— А вы сжигайте нас почаще, и тех не будет, — не выдержав, огрызнулась я.
На мой выпад никто не отреагировал, и мне стало за него неловко. Не то чтобы я сказала неправду, но и в бутылку лезть не стоит, всё же общее дело делаем. Возможно сказалась нервозность, которую вызывало во мне повышенное внимание Кайроса.
Но все испытания рано или поздно заканчиваются, и слуга наконец-то приволок мою скромную торбу. Я тут же плюхнула её на ближайший столик и принялась развязывать узел на горловине.
— «Очень важные реагенты»? — вкрадчиво поинтересовался лорд из-за моего плеча, и я вновь едва не подпрыгнула.
Как он опять оказался так близко⁈
— Они самые, — сухо ответила я, не без труда вспомнив, что именно этой многострадальной сумкой пыталась отгородиться от него вчера. Но магистра, похоже, можно было остановить, только заперев где-нибудь в подвале. И то не факт.
Стараясь не обращать внимания на странное ощущение в теле то ли от близости его магии, то ли его самого, я высыпала часть содержимого на столик. На мгновение аромат лаванды почти перебил запах настоев, казалось, пропитавший комнату. Ага, вот оно!
В одном из свёртков нашлась горсть розовых кристаллов. Небольших, каждый едва ли с фалангу пальца, но все они при покупке были отобраны мной вручную. Малейшая щербинка или трещина снижали их полезность почти до нуля.
Отобрав парочку посимпатичнее, я прихватила рифлёный кусок угля с вытравленными на его боку рунами и маленький мешочек. Жестом показав остальным отойти, я опустилась на пол и принялась вычерчивать на гладких досках круги и символы, без труда воскрешая в памяти сложные элементы. Времени на это ушло довольно много, рунология, как и большинство ветвей бытовой магии, редко предназначалась для молниеносного эффекта в стиле «помахал руками, и всё получилось». Она скорее была уделом людей внимательных, вдумчивых и терпеливых.
Терпения и любви подумать мне было не занимать, с внимательностью дело обстояло много хуже, поэтому я несколько раз перепроверила результат, прежде чем аккуратно поместить в центр чертежа один из кристаллов. Маги всё это время наблюдали за мной, как сурикаты за ящерицей.
— Перенести мальчика в центр? — прервал молчание Белог, увидев, что я поднимаюсь и отряхиваю руки.
— Нет, — покачала головой я. — Достаточно того, что он рядом.
Я осторожно положила второй кристалл на грудь больного ребёнка, затем встала на один из начерченных символов и протянула руку в центр круга. Толчок силы — и от угольных линий потянулись вверх струйки дыма. Одна за другой, отметки постепенно выгорали, исчезая с пола и оставляя после себя чистые доски.
Магии я на всякий случай влила с запасом, чтобы подстраховать результат, и сейчас сжала зубы, ощущая, как всё сильнее начинает кружиться голова. Надо будет передохнуть потом… Да и поесть чего-нибудь не помешает, про завтрак я совсем забыла. Непростительное упущение для адепта с небольшим уровнем силы, настоятельница Олия всегда напоминала о внимании к собственному телу во время работы.
Кристалл на полу налился тёмным светом, в то время как его точная копия на груди мальчика неярко переливалась всеми оттенками перламутра. Ещё миг — и свечение исчезло вместе с последними следами чертежа.
Я забрала оба кристалла, сложила их в мешочек и потрясла, перемешивая содержимое. Затем опустила импровизированный амулет обратно на тело пациента.
— Надо, чтобы он всегда был при нём. Лучше всего, чтобы касался тела, но на худой случай и просто в кармане сойдёт.
Кайрос подошёл ближе и медленно провёл рукой над телом больного. Тёмных сгустков внутри тела больше не было видно.
— Надолго? — негромко спросил он.
Я пожала плечами.
— Дней десять, если повезёт? Если честно, впервые использую эту технику таким образом. Хотя потом можно заменить амулет.
— Неплохо, — отметил Алрот, и остальные маги тоже столпились вокруг кровати. — Значит можно привлечь рунологов, это облегчит задачу.
— Зачем? — удивилась я. — Я вполне могу изготовить ещё парочку амулетов, и если не торопиться, как сейчас, то это гораздо проще и…
Что-то в напряжённых лицах окружающих заставило меня замолчать. И поняла в чём дело я не сразу.
— Это… Это не все заболевшие?
— Здесь те из сложных случаев, у которых, как мы решили, есть шанс, — мрачно отозвался магистр. — И болезнь распространяется.
— И сколько ещё других… случаев? — уточнила я.
— Достаточно, — ответил Кайрос. — Сейчас основная задача — найти источник.
Он замолчал, о чём-то задумавшись. Я помассировала виски, пытаясь взбодриться.
— Ну что же, тогда нужно выяснить, где больше всего людей пострадало, и отправиться туда.
— Нет, — отрезал Кайрос. — В первую очередь нужно…
Что там ему было нужно, я уже не услышала. В ушах внезапно зашумело, перед глазами замерцали чёрные точки, и я почувствовала, как в колени толкнулся пол. Чьи-то сильные руки не дали мне поздороваться с ним ещё и носом, но это была последняя связная мысль, после которой я воспринимала происходящее какими-то рваными вспышками.
Приятный и бодрящий запах мяты ненадолго вернул меня в реальность, и я услышала голос Алрота, который почему-то доносился как сквозь вату.
— … какое «сам отнесу», ты хочешь, чтобы ей хуже стало? Я просто возьму одного из стражников, ты сам знаешь, она здесь единственная, кому ты ничем не можешь помочь!
Затем опять провал, и вновь я очнулась, ощущая, что лежу на чём-то мягком, а лоб холодит мокрый кусок ткани, премерзко воняющий шалфеем и полынью. С третьей попытки подняв руку, я стащила его с лица и уронила куда-то под кровать. И, не обращая внимания на чей-то недовольный возглас, перевернулась на бок и уснула.
Проснулась вновь как будто одним рывком, но на этот раз уже как нормальный, относительно здоровый человек. Какое-то время пролежала с закрытыми глазами, чувствуя мягкость кровати и обволакивающий меня полумрак.
Нет, ну надо же было так глупо довести себя до обморока! Хорошо хоть вроде не сильно перестаралась, я чувствовала, что силы, в том числе и магические, потихоньку восстанавливаются. Хорошо отдохнуть — и всё будет в порядке. Если я, конечно, опять так не накосячу.
Я тихонько вздохнула. Слишком много всего сразу, вот и растерялась, упустила контроль. Лечить людей… до сих пор в голове не укладывается, что именно я это делала. Интересно, светлые всегда ощущают такую же ответственность и боятся за результат? Одно дело — зачаровывать деревню от волков или выводить крыс в особняках (была у меня парочка таких заказов), но держать в руках человеческую жизнь — это совсем, совсем другое! Всегда с огромным уважением относилась к врачам и целителям.
А ещё Кайрос. Не чувствуй я каждую секунду, что он наблюдает за мной, как будто через увеличительное стекло, стараясь разглядеть каждую деталь и отследить каждый жест, анализирует каждую фразу — было бы значительно легче. Вряд ли мы с Инарой сильно похожи поведением, манерой речи, да и вообще мы совершенно разные люди, но что-то во мне ему явно не нравится. Что же с ним делать-то…
Одолеваемая толпой тревожных мыслей, я завозилась на кровати, и тут же услышала, как кто-то встал с кресла и подошёл ко мне. Я тут же открыла глаза и попыталась сесть. Получилось так себе, но я хотя бы оперлась на спинку кровати.
— Лежи лучше, — Алрот бесцеремонно сцапал моё запястье и замер, слушая пульс.
Почему-то, увидев именно его, я ощутила укол сожаления.
Оказалось, что нахожусь я в комнате, где провела предыдущую ночь, сквозь распахнутые шторы внутрь вместе с ночной прохладой проникает темнота, с которой борется стоящий на столе подсвечник, а на самой столешнице разложены плошки и свёртки с травами. Кажется, мастер алхимик тут не так просто сидел и ждал, когда я очнусь, а ещё и делом занимался.
— Всё в порядке, просто немного переутомилась.
Алрот что-то неприязненно буркнул себе под нос и не успокоился, пока ещё зачем-то не проверил мои глаза и уши. Потом он сунул мне в руки чашку с жидкостью, пахнущую мёдом. Я набрала в грудь воздуха, чтобы спросить, что это, но алхимик глянул на меня так, что я тут же сдулась и быстро начала пить. Отвар и на вкус был медово-ягодным, густым, как кисель, и как будто разлился по всему телу, прогоняя остатки слабости и дурноты.
