Иван выпустил ее и слился с мраком. Схватившись за шею, она быстро задышала. Звать на помощь будет излишним, ждать подкрепления тоже — Ваня не бабушка, он точно разнесет весь дворец и не вспотеет.

— Ты… Ты что тут делаешь⁈ — спросила она темноту. — Ты где был?

В ответ заколыхалась штора. И ни шороха. Тихо было как в склепе.

Оглядываясь, Марьяна было уже подумала, что спятила, как силуэт, больше напоминающий огромную ящерицу, чем человека, соткался из теней.

Обрел плоть, а затем, открыв пасть, навис над ней. Это был Дракон.

— Я был в иных мирах, — прогрохотала жуткая тварь. — Завоевывал их ради вас с бабушкой. Ради вашего спокойствия, ради вашего будущего и мира. И как ты мне отплатила⁈

Марьяна хотела ответить, но тут почуяла, как нечто холодное коснулось ее руки, и отпрянула — это был огромный хвост, который кольцами закручивался вокруг постели. Ее так и прибило к месту, а морда чуткого чудовища…

Она приближалась. Зубы были как мечи.

— Залила страну кровью? А свою бабушку заточила в Башне⁈

Марьяна затрепетала — хотелось сбежать и подальше, но колючий хвост крепко обвил ее по рукам и ногам. Обжигающее дыхание чудовища вызвало у нее приступ паники.

— Прости… — смогла она выдавить. — Я больше так не…

Дракон расхохотался. А затем бросился рвать королеву на куски.

Ее крик, наверное, разбудил всех во дворце. И первым с кровати вскочил спавший рядом Артур. Едва очнувшись, он кинулся спасать любовь всей своей жизни, но получил от нее пяткой в нос.

— Не хочу! Пусти! Мне больно! Бабушка!!!

И оба шлепнулись с кровати. В следующий миг двери в королевскую опочивальню вынесла стража. Застучали сапогами, в комнату набилось человек двадцать. Артур быстро оказался среди них — в одной ночной рубашке, но с мечом наперевес.

— Что? Где?.. — хлопала глазами Марьяна, выглядывая из-под кровати. — А где Дракон?

Все застыли.

А затем услышали какой-то жуткий скрип — и шел он, казалось, отовсюду, где была хотя бы крупица золота: рамы картин, зеркало, канделябры, люстра и Марянина шкатулка с драгоценностями. Скрипели даже золоченые доспехи королевской гвардии.

В следующий миг произошло страшное.

В баре «Золотой котел».

Борис уснул прямо в зале, у стойки. Во сне ему привиделись те самые странные миры, где за минувшие годы умудрился побывать Иван в погоне за мистическим Оком, захватчиком сущего. Населены они были настолько жуткими тварями, что все проблемы их жалкого мира Борису показались ерундой по сравнению с тем, с чем пришлось столкнуться Дракону на своем пути к очередной Башне. А это были битвы, битвы и еще раз битвы.

Все три года, без перерыва. Один захваченный мир сменял другой.

Проснулся он от еле различимого стука, и поначалу ему показалось, что он спит, но нет… Звук раздавался под дверью, у которой примостился настороженный кот Василий.

Обернувшись к Борису, кот мяукнул.

— Что такое?.. Иван?

На часах было пять утра. Солнце и не собиралось вставать.

Стуки продолжались, Борис, чертыхаясь, побрел открывать. Спина ужасно болела — вот тебе и поспал не в кровати.

— Сейчас!

Открыв дверь, он приготовился пустить полуночника, но так и замер на пороге. Снаружи было пусто.

— Эээ… — удивился бармен, выглянув наружу. — Иван?

Где-то что-то звенело. И довольно громко — в ночной тишине этот звук пробирал до костей.

Вдруг он почуял, как нечто легонько стукает его в ногу, и опустил глаза. Это была золотая монета. Стоя на ребре, она билась о его ботинок, отскакивала и продолжала биться.

Сглотнув, Борис убрал ногу и монетка, подскакивая, вкатилась в бар. На ее пути встал кот Василий. При виде «жертвы» он поднял зад и, заурчав, кинулся в бой. Монетка однако оказалась проворной: прыгала, вертелась и упрямо катилась к котлу.

Борис наблюдал за этой битвой, раскрыв рот. А тем временем, звон с улицы приближался. И не просто звон — а терзающий слух грохот тысяч и тысяч звенящих вещей.

И вот его источник «вышел» на их улицу. Вернее, вывалился, и это была целая лавина.

ЗОЛОТА⁈

— Мама… — просипел Борис, отходя все дальше в бар. На них в самом деле двигалась волна золотых монет, слитков, украшений, подсвечников, посуды, скульптур и прочего. Там были не просто тысячи, а миллионы ценностей!

Заполонив улицу, это сверкающее в свете фонарей цунами обрушилось в направлении бара.

Осознав ужасную участь своего заведения, Борис не стал мешкать. Схватил «золотой» котел и, надрываясь, потащил его наружу. Пнул жестянку во двор, который уже был на два этажа заполнен золотом, захлопнул дверь и прислонился к ней спиной.

А затем начал молиться.

Во дворце.

Марьняна очень долго сидела на полу своей опочивальни и смеялась в голос. Ей было не то, чтобы очень весело после того, как из дворца вынесло все золото до последней сережки, а памятник ее обожаемому Артурчику, просто сошел с постамента и на пару с драконом зашагал куда-то в ночь.

У нее, как и у всех во дворце, была истерика. Пух с лаем носился по коридорам, а слуги стояли вдоль изуродованных стен не живые, не мертвые. Стража в одних подштанниках мельтешила туда-сюда, пытаясь хоть что-нибудь предпринять, или хотя бы понять, в каком направлении скрылось «взбунтовавшееся» золото?

— Трущобы! Золотого короля заметили в трущобах! По коням!

А Марьяна рассмеялась только громче. Артур помог ей встать, и тут ей на глаза попалось нечто, лежащее на туалетном столике. Конверт. На нем была надпись — «Марьяне».

Глаза королевы полезли на лоб. Вскрыв конверт, она плюхнулась на свою разодранную в клочья кровать, которую тоже не пощадили, и углубилась в чтение.

Письмо было лаконичным и было написано сильно поднаторевшей рукой Вани. Он извинялся за долгую отлучку, справлялся о положении дел в королевстве, а также просил «приглядывать за бабушкой».

А еще…

'…И возьму на себя смелость забрать у вас парочку золотых вещей. Не жадности ради, а сугубо ради дела. После исчезновения порталов они вам все равно без надобности. А нам очень помогут для борьбы с Оком.

Не прощаюсь, моя дорогая Марьяна. Вскоре, уверен, мы увидимся вновь.

Твой друг

Д.'

PS. Передавай привет Артуру.

…В себя Борис пришел в тот самый миг, когда стены перестали дрожать. Сгустилась тревожная тишина, сквозь которую слышалось завывание сигнализации. Перекрестившись, бармен выглянул наружу и увидел котел, лежащий на боку.

И все. Золота не было и в помине.

Из окон выглядывали заспанные люди, но ни один не мог понять какого черта произошло.

— Борис⁈ Ты чего охренел? — зарычал на него сосед с пятого этажа многоэтажки. — Видел, сколько времени, а ты тут свои котлы раскидываешь! И не стыдно?

Борис не ответил. Почесывая лысину, походил вокруг котла, развел руками и потащил его обратно. Ему еще казалось, что это сон, хотя…

— Какой, к черту, сон. Это же Ваня! — фыркнул он, установив котел на прежнем месте. Куда девалось золото и откуда оно «пришло», ему знать не хотелось. Нет, и черт с ним.

Василий все сидел на полу, прижав монетку лапками, и играл с нею как с игрушкой. Монетка пыталась пробиться к котлу, но кот не давал ей воли.

Борис долго наблюдал за ним. Его бросало то в жар, то в пот. Неожиданно он вспомнил недавний вопрос Ивана про золото, и ему стало очевидно, ОТКУДА оно.

Духу ему хватило только на одно:

— Бл***.

Услышав бранное слово, Василий подскочил, и монетка, наконец, смогла вырваться у него из лап. За два прыжка она оказалась в котле, и…

Даже не звякнула о дно. Борис заглянул в котел. И обмер.

В нем сквозила мерцающая червоточина, из которой торчала когтистая рука. Монета лежала прямо на ладони.

Сжав пальцы, рука втянулась в червоточину. А та просто испарилась.