— Пешком?

— Нет, конечно, — улыбнулся я. — Может, наперегонки?

В глазах Петра я увидел азартный огонек и почувствовал, как его тело начало разгонять энергию по каналам.

— А угонишься? — ухмыльнулся он.

— Кто знает?..

Я щелкнул пальцами, Болванчик вылетел из кольца и начал прилипать к моему телу, формируя экзоскелет.

Мы сорвались моментально. Петр оставил за собой огненный след, а я синюю энергетическую полосу. Скорость была сумасшедшей, пейзажи мелькали с невероятной скоростью. Жара немного спала благодаря системе охлаждения, которую Лора любезно активировала. Разумеется, одну детальку я прикрепил к Романову, чтобы координировать маршрут.

— Расскажите мне о своем отце, — попросил я Петра. — Каким он был… раньше?

Романов долго молчал. Потом заговорил, вырвавшись чуть вперед:

— Строгим. Справедливым. Любящим. Он обожал мать. Буквально боготворил ее. Когда она заболела… — он сглотнул. — Он изменился. Сначала немного. Потом все больше. К тому моменту, когда я понял, что происходит, было уже поздно.

— Ты думаешь, его можно вернуть?

— Не знаю. Иногда я вижу в нем проблески прежнего Петра. Но они становятся все реже.

— А мать? Разве она осталась с ним не потому, что увидела в нем что-то?

— Мама… Скорее всего, она просто видит в нем то, что хочет. — Петр вздохнул. — Она всегда была тихой. Мягкой. Настоящей императрицей. Но прошло слишком много времени, пока она была в теле гусыни. Да и сколько они не виделись? Вот она и…

— Может, Петр Первый хочет, чтобы она всегда была рядом?

— Да. Триста лет он желал этого. Но пока я не понимаю конечную цель. Оправдание благом семьи как-то не вписывается в его картину мироздания.

Я промолчал. Что тут скажешь? В каком-то смысле я понимал старого царя. Ради Маши и Светы я бы тоже пошел далеко. Может, не так далеко, но…

— Внимание, — вмешалась Лора. — Впереди засада. Восемь человек с оружием. Прячутся за скалами.

— Бандиты?

— Похоже на то. Местные любители легкой наживы.

Я посмотрел на Петра.

— Хочешь размяться?

Он усмехнулся. Впервые за весь разговор.

— С удовольствием.

Мы сбавили скорость и перешли на обычный шаг уже у широкого входа в ущелье. Между скал к нам вышли восемь человек в грязных халатах, с кривыми саблями и допотопными ружьями. Их предводитель, здоровенный детина с бородой до пояса, ткнул в нас пальцем.

— Вы! Деньги, ценности, все давай!

Мы с Петром переглянулись.

— Справитесь сами или помочь? — спросил я.

— Сам.

Он вышел вперед. Восемь бандитов окружили его, ухмыляясь. Один даже сплюнул ему под ноги.

— Богатенький, да? Хорошая одежда. Дорогие сапоги. Снимай все!

Петр посмотрел на него. Просто посмотрел без какой-либо агрессии.

— Ты хоть знаешь, кто я?

— Мне плевать! Хоть сам султан! Раздевайся или…

Он не успел договорить.

Петр двинулся так быстро, что я едва уловил движение. Первый бандит рухнул с дымящейся дырой в груди. Второй и третий вспыхнули, как факелы. Четвертый попытался выстрелить, но его рука отлетела в сторону раньше, чем он нажал на спуск.

Остальные бросились бежать.

— Куда? — холодно произнес Петр.

Земля под ногами беглецов раскалилась докрасна. Они завизжали, прыгая на месте, но это не помогло. Через секунду от них остались только обугленные силуэты.

Главарь, единственный выживший, стоял на коленях, дрожа всем телом.

— П-пощади! Я не знал! Клянусь, не знал! — бился он головой о землю.

Петр подошел к нему и наклонился.

— Теперь знаешь.

Щелчок пальцев. Вспышка. Тишина.

— Возможно, это было немного чересчур, — заметил я, подходя ближе.

— Они бы убили нас и ограбили, — пожал плечами Петр. — Я просто сэкономил время.

— Все равно. Ты мог хотя бы одного оставить, чтобы он рассказал про нас остальным.

— Зачем? Это обычные бандиты. Ничего интересного.

Он был прав, но меня все равно немного передернуло. Петр Петрович обычно был сдержанным и благородным. Видимо, предстоящая встреча с отцом действовала ему на нервы сильнее, чем он показывал.

— В дорогу, — его тело в мгновение окутал огонь, и он ракетой взлетел в небо. — До границы еще далеко.

Каир.

Вечер следующего дня.

Египет встретил нас жарой, пылью и шумом. Каир был огромным городом, переполненным людьми, верблюдами и торговцами, которые пытались продать тебе все на свете, включая твои собственные носки.

— Нам нужно переодеться, — сказал я, оглядывая улицу. — Мы слишком выделяемся.

Это было мягко сказано. Два светлокожих мужчины в европейской одежде посреди восточного рынка привлекали внимание, как маяк в ночи.

— Есть идеи? — спросил Петр.

— Лора?

— На соседней улице есть лавка с местной одеждой. Владелец — простой честный торговец. Редкость для этих мест, но бывает.

Мы нашли лавку и потратили полчаса на переодевание. Когда я посмотрел в зеркало, то едва узнал себя. Длинный халат, тюрбан, сандалии. Выглядело… экзотично.

— Миша, ты похож на верблюжьего погонщика, который выиграл в лотерею, — хихикнула Лора.

— Спасибо за комплимент.

Петр выглядел не лучше. Его царственная осанка никак не сочеталась с простой одеждой торговца.

— Старайтесь сутулиться, — посоветовал я. — И не смотрите на людей сверху-вниз.

— Я не смотрю сверху-вниз, — пробубнил Романов.

— Смотрите. Это у вас врожденное.

Мы вышли на улицу и смешались с толпой. Или попытались. Несмотря на маскировку, некоторые прохожие все равно косились на нас и в основном из-за роста. Мы были выше всех на голову.

— Слышал новость? — донеслось до меня из соседней лавки. Два торговца обсуждали что-то, попивая чай.

— Какую?

— Говорят, сам Петр Первый приезжает! Русский царь! Завтра или послезавтра!

— Да ладно! Зачем ему наш Египет?

— Кто знает? Может, пирамиды хочет посмотреть. Или с султаном встретиться. Но точно приезжает! Мой двоюродный брат работает в порту, он видел, как готовят причал для большого корабля!

Я переглянулся с Петром.

— Он не теряет времени, — тихо сказал Романов.

— Значит, мы успели вовремя.

Мы двинулись дальше по улицам Каира. Город гудел слухами о визите русского царя. Кто-то боялся, кто-то радовался, кто-то просто хотел посмотреть на диковинного гостя.

— Интересно, — произнесла Лора, — весь город знает о приезде Петра Первого. А о нас никто не подозревает.

— В этом и смысл, — ответил я. — Элемент неожиданности.

— Или элемент полного безумия.

— Одно другому не мешает.

Мы нашли небольшую гостиницу на окраине города. Хозяин, пожилой египтянин с хитрыми глазами, не задавал лишних вопросов. Деньги для местных были универсальным языком.

— Отдыхайте, — сказал я Петру, когда мы устроились в комнате. — Завтра будет тяжелый день.

— Ты думаешь, он готовит ловушку?

— Я уверен в этом. Вопрос только в том, какую именно?

Петр кивнул и лег на кровать, закрыв глаза.

Я подошел к окну и посмотрел на ночной Каир. Завтра намечалась встреча с Петром Первым. Какая она будет? Нападет ли он? Скорее всего. Но взял ли он тело Владимира с собой? Судя по тому, что царь собирался прийти один… А вдруг он человек чести?

— Лора?

— Да?

— Как ты думаешь, что он хочет на самом деле?

Она помолчала.

— Честно? Не знаю. Но одно могу сказать точно.

— Что?

— Завтра будет очень интересный день.

Я усмехнулся и отвернулся от окна. Интересный день. Это еще мягко сказано. Но уснуть у меня не получилось.

И чтобы хоть немного отвлечься, я спустился на улицу, чтобы подышать свежим воздухом. На углу стояла небольшая чайная, откуда доносилась легкая, спокойная музыка. Туда-то я и направился.

Сев за столик у окна, посмотрел на звездное небо.

— Тут спокойно… — произнесла Лора, появившись напротив меня.

— Ага…