Его когти сжались на ее шее. Но Марьяна все равно улыбалась:

— Бабушка всегда говорила мне о том, что ты был любителем «шахматных» партий и никогда не уходил из комнаты, не оставив шпика за портьерой. Я запомнила это, папа…

— Это ничего не меняет, — сказал отец. — Пусть. Пусть эти никчемные вырожденцы кормят червей. Слуг у меня меньше не стало — ими полнится весь город!

И он с криком ракрутил хвост. У Марьяны сперло дыхание, но этот псих и не думал ее отпускать. Взмахнув ею в воздухе как куклой, он снова схватил дочь за шею.

— Ты, дура, всего лишь отдала в лапы монстров своих подданных! Больше нет тех, кто смог бы встать между ними! Поздравляю. И тебя, и твою тупую бабушку!

Он сдавил ей горло так сильно, что она едва не отключилась.

— Как жаль, что вы теперь обе в моей власти. Я предлагал тебе, Марьяна, уйти ко мне добровольно, но тебе захотелось власти. Думала пойти по ее стопам? Не вышло, ибо стоит мне разжать руку, то твое правление оборвется. Дар Крови вновь вернется к Дарье, а мне будут принадлежать два мира. И две Башни.

Марьяна ответила на его улыбку. Как же он старался напугать его… И с каждой такой вспышкой ярости кровь хлестала из его кольти все обильней.

— Вот как?.. — прохрипела она. — Это и есть твой план? Жить с мамой до скончания веков?

Это было так глупо, что королева от души расхохоталась.

— Всесильный Дракон живет с мамой в Башне! И именно это был его План! Вы слышали⁈ — крикнула она в сторону Города. — Вот он всесильный Дракон! Нет, он всего-то маменькин сынок!

Смотреть как вытягивается уродливое лицо отца было до одури забавно. Знать, что с каждой каплей крови, что хлестала из его отсеченной руки, отец становится все слабее, было еще веселее.

Нет, папа. Раз ты хотел триумфа над родной дочерью, то он явно пошел не по плану.

— … И ты еще думаешь, что бабушка будет подчиняться тебе⁈ — прошипела королева, чувствуя как Гнев вновь поглощает ее. — Да она в жизни не подчинялась никому — ни своему отцу, ни мужу, ни тем более своему жалкому сынку! Нет, даже Он был скорее ее домашней зверушкой, выполнявшей все ее прихоти, чем ее повелителем. Но все же…

Она сглотнула.

— Он был Дракон. А ты… Какой же ты Дракон?..

Василий молчал. То, что еще оставалось его лицом, превратилось в холодную маску ненависти. Как он до сих пор не растерзал ее, оставалось загадкой.

— Чего ждешь?.. — выдавила из себя королева. — Хочешь, чтобы я молила тебя заточить себя в Башне, но только не отпускать? Нет, никогда. Лучше убей, папа! Ты жалок! Жалок! Жало-о-о-о-ок!

Последнее она кричала уже летя вниз. Его пальцы разжались и под ней открылась бездна глубиной в несколько километров.

Падая, Марьяна продолжала кричать отцу, какое же он ничтожество, бездарь и пустозвон. Ветер давно поглотил ее слова, но она все равно кричала — ей хотелось, чтобы это было последнее, что он слышит из уст родной дочери.

Летела вниз, раскинув руки и кричала…

Когда облака остались далеко наверху, она устала драть горло. Глянула через плечо — а там повсюду простирались земли ее несчастного Королевства.

Ее Город приближался. Ужасно быстро.

Марьяне бы испугаться близости грядущего конца, но отчего-то ей не было страшно. Право, за минувший месяц она устала бояться.

Королева закрыла глаза. Бабушка когда-то говорила ей, что королева и умереть должна по королевски. Молча. С достоинством. И со своим народом.

Она улыбнулась. Какая чушь…

Над головой захлопали крыльями, и Марьяну кто-то подхватил на руки. Затем все завертелось, и она открыла глаза.

Город несся мимо.

— Папа, нет!

Но это оказался не папа. А кое-кто более ужасный.

— ВАНЯ!

Она принялась дергаться, брыкаться и кусаться. Мне пришлось проявить чудеса стойкости, терпения, а еще ловкости, чтобы удержать эту дергающуюся дурочку на весу и увернуться от заклятий, которые снова посыпались в нас отовсюду, стоило нам пролететь над крышами.

— Пусти! Пусти! Откуда ты взялся⁈

Я не ответил — очень хотелось рассказать ей обо всех приключениях в Орде и Царстве, а еще как следует отшлепать, однако в этот самый момент мы вылетели за пределы города и полетели над заливом.

И там нас тоже встретили.

— ОГОНЬ! — раздался усиленный магией крик, а затем со всех бортов в нас хлынул поток картечи.

Я ушел вниз, снаряды пронзили воздух у меня над рогами. Вовремя взмахнув крыльями, удалось избежать падения в воду, и мы полетели между судов. По сторонам замелькали паруса, мачты и перепуганные лица матросов. Их капитаны не унимались:

— Огонь из всех орудий!!!

Грянули пушки, и все по нам.

Я улыбнулся. Нужно ли говорить, что половина снарядом продырявили соседние корабли? Да, именно так и случилось.

Вокруг взорвалась целая туча ошметков покореженного металла, сыпануло исками, щепок и порванных парусов. Люди с бортов полетели как яблоки.

Я расхохотался. Ну что за идиоты?..

Марьяна опять принялась орать, а ее Ее глаза резко вспыхнули. Запах Древней магии был оглушающим.

Нехорошо. А тут кожа юной королевы начала дымиться.

Еще немного, и она грозила взорвать нас обоих. Посреди залива это было крайне нежелательно.

— Охладись!

И я, подлетев к волнам слегка окунул мою Принцессу под воду. Забулькав, она промокла до нитки, но к счастью остыла. В ту же секунду по нам пальнули очередной порцией «гостинцев», и вода взорвалась брызгами. На этот раз постарались маги — вокруг кораблей начали расти ледяные иглы, а сверху по нам шарашили молниями.

Проделав петлю, я увернулся от всего на свете, а затем, набрав высоту, кинулся в единственную сторону, которая оставалась — к Башне, конечно же.

— Давно пора! — рыкнул я, но соседний корабль едва не взорвался от усердия сбить нас на лету.

С него сорвалась целая сеть громыхающих молний. Через мгновение они сплелись в кулак, и он понесся на нас как огромный сверкающий буйвол. С большим трудом, но мне удалось избежать столкновения, однако пара молний меня таки задела.

— Зараза! — и забив крыльями, я кинулся над бортом. Было больно.

Маг-громовержец, стоявший на мачте, не успел даже вскрикнуть, как частица моего Древнего Огня нашла его бороду. Пламя охватило ганзийца в тот же миг. Взвыв, он рухнул с мачты прямо на головы матросам.

Судя по грохоту, рванул он ярко. Увы, мы с Марьяной летели дальше — к острову, на котором уселась моя обожаемая Башня. С нее на нас ринулась куча магических птиц. Это уже «гостинцы» Инквизиции, что рьяно охраняла остров.

— Держись! — рыкнул я, когда одна из птиц вцепилась мне в крыло. Марьяна уже давно перестала сопротивляться — вжалась в меня всем телом.

Еще чуть-чуть, и задушит…

На борту флагмана.

Ушли! Ушли! Тысяча подводных чертей!

— Scheisse! — выругался адмирал Генрих фон Мерц, командир всей этой чертовой флотилии, которая…

— … Не смогла сбить одного единственного летуна!!! — зарычал он, наблюдая, как огонь пляшет то на одном судне, то на другом. Два корабля и вовсе пошли ко дну. От четырех архимагов остался один пепел. — Позор на наши головы!

А тут еще одна неприятность. Разогретая молниями вода исходила паром, вокруг, куда ни глянь, один сплошной туман. Жарища при этом как в бане. Ни черта не видать.

— Шмидт! — зарычал командор на своего помощника, который пытался сбить пламя с его бороды. — Свистать всех наверх! Готовьтесь взять чертов остров штурмом! Быстро!

— Есть, герр адмирал!

Черт с ним со сраным послом! Им в любом случае приказано взять эту стратегически важную точку, закрепиться там и готовиться высаживаться в Городе. Не зря же они вот уже битый час окружают остров? План вторжения разрабатывался наспех, но все должно было пойти как по маслу — так решил сам государь Император, а он еще никогда не ошибался!

Башня, конечно, жуткая, но разве это испугает фон Мерца? Известного морехода по прозвищу Зеленая борода⁈