Алхимик, оставшийся безучастным ко всем этим потрясающим красотам, направился прямиком к пруду.

— Подойди, — позвал он и, когда я приблизилась, спросил: — Можешь вот здесь сделать так, чтобы солнце сюда не светило? А лучше вообще темноту?

Ну, это было не то давнишнее заклинание слепоты, отсечь солнечный свет не то чтобы сложно, и я легко раскинула вокруг нас магическую сферу, погрузившую пруд в вечерний полумрак.

— Отлично! — довольно потёр руки алхимик.

Пошарив вокруг, он взял небольшой булыжник и с размаху кинул его в воду. Бултыхнуло от души, и от расходящихся брызг во все стороны замерцали и заискрились ярко-синие огни.

— Что это?.. — удивилась я.

Выглядело похоже на светящийся планктон в летнем море… но гораздо ярче, и для планктона по идее нужно было море.

— Зура скоро зацветёт, — с недовольной миной ответил Алрот. — Но всё-таки рано ещё, нужно подождать… Эх, а у меня как раз запасы закончились, надеялся, что здесь наловлю.

Он вздохнул и скрестил руки на груди, так что я решила дальше не расспрашивать, в общем-то, и так более-менее понятно было, что какая-то ценная водоросль или цветок. Огоньки постепенно погасли, и я кинула ещё пару камешков поменьше, вновь вызывая их, чтобы полюбоваться. В искусственном полумраке смотрелось просто потрясающе красиво.

— Ладно, пошли обратно. До настоящей темноты нужно уже быть в деревне.

Я машинально кивнула, продолжая смотреть на пруд и оттягивая момент, когда нужно будет уходить.

— И да, сделай одолжение, не говори никому об этом месте, ладно? — смущённо попросил алхимик, когда я всё-таки убрала заклинание и мы пошли обратно. — Зуру и в столице-то еле купишь, здесь я её случайно нашёл.

Я задумалась, глядя на закатное небо.

— Услуга за услугу? — предложила в ответ.

— Что?.. — не сразу понял он.

— Я храню секрет твоей делянки, а ты рассказываешь мне, как так получилось, что Кайрос стал лордом. Вы ведь хорошо с ним знакомы?

— А тебе-то какое дело? — удивился Алрот.

— Считай, что просто женское любопытство. И гарантированная неприкосновенность твоей блестючей травы.

Алхимик ещё более недовольно покосился на меня.

— Вот ведь… тёмная. А самой сложно догадаться было и две счётные палочки вместе сложить? Есть проблемный регион, есть свой толковый человек, соединяешь одно с другим, и, в случае его высочества Дариана, получаешь меньше проблем и больше контроля. В случае Кайроса не уверен.

— Но он всё равно согласился.

— А зачем ему отказываться? — пожал плечами Алрот. — К тому же у некоторых людей встречается до абсурдного пренебрежения собственной безопасностью желание всех спасти и облагодетельствовать.

Я смущённо потёрла шею, поняв, что он намекает на мой обморок в замке.

— Вы с ним хорошие друзья? Давно знакомы?

— Можно и так сказать, — алхимик глянул на стремительно садящееся солнце и ускорил шаг. — Работали по одному делу вместе в столице… с тех пор как-то и повелось. А с чего вдруг такой интерес? Не будь ты тёмной, я бы решил, что ты решила стать одна из тех девиц, которые вьются вокруг знатных мужчин… Но ты вроде на такую не похожа.

Я ещё больше смутилась. Но не объяснять же, что намерения у меня исключительно пристойные, кто же виноват, что прошлое светлого напрямую касается меня!

— Можно сказать, что я предпочитаю как следует выяснить, на кого я работаю. И кстати, куда мы так торопимся? Ну стемнеет, не страшно, тут дойти раз плюнуть.

— Как это ку… — Алрот чуть не споткнулся, но быстро выровнялся. — А-а, всё время забываю, что ты здесь недавно, и из замка не выходила. Тебя не предупредили, что по ночам этого и не стоит делать?

Действительно, было что-то такое.

— Было что-то такое, — подтвердила я. — А что не так?

Настал черёд Алрота смущаться.

— Ладно, ты вроде как одна из наших… — «польщённая» такой невероятно высокой оценкой, я нахмурилась, но Алрот, не замечая этого, продолжил: — Завелось в этих местах кое-что неприятное и зубастое, с чем лучше избегать встречи. Не то чтобы часто встречаются, но, поверь, встречу эту мало кто забудет.

Я вспомнила предупреждение Кайроса, когда я приехала в замок. Если честно, подумала тогда, что он просто пугает, но теперь выходило, что нет…

— А это зубастое случайно завелось не тогда, когда все болеть начали? — задумчиво уточнила я.

— Больше скажу, оно именно поэтому и завелось. Теперь мы отслеживаем каждого заболевшего, к ним приставлены маги, стража… но поначалу… в общем, на грани смерти люди начинают меняться. И то, во что они превращаются, не несёт ничего хорошего, только новые жертвы.

Несмотря на упоминание магов и стражи, мне резко стало неуютно. В предыдущей деревне хоть частокол был, а в этой вообще ничего.

— А эти… изменившиеся в окна и двери не ломятся? От них хоть в домах спрятаться можно?

Алхимик махнул рукой, на мой взгляд, излишне беззаботно, но мы уже как раз подходили к давешней рунической схеме на окраине деревни, и мне немного полегчало.

— Обереги, созданные светлыми, помогают. Ну или просто яркий свет. Заметила, что заболевшие часто жалуются на слишком сильное освещение? И чем дальше, тем они к нему чувствительнее. Ну а у тварей, которыми они становятся после смерти, это доведено до абсолюта, они предпочитают темноту.

Вокруг деревни и в самом деле вовсю горели факелы, а огоньков, созданных светлыми, было развешено столько, что днём, казалось, темнее было. Пользуясь удобным освещением, один из рунологов преспокойно продолжал работу, сверяясь со свитком у себя в руках.

Алрот притормозил и серьёзно посмотрел на меня.

— Надеюсь, ты понимаешь, что это не то, о чём нужно кричать на всех углах или хотя бы упоминать в беседе с новыми знакомыми. «А, кстати, у нас тут неведомая зараза, и у неё магическая основа» — это уже само по себе проблема в масштабах страны, и немалых усилий стоит её просто сдерживать. Но если к этому добавить то, что болезнь превращает людей в монстров, то начнётся паника, и поднимать на вилы могут начать даже тех, кто просто чихнёт не вовремя. Слухи, конечно, ползут, от них никуда не деться и всё не спрятать, но пока что это только слухи.

Я кивнула, понимая, о чём он. И правда, более чем проблемный регион. Теперь ещё более понятно, почему на барьер вокруг него расщедрились.

— Слушай, а каким образом…

Меня прервал охнувший за спиной рунолог. Обернувшись, я проследила за направлением его взгляда, и тут же поняла, что то ли некоторые темы лучше обсуждать за закрытыми дверями, чтобы не накликать ненароком, то ли к нам попросту пожаловала живая иллюстрация, чтобы рассказ Алрота выглядел ещё более впечатляющим.

Зубы действительно бросались в глаза в первую очередь. Они частоколом торчали из пасти, ещё сильнее выделяясь среди чёрной, как клок ночи, шкуры. Ростом с высокого человека, размеров твари прибавляла грива, усеянная то ли шипами, то ли иглами. Длинные когтистые лапы свисали почти до земли, окончательно дополняя картину того, с чем не то что ночью, вообще лучше не встречаться.

Монстр сделал шаг вперёд, злобно зашипел на свет факелов и отвернул от них морду. Затем поднял голову и громко завыл. И я тут же вспомнила вой, который слышала в первую свою ночь в замке, от которого и тогда, и сейчас по спине пробежал ледяной озноб.

А потом он сделал ещё один шаг вперёд. Рунолог шустро шарахнулся к деревне, мы последовали его примеру.

— Ты же сказал, он свет не любят⁈ — выдавила я пятясь.

— Раньше они так не делали! — Алрот, кажется, был потрясён ещё больше меня.

Тварь, напротив, сбить с толку было сложно, она целеустремлённо прыгнула вперёд, разом покрыв половину расстояния до нас. И рядом с ней из темноты вынырнули ещё две таких же. Вместе с их движением по земле к деревне поползли сгустки тумана, и вместе с ним пришёл холод. Дыхание вырывалось изо рта облачками пара.

Я вскинула руки, взывая к дару, и метнула в морду ближайшего монстра сгусток тёмного пламени. Чёрные языки огня поползли по шкуре, тварь завизжала и начала царапать морду, пытаясь его сбить, но я влила больше силы, и пламя охватило её целиком.