Тот усмехнулся, но с выпивкой от меня отстал.

Затем я сложила руки на коленях и принялась слушать то, о чем держали совет сильные мира сего. Не хватало разве что короля Гериха или его сына, которого, конечно, в капитанскую каюту не допустили, а с боем Йорген, как это сделала я, прорваться сюда не мог.

Речь шла о том, что медальон с куском Печати у Изначальных Родов остался всего… один. Остальными пятью, к сожалению, завладела Бездна.

‑ Даже тем, который был во дворце? – негромко поинтересовалась я, но это был риторический вопрос. – Медальоном Фаргисов?

И Лукас подтвердил – пришли сведения от шпиона из дворца, что Бездна унесла с собой и его.

Последняя надежда остановить наступающую Тьму – то есть не дать ей окончательно вырваться на свободу и войти в полную силу – это сохранить медальон Веллардов.

Да, тот самый, который все эти годы был у меня на Найрене и который я привезла с собой в Керн.

Теперь он лежал в сокровищнице деда, но сомнений в том, что однажды и за ним придет Бездна, не было ни у кого из присутствующих в этой каюте.

‑ Я считаю, что принц Кайрен серьезно преувеличивает угрозу, – заговорил дед, покосившись в мою сторону. – Нет никакой нужды отправлять мою внучку вместе с медальоном к нари. Здесь, в Карассе, под нашей охраной, сокровище Веллардов надежно защищено. К тому же Владыка пообещал прислать дополнительную стражу.

У меня пересохло в горле, когда я осознала, о чем шла речь.

Значит, Кайрен хотел, чтобы я взяла медальон и отправилась к нари, где меня, по его словам, смогут защитить лучше, чем даже в Карассе, не говоря уж об Академии Драконов Керна?

Тут Лукас снова отсалютовал мне бокалом, после чего допил его до дна.

‑ А почему именно Шанайю? – ехидным голосом поинтересовался он. – Давайте я возьму медальон и отправлюсь к нари, и весь морской народ станет меня охранять. Единственное – прихвачу с собой пару ящиков бренди, чтобы меня не раздражали ваши светящиеся на солнце лица.

В этот момент я буквально физически почувствовала, словно в каюте сгустились тучи. Кайрену не понравился ни тон, ни слова Лукаса.

‑ Затем, что ты не сможешь держать его у себя, – рассерженным голосом произнес он. – Это под силу только тому, в ком течет кровь Веллардов, а таких я знаю всего двоих. И еще Бездне, которая моментально протянет к тебе руки.

‑ Но я уже прикасался к медальону, – возразил ему Лукас. – И, похоже, мать Шани тоже его держала.

‑ Потому что в ее чреве уже тогда был ребенок с кровью Веллардов, и это защитило ее от разрушения, – возразил ему Кайрен. Затем добавил: – Повезло, что эта вещь не убила тебя!

‑ Но ты, похоже, считаешь, что не повезло, – усмехнулся Лукас.

На это Черный Дрейк и Владыка уставились на них недовольно, а мне захотелось схватиться за голову, потому что я подозревала…

Нет, не так – я была уверена, что эти двое ссорились из‑за меня.

‑ Кайрен утверждает, что Шанайя призвала двух дракониц, и одна из них была королевского рода, какие давно уже не показывались даже у нари, – впервые подал голос Владыка. – Многие и многие сотни лет…

‑ Если только в его снах, – язвительно добавил Лукас, но тут уже не выдержал дед.

Заявил, чтобы тот немедленно прекратил собачиться.

‑ Если бы это было так, то я бы пригласил Шанайю Веллард стать гостьей нашего народа, – добавил Владыка.

‑ То есть ты не веришь мне на слово, отец, – повернулся к нему Кайрен.

‑ Я считаю, что ты мог ошибиться, поэтому мы дождемся окончательного призыва, когда ее драконица появится, а затем будем принимать решение. Но пока что мы усилим наше присутствие в Карассе. Возможно, Бездна проявит себя в ближайшее время.

‑ Погодите… – пробормотала я. – Мне кажется, вы немного не понимаете! Она уже здесь, в Карассе, потому что я его видела…

‑ Кого? – нахмурился дед.

‑ Ларге Крейгена, – выдохнула я, и трое уставились на меня недоуменно.

Трое, потому что в глазах Владыки впервые мелькнуло что‑то вроде… если не уважения, то внимания к тому, что я говорила.

‑ Разве вы не знаете? – удивилась я. – Хорошо, возможно, вы можете и не знать. Но именно так звали того, кто стал Бездной шесть сотен лет назад.

‑ Допустим, его звали именно так, – подал голос Лукас. – Но как об этом стало известно тебе?

‑ Люблю читать, видишь ли! – огрызнулась я. – В отличие от некоторых, которые в академии занимаются непонятно чем.

‑ Тише, тише, дети мои! – вскинул руку бывший адмирал. – Пусть будет Ларге Крейген, наплевать. Но откуда ты взяла, внучка, – повернулся он ко мне, – что этот Крейген уже в Карассе?

‑ Потому что я его видела, – вздохнув, сообщила я, а затем обвела глазами остальных. – А еще он говорил со мной из толпы. Видите ли, он питает ко мне… так сказать, нездоровый интерес.

‑ Кажется, в чем‑то я его даже понимаю, – усмехнувшись, произнес Лукас, а затем снова наполнил свой бокал.

‑ Прекрати, – попросила я. – Понимаю, тебе нравится веселиться за мой счет…

‑ Сомневаюсь, что ты хоть что‑то понимаешь, – со смешком отозвался Лукас, но тут не выдержал уже дед и ка‑ак грохнул кулаком по столу, что я даже подскочила.

‑ Хватит! – рявкнул бывший адмирал. – Еще одно слово не по делу, и я вышвырну тебя вон! – И заявил он это Лукасу, а не мне.

Владыка и Кайрен молчали, не спуская с меня глаз, поэтому я быстро, опуская красочные подробности, рассказала о том, что Бездна спутала меня с Веледой Веллард, к которой Ларге Крейген неровно дышал еще шесть сотен лет назад.

‑ Это моя прапрапрабабка, – пояснила я. – У меня даже был ее портрет… Правда, я потеряла его во дворце, но с ней мы очень похожи.

Кажется, у Лукаса снова нашлось что сказать на эту тему, но в последний момент он передумал и уткнулся в свой бокал.

Затем я рассказала, как услышала голос Бездны на пристани в Карассе, но…

‑ Я уже больше ни в чем не уверена, – призналась им, обведя всех глазами, – хотя в тот момент мне казалось, что это был именно он. Я попыталась отыскать его в толпе, но людей было слишком много.

Затем добавила, что последователи Ларге Крейгена могут быть где угодно и кем угодно, и он воплощается и уходит из носителя буквально за секунду. А если такового нет поблизости, то Бездна может управлять птичьей стаей и даже воплотиться в нее, как уже было один раз в доме ДиРейнов.

‑ Но это какой‑то совсем уж замудренный способ, – сказала я всем. – Думаю, с каждым днем последователей у Бездны становится все больше, и он будет действовать именно через них. Но мы все еще можем их обнаружить… Вычислить по табакеркам, – добавила я. – Судя по всему, Бездна каким‑то образом общается через эти штуки.

‑ Через такие? – усмехнулся дед, доставая из кармана потертую и видавшую виды табакерку.

Раскрыл ее, и на меня резко пахнуло содержимым.

‑ Нет, – покачала я головой. – У них у всех золотые табакерки. Вот таких размеров, – я очертила их в воздухе. – Лукас знает: он уже держал ее в руках, когда я отобрала такую у… у одного из последователей Бездны. И Кайрен тоже такие видел.

Принц нари кивнул, а Лукас перестал ерничать и внезапно меня поддержал. Заявил, что это неплохая идея – провести обыск в Карассе, изъять все табакерки и задержать тех, у кого найдутся золотые.

Для верности можно еще и серебряные.

На этом все и остановились. Мне посоветовали отправляться к себе и больше не пытаться сбежать из Карассы.

Дед с Лукасом принялись судить и рядить, как им организовать тот самый масштабный обыск. Владыка и Кайрен все еще сидели за столом, а я вышла наружу.

Но не стала возвращаться в свою каюту, где, наверное, меня ждал с очередными разносолами кок Виджи. Вместо этого, провожаемая взглядами моряков и охранников, а еще нескольких стражей‑нари, подошла к борту корабля.

Остановилась, понимая, что там, внизу, где‑то плавали еще и морские драконы со своими ездоками. Так и есть: откуда‑то сбоку раздалось фырканье, а потом я увидела, как огромный крылатый – то есть плавниковый – ящер, вынырнув, шумно выпустил струю воды.