосые глаза.

— Фальшивка! — сердитый крик заставил вздрогнуть удивлённую девушку.

— ЧонСа ненастоящая!

— ЧонСа гораздо выше!

— ЧонСа небесно сияет!

Не обращаю внимания на недовольный гомон и дикие мнения. Публика явно сбрендила! Окинув взглядом людей внизу, я прислушиваюсь к себе. Как на меня влияет такая эмоциональная нагрузка? Удивительно, но мандраж почти не чувствую.

— Обманываете нас снова?!

— «ЯГ» страх растеряли!

— Камса хамнида! — благодарно поклонился ведущий, стараясь успокоить зрителей. — Наше время ограничено, но мы надеемся…

— ЧонСа поёт вживую, а не пляшет под чужую фонограмму!

Рядом девушка растерянно уставилась на меня. Значит, так и есть! Не зря во время её выступления голос казался знакомым.

— Пусть ЧонСа споёт! — предложил один из зрителей.

Подхватив эту идею, публика яростно скандирует:

— Песня! Песня! Песня…

Бодро улыбаюсь девушке и забираю у неё микрофон.

— Хорошо, я спою! — мой голос летит со сцены.

Внизу люди довольно переглядываются, отдельная группа девчонок смотрит подозрительно, их внимание мне совсем не по нраву.

— Это будет послание! — дерзко им ухмыляюсь. — Кому нужно, тот поймёт…

Дёрнув меня за рукав, ведущий недовольно шепчет:

— Чего творишь?!

— Спасаю ваши задницы! — резко вырываю локоть из цепкой хватки.

— Где мы пианино достанем?! Без подготовки…

Отворачиваюсь к гигантской звезде. Под ней группа парней бросила акустическую гитару. Сейчас белую деку видно отчётливо, она почти выдержала удар.

Ого, струны полностью новые! А как дела с настройкой? Верчу в руках светлый корпус и пробую звучание. Не фонтан, но играет! Глуховато, правда…

Осталось найти ремень. У меня под ногами как раз болтается светлая ткань. Подхватив её, я быстро стягиваю пару узлов на инструменте.

Думаю, теперь выгорит! Кинув импровизированную лямку на плечи, я топаю к зрителям.

Глядя на меня, девушка натянуто улыбнулась и говорит ведущему:

— ГюСик сонбэ, мне уйти?

В ответ невысокий модник ей шипит:

— МиМи, с микрофонами помоги! Раньше нужно бежать!

Ко мне он притащил стойку, которая осталась после выступления парней.

— Я испугалась… — сосредоточенно хмурясь, МиМи опускает вертикальный держатель к резонатору моей гитары.

— Потом всё объяснишь, — брюзжит ей ГюСик. — А сейчас улыбаемся!

Какие покладистые! Благодарно кивнув, я прикрываю глаза и щёлкаю кольцами перед собой. Они никогда не подведут…

Под густые аккорды гитары, немного хриплым голосом, я вкладываю в первый куплет давние чувства.

— Сегодня я раню себя,

— Чтобы узнать, что живу.

— Я фокусируюсь на боли,

— Единственной вещи, которая реальна.

— Иглой пронзает плоть,

— Старое, знакомое ощущение.

— Пытаюсь от него избавиться,

— Но я ничего не забываю.

Громче бью по струнам гитары и пою слова припева близкой девушке, легко улыбаясь в её распахнутые глаза.

— Кем я становлюсь… любезные друзья?

— Все, кого я знаю, ушли навсегда…

— И ты можешь получить целиком мою империю праха.

— Я тебя подведу, я сделаю тебе… Болит…

Хмурясь, я глушу струны перед началом второго куплета. Вновь смотрю на тихую публику, гордо выставив подбородок.

— Я ношу корону из шипов,

— Над моим троном лжи,

— Полном разбитых мыслей,

— Которые не могу исправить.

— С течением времени,

— Чувства исчезают.

— Ты кто-то другой,

— Я по-прежнему здесь.

Над вскинутыми головами звучит надтреснутая мелодия из разбитой гитары. Прикрыв глаза, я повторяю лёгкую грусть припева и заканчиваю выступление проблесками надежды.

— Если я могу начать заново,

— За миллионы лет отсюда.

— Я останусь собой,

— Я найду способ…

В звонкой тишине я любуюсь сотнями лиц и наслаждаюсь их пристальным вниманием. Без понятия, с каких глубин «чердака» появилась эта песня. Частенько спонтанная импровизация происходит именно так.

В этот раз публика молчит недолго. Гремят их восторженные аплодисменты! Стилистика выступления в корне отличается от искромётного шоу знаменитой группы, но мои зрители понимают, что живая песня звучала только для них. И казалось бы, недавние рукоплескания переплюнуть невозможно, но буря оваций всколыхнула галерею универмага.

Меня качает невероятный заряд внимания! Опасаясь взлететь над сценой, я поворачиваюсь к изумлённой девушке.

Она действительно очень талантлива и пишет собственные песни, как мне поведала информация из сети. Абы кого в одно из лучших агентств полуострова не возьмут! Пройдя весь путь от начинающего исполнителя, Ким МиХян никогда не жаловалась. Судьба опять нас свела…

— Оставайся собой, — подмигиваю ей поверх Фарэров.

Сняв импровизированный ремень, я мягко опускаю его на хрупкие плечи. Задорно улыбаюсь в её широко распахнутые глаза и медленно отступаю спиной назад.

Край сцены близок! Я закрываю глаза: миловидное лицо девушки тает во тьме. Кольца взмыли, толкнулась подошва.

Храбро лечу навстречу лихой энергетике! Лес рук подхватил меня и качает над буйной толпой. Их возгласы ликования прыгают совсем рядом, а каждый взлёт к потолку универмага пронизывает до костей, заряжая эмоциональной нагрузкой.

— Ха-ха-ха! — мою радость не удержать.

Сейчас, как никогда, я живу!

Со сцены ведущий что-то пытается кричать:

— ЧонСа! Нужно… обсудить…

Ну его! Тушка невесомая, словно воздушный шарик. Мои подошвы находят опору, и меня несёт непонятно куда. Накинув капюшон, я растворяюсь среди массы людей в похожих толстовках.

(Тем временем) Закулисье в универмаге «Лоте».

Пятёрка модных артистов задержалась перед стойкой с мониторами. На экранах видеокамеры показывают, как у сцены бушует толпа, над ними, спиной к огромной звезде, яркая девушка распахнула глаза и приоткрыла губы от изумления, рядом с ней бесится аляповатый ведущий.

— ЧонСа крутая, смогла на убитом реквизите зажечь, — хрипло оценивает блондин в полосатом пиджаке. — Зрители в восторге, почти как у нас.

Лидер группы с ним согласился:

— Удивительно крепкие гитары «Роланд», — качнув джентельменским котелком, он улыбается: — Ходят слухи, именно она написала песню для МиМи, которая приглянулась европейцам…

— Опасность, ребят! — сверкнул чёрными очками парень с ирокезом, указывая на появление ведущего в золотистой толстовке. — Быстро делаем умный вид и сосредоточенные лица, ГюСик сонбэ очень недоволен.

— К нам какие претензии, мы замечательно выступили! — отмахнулся его сосед в свитере.