Рукава были закатаны, открывая сильные предплечья. Пояс с морскими узлами и ножнами висел чуть набок, штаны из плотной парусины заправлены в высокие потертые сапоги.
Его черные волосы растрепал ветер, но, кажется, Лукаса это нисколько не тревожило – то, что сейчас он выглядел не как отпрыск знатного рода, а как настоящий морской разбойник.
Впрочем, таким он и был – пират, сбежавший с эшафота в Найрене. Уж мне‑то память не отшибло!
– Что бы это значило, Лукас? – поинтересовалась я, уставившись на него исподлобья.
– То, что у нас с тобой свидание, Шанайя! Разве ты забыла? – улыбнулся он широко и открыто, показав мне ровные белые зубы.
Он был демонически привлекателен, прекрасно об этом знал и, подозреваю, всячески пользовался.
Женские сердца трепетали при его виде, и в академии только и сплетничали о том, на ком остановит свой выбор блестящий аристократ – лорд Лукас Равенмор. А еще по совместительству пират, но об этом знала только я.
Только вот на меня его чары не действовали. Поэтому я сложила руки на груди и уставилась на него самым суровым взглядом, который только могла изобразить.
– Сейчас же объясни мне, что происходит! Где я? Вернее, где мы⁈ И вот еще – куда ты меня везешь и зачем это делаешь?
Вместо ответа он поставил поднос на маленький столик возле стены и выпрямился, после чего уставился на меня с ленивой улыбкой на красивом лице.
Мне показалось, что в его глазах промелькнуло одобрение. Но мне не было никакого дела до того, что какой‑то там пират находил меня привлекательной!
– Я все еще жду ответов, – напомнила ему. – Причем можешь начинать издалека, со своего появления на Найрене. Уверена, на мой родной остров ты явился вовсе не для того, чтобы тебя наконец‑таки повесили на центральной площади.
Лукас рассмеялся и сделал это с явным удовольствием.
– Ты права, Шанайя! У меня было задание на Найрене. Один человек захотел получить вещь, которой ты владеешь.
– Мамин амулет, не так ли? – спросила я, чувствуя, как внутри все сжалось. Выходит, за тем камнем охотится еще одна партия, но уже пиратская. – В нем все дело?
Лукас кивнул, но в глазах до сих пор была насмешка.
– Когда‑то эта вещь принадлежала другому, и я собирался вернуть ее настоящему владельцу.
– И кто он? – спросила я, хотя уже знала ответ.
Но резко себя оборвала, запретив об этом даже думать. Неважно, сказала себе, что этим амулетом пират расплатился с моей мамой за ту ужасную ночь. Она хотела, чтобы эта вещь была моей, и я ее сохраню.
– Но я выяснил то, о чем ни этот человек, ни его отец не догадывались, – продолжил Лукас. – Видишь ли, никто и понятия не имел, что есть ты, Шанайя, и что та короткая и бурная связь…
– Называй все своими именами, пират! – перебила я. – То есть ты явился на Найрен за маминым амулетом. Собирался его то ли выкрасть, то ли отнять…
– Ну почему же так грубо, – усмехнулся Лукас. – Быть может, я хотел предложить за него хорошую сумму.
– «Быть может»! – передразнила я. – В такое благородство мне верится с трудом. Но на острове ты выяснил, что к амулету прилагаюсь еще и я. Попытался выкрасть меня на своем драконе, но у тебя ничего не вышло. Поэтому ты доложил обо всем своему хозяину, и теперь меня хотят видеть. Мой… родной отец, не так ли?
Мой голос все‑таки дрогнул, и мне это не понравилось.
– Не он, – качнул головой Лукас. – Твой дед, Черный Дрейк Веллард.
На миг во рту появился вкус горечи, хотя я уже знала, что принадлежу к этому роду. Но услышать его имя оказалось тяжелее, чем я ожидала.
– Но если он хочет меня увидеть, тогда почему же сам…
– Почему Черный Дрейк не явился в Керн? – усмехнулся Лукас. – Подумай сама, Шанайя, как сильно ему были бы рады в столице Арвена. Подозреваю, до такой степени, что раскатали бы ковровую дорожку прямиком до эшафота.
– Поэтому ты меня похитил?
– Поэтому я тебя спас, когда на тебя напали, – назидательным тоном заявил он. – Кстати, кто это был и что им от тебя нужно?
– Если бы я знала! – выдохнула я.
Хотя я знала.
– Разве тебя не научили в детстве, что не стоит гулять по сомнительным местам? – склонил голову молодой лорд Равенмор.
– А кто должен был меня учить? – огрызнулась я. – Мой отец‑пират, который бросил мою мать после одной‑единственной ночи, а потом она умерла с тоски?
– Да, тут вышла незадача, – с легкостью согласился Лукас. – Но все‑таки я тебя спас, и хваленое чутье Равенморов на этот раз не подвело. Именно оно толкнуло меня явиться в город немного раньше, а потом пойти по твоим следам. Затем я решил, что раз уж подвернулась такая возможность, а ты все равно задолжала мне свидание, то оно пройдет не в Керне.
– И где же оно пройдет? – нахмурилась я.
Лукас улыбнулся еще шире.
– В Городе Пиратов, и на нем будет присутствовать твоя родня. Вернее, твой дед. Все, как и полагается для мужчины с самыми честными намерениями…
– А этот мужчина – кто он?
– Я, кто же еще! – ухмыльнулся Лукас. – Наше свидание будет включать знакомство с твоими родственниками. Только знакомиться с ними будешь ты, Шанайя! – Затем резко сменил тему разговора: – Кстати, скушай булочку, наш кок старался тебе угодить. Как‑никак, внучка самого черного Дрейка…
На это мне захотелось завизжать изо всех сил, а затем приказать Лукасу Равенмору, чтобы он заткнулся.
Желательно, навсегда.
Правда, перед этим вернул бы меня в Керн.
Но я велела себе прекратить истерику. Понимала, что сейчас не лучшее время для проявления слабости.
– Уже скоро мы прибудем на место, потому что корабль идет не только на парусной тяге, – добавил Лукаса. – Кстати, Дрейку будет приятно, если ты сменишь эти обноски, – и указал на мое платье.
Пока я подыскивала слова, чтобы поточнее выразить охватившее меня возмущение, он подошел к большому сундуку в углу каюты. Легко распахнув крышку, Лукас достал оттуда белую шелковую рубашку с треугольным вырезом и широкими рукавами, кожаный корсет с металлическими застежками, темные штаны с ремнями.
Поверх всего этого, кажется, нужно было повязать широкий красный пояс‑шарф.
Но я отвергла подобный наряд.
– На мне мое собственное платье, – сказала я Равенмору. – И если мой вид оскорбляет чей‑то взор, то отвези меня в Керн.
Но Лукас снова усмехнулся.
– Как хочешь, – заявил мне, после чего направился к выходу из каюты.
– Эй! – крикнула я ему вслед. – Погоди, а как же я… Я тоже могу выйти? Или меня зарубят твои кровожадные пираты?
– Ты здесь гостья, а не пленница, – донесся от двери его голос. – Добро пожаловать на борт «Морского Призрака», Шанайя Веллард!
Затем он ушел, оставив дверь открытой, а меня – задохнувшейся от изумления. Никто еще не называл меня подобным образом, и все это было… невероятно странно!
Наконец, немного постояв и переварив его слова, я отправилась следом, лишь немного морщась на головную боль. Уже скоро лестница вывела меня на верхнюю палубу, и я, очутившись на ней, невольно замерла.
Корабль оказался вовсе не таким, каким я себе его представляла. Никаких пиратов с ножами в зубах и в окровавленных рубахах – вместо этого с полдюжины моряков размеренно занимались своими обычными делами.
Кто‑то тянул канаты, закрепляя паруса небольшого двухмачтовика, кто‑то натирал до блеска палубу, еще двое о чем‑то спорили рядом с компасом.
Но было в этом и кое‑что необычное.
Пусть светлые паруса «Морского Призрака» надувал ветер, но корабль заодно тащил за собой черный дракон – его крылья блестели на солнце, а на шею были накинуты канаты, крепившиеся к бокам судна.
От подобного зрелища у меня перехватило дыхание – я не могла предположить, что такое вообще возможно!
К тому же скорость была запредельной.
– Эй, кок, она проснулась! – пробасили неподалеку, и уже скоро я увидела, как в мою сторону спешил огромный краснолицый мужчина в засаленном фартуке и в смешной поварской шапке на голове.
