Тем удивительнее было узнать, что «1004» на местном значит…

Та-дам! Барабанная дробь… ЧонСа значит Ангел!

— Никакой, ксо, конспирации…

Меня вмиг найдут! Или нет? Иногда виражи судьбы фонтанируют сюрпризами…

«Ха-ха! Как тебе такое, Илон…» — дёрнув головой, гоню очередной проблеск. Известно мне про фотографическую память и школьные разборки, подстерегающие желающих выделяться! Очередная чушь…

Мои размышления уверенно оборвали:

— Привет!

На боковой стул плюхнулся большой рюкзак, его владелец сел напротив. У молодого парня распахнут пуховик, под ним виден тёмный пиджак и бордовая жилетка, выше торчит воротник белой рубашки.

Часто моргаю в раскосые глаза с затаённой хитринкой. Меня удивляют зачёсанные назад волосы, которые стоят почти вертикально. У него забавный причесон! Если слегка обрить бока, тогда выйдет натуральный ирокез.

Русоволосый широко улыбнулся:

— Как жизнь?

Чего получается, он выпендривается знанием английского? Или напоминает про мой отвратный корейский? Могу парня расстроить: в его произношении отчётливо слышна певучесть местных.

— Порядок, как сам? — резко отвечаю, пряча розовый мобильник в карман штанов.

— Круто, совсем без акцента! Из штатов к нам? Или… Англия?

— Из-за моря, — легко уклоняюсь от вопроса.

— Мы уже встречались, но давай напомню, меня зовут НамДжун.

— Я ничего не забываю, — слабо ему ухмыляюсь.

— Класс, мне бы так! Значит, тебя зовут…

— Ангел, будем знакомы.

— Йес! — обрадовался НамДжун. — Наконец-то мы познакомились, а не столкнулись в разбомбленной ванной.

— Неудобно получилось… — тихо соглашаюсь.

— Расслабься! Просто… не делай это снова.

— Угу.

— Чем занимаешься?

— Планирую стать самым популярным артистом на свете.

Русоволосого удивила моя искренность, он часто моргает:

— И как… получается?

— Пока, так себе… — недовольно признаю.

У столика остановился второй сосед с крыши. Хмуря немного вытянутое лицо, он поправил волосы с прямым пробором. В отличии от серого пуховика товарища, у него коричневое пальто, а под верхней одеждой тоже школьная форма.

— Джей! Знакомься с Ангел, — представил НамДжун.

Утренний боец ногами отреагировал независимо:

— Глосс ждёт в студии.

Это жирный намёк, что он не желает общаться? Скривил рожу, каратэка недоделанный…

Русоволосый окинул нас лукавым взглядом и говорит:

— Хорош дуться! Может, нам долгое время жить соседями.

— Упаси бог, — пробормотал Джей.

— Пф-ф… — фыркаю, сдвинув челюсть.

— Значит, ЮнГи готов записывать? — уточнил НамДжун.

— Как договаривались, — торопит его Джей.

— Тогда двинули!

Встав со стула, русоволосый лениво потянулся:

— Увидимся, Ангел… — он накинул лямку рюкзака.

Стопэ! Мозгую на форсаже. Запись, студия, они наверх собрались… а это значит…

— НамДжун… — неловко окликаю парня. — Идёте в студию звукозаписи?

— Ага.

— Можно… с вами? — пытаюсь строить ему глазки, с линзами выходит на удивление просто.

Соседи с крыши быстро переглянулись. Танцор диско отрицательно мотнул головой, что ещё больше веселит русоволосого.

— Одно условие, — НамДжун хитро растянул лисью улыбку. — Будем говорить только по-английски. Идёт? Нам стоит его подтягивать, — он шутливо подмигнул недовольному товарищу, — а в особенности это нужно Джею!

— Без проблем, — радостно ему улыбаюсь.

(Тем временем) Студия звукозаписи «ХИТ Интертейнмент».

В углах небольшой комнаты висят чёрные короба профессиональной акустики. У одной из бежевых стен место отдыха с кожаным диваном. Напротив четыре офисных кресла и «микшерный» пульт, где мигают светодиоды бесчисленных регуляторов.

Над длинным пультом широкое окно. За толстым стеклом другое помещение, там расположились стойки инструментов: блестят лаком многочисленные гитары, на цветастом коврике сверкает медь тарелок ударной установки, у стены с рельефной звукоизоляцией вытянулась зебра клавишных синтезаторов.

Одно из кресел пультовой занял молодой парень в светлой толстовке. Надев крупные наушники, он внимательно оценивает таблицы спектров на боковом мониторе. От процесса сведения музыкальных дорожек его отвлекли посетители.

Войдя, русоволосый хлопнул рукой по протянутой ладони:

— Заскучал? — НамДжун бросил рюкзак на диван зоны отдыха и снимает пуховик, оставаясь в тёмной форме старшеклассника.

За пультом молодой парень разминает спину:

— Аниё… — отрицательно протянул он, кивая второму посетителю.

— Что-то знакомое? — Джей склонился к большому экрану.

— Уэ-эх… Разгребаю архивы, хён…

Молодой парень зевнул, его длинная чёлка прикрыла брови в нескольких сантиметрах от раскосых глаз. Часто моргая, он смотрит на бледную особу в неброском свитере и тёмных штанах у двери студии.

— Ангел, знакомься! Мин ЮнГи, наш младший, — НамДжун обеими руками указал на парня за пультом, словно рекламируя его.

— Судя по поступкам, — усмехается Джей, — у нас теперь новый младший, прямиком из детского садика.

— А-а… тот самый, кто устроил погром в ванной! — ЮнГи улыбнулся и протянул ладонь: — Можешь звать меня Глосс.

Бледная особа завершает рукопожатие пятернёй в чёрной перчатке без пальцев.

— Младший только по возрасту, — авторитетно заявил ЮнГи. — В студии всем фору дам!

— Никто не оспаривает, — весело признал НамДжун. — Как звукорежиссёр и аранжировщик, ЮнГи наш сонбэ!

В кресле молодой парень гордо выпятил грудь и важно дует щёки. Видя это, они рассмеялись, даже хмурый Джей отбросил недовольство.

— Айщ… — шикнул НамДжун. — Забыл! Говорим по-английски, Ангел покажет класс!

Бледная особа поднялась на носочки старых кед и пытливо смотрит за окно контрольной комнаты:

— Я могу его там показать…

— Хочешь попробовать запись, — щурится НамДжун.

— Угу… — Ангел жадно осматривает многочисленные инструменты.

Русоволосый повернулся к парням и вопросительно поднял брови к высокой причёске.

— Удиви нас, — усмехнулся Джей.

— Окей! — ЮнГи бросил взгляд на настенные часы. — Сейчас половина седьмого, «Гламур» подойдут не скоро, у них хореография.

— Сумку там оставь, — НамДжун указал на место отдыха.

Благодарно кивнув, бледная особа тянет потёртый ремень через лохматую голову. Старый баул упал к рюкзаку на диване.

— Какой инструмент пишем? — интересуется ЮнГи, двигая регуляторы на пульте.

— Глосс, можно свести несколько партий? — серьёзно уточняет Ангел.

Молодой парень рассмеялся от наивного вопроса:

— Ха, это я легко!

— Начну с электрогитары, затем бас, потом ударные.

— Э-э… — ЮнГи удивился выбору инструментов.

— Идёт? — азартно улыбнулась бледная мордочка.

Недолго подумав, молодой парень согласился:

— Давай начнём с «Гибсона», вон та белая гитара, рядом со стойкой микрофона.

— Оки-доки! — Ангел стремится к двери в соседнюю комнату.

Топот кед выдал сильное нетерпение.

— Американец? — уточнил у парней ЮнГи, когда фигура в неброском свитере появилась за стеклом.

— Интересовался, но однозначного ответа не получил, — сказал НамДжун, устраиваясь в кресле.

— По поведению, очень похоже! — хмыкнул Джей, занимая место рядом.

За широким окном Ангел уже на высоком табурете, ровняет светлую электрогитару на коленке и быстро водит медиатором по струнам.

Забавное треньканье воспроизвела акустика контрольной комнаты, сильно удивив парней.

— Сломает инструмент, — нахмурился Джей.

— Похоже, зря согласился… — сомневается ЮнГи.

Внезапно бренчание оборвалось. Пятерня в чёрной коже умело меняет аккорды на тонком грифе, заставив агрессивно рычать электрогитару.

— Ребячество, — усмехнулся НамДжун.

Та-да-дам!.. Сочное звучание обрывается. Та-да-дам!.. За окном Ангел бендами подтягивает струны. Та-да-дам!.. И играет дальше. Та-да-дам!.. Лохматая шевелюра закрыла бледное лицо, колыхаясь в такт яростной атаке.