Инквизитор промолчал на вопрос своего брата. Лаврентий вообще был не особо разговорчив. Его страх выдавали капли пота, сверкающие на лысине. Луч фонаря пробивал сплошную стену тьмы только на пару шагов. Немногочисленные бойницы с освещали только крохотный пятачок у стены.

— Как будто не очевидно… — буркнул Артур.

— Удиви, — хохотнул маг. Как он не хорохорился, но дрожь в ладонях выдавала и его. — Магический кристалл, способный повергать в ужас целые армии? Древний свиток, в котором написано ужасное будущее человечества? Или…

— Заткнитесь, — рыкнул Лаврентий. — А то я полетите вниз еще быстрее, чем испугаетесь собственной тени!

Эхо запрыгало по ступеням, вгрызаясь в уши всей троицы. Инквизитор зашагал дальше.

— А ты, Лавр, никогда не лез за словом в карман… Я же пытаюсь разрядить обстановку.

Вергилий кинулся ему вдогонку, а Артур никак не мог заставить себя сойти с места. Он смотрел назад.

Ему показалось, или там слышались шаги? Без фонаря там было настолько темно, что хоть глаз выколи и ничего не изменится. Отчего-то его не покидало ощущение чьего-то присутствия…

И особенно в коридорах, куда вели двери на этажах. Там за ними словно что-то наблюдало.

— Возможно, и не тут ничего опасного, — заговорил Вергилий сверху. — Просто хреновая репутация нашего общего друга витает в воздухе.

«И она осязаема», — мелькнуло в сознании Артура. Внезапно перед глазами появилась страх-комната, и то, что он увидел внутри еще тогда — тем странным летом, когда он познакомился с Ваней. В тот момент в страх-комнате он увидел себя. Совсем одного. Совсем-совсем одного. Даже обычной болтовни Корвина там не слышалось, а ведь…

А где Корвин?..

Осыпавшись мурашками, Зайцев посмотрел себе под ноги и увидел свою тень. Совершенно обычную. Она даже не шелохнулась.

— Корвин? Ты где?…

Молчание. А ведь обычно он отвечал сразу.

Времени выяснять, отчего замолчал его вечный спутник не было — луч фонаря Лаврентия уже исчезал за витком лестницы. Артур кинулся догонять своих компаньонов.

— Знаешь, Лавр, тут даже можно привыкнуть. Полагаю, наедине с нашей нынешней королевой еще страшнее. Да, Арти?

И этот болтун расхохотался. Лаврентий что-то снова пробурчал. Они шли дальше, пока не достигли четвертого этажа.

— И всего-то⁈ — охнул Вергилий. — Я думал, мы уже преодолели десяток!

А тут еще фонарик начал опасно мигать.

— Зараза… Бродить тут в потемках мне совсем не улыбается. Лаврентий, ты же не боишься темноты? А ты, Арти?

— Я Артур, — буркнул Зайцев, обгоняя разболтавшегося мага. — А тебе, Вергилий, и вправду лучше бы помолчать.

Тот только хохотнул, но к счастью заткнулся. Шаги барабанили так громко, что вся лестница, казалось, ходила ходуном.

— Где же Илларионов? — оглянулся Вергилий, стоило им остановится на пятом этаже на отдых. — Кажется, пропал где-то недалеко…

Инквизитор посветил в один из коридоров, отходящих от лестницы, но там, как и в остальных, была одна пыль да мусор. Заглянув туда, Вергилий громко чихнул.

— И как Дарья Алексеевна умудрилась здесь прожить несколько лет? Железная женщина…

— А золото отсюда тоже забрали? — спросил Артур, вглядываясь во мрак.

— Похоже… Когда речь о золоте страх отступает на второй план, — заметил Вергилий. — Полагаю, наверху наверняка еще много из Его ценностей… Да, Лаврентий?

Тот не ответил. Он стоял и вглядывался во тьму.

Фыркнув, Вергилий, выхватил у него фонарь и принялся подниматься. Артур последовал за ним.

— Вы, поди, как захватили эту Башню, — болтал Вергилий, — тоже таскали отсюда по монетке… Откуда еще у вашей организации столько сотрудников, оружия и агентов даже за пределами Королевства? Все отсюда, зараза, из этой проклятой Башни… Боретесь с силами зла, а пользоваться их капиталами не зазорно, да? Лаврентий?

Тот промолчал.

— Молчишь? Ну, молчи… О, шестой этаж! Скоро уже десятый, а там…

Сплюнув, тяжелодышащий Вергилий шагал дальше. Вдруг Артур внезапно осознал, что не слышит ни шагов, ни его дыхания Лаврентия. Оглянувшись, он замер.

За ними была пустая, темная лестница.

— Ты чего встал, Арти? Пойдем, а то…

Луч фонаря скользнул на ступени — и ничего.

— Так… — выдохнул Вергилий. — Лавр⁈ Ты где? Иди на мой голос, чтоб тебя!

В ответ пришло лишь эхо. В следующий миг фонарь в руке Вергилия замигал, а затем и вовсе отключился. Лестница исчезла во тьме.

— Вы слышали?..

Кэшиктены снова остановились. Голоса раздавались то снизу, то сверху, то слышались где-то сбоку. По подсчетам Игоря они миновали уже седьмой этаж, а этих болтунов отчего-то так и не встретили.

Ему, да и остальным было наплевать, однако перед ними встала другая проблема — с каждым пролетом кэшиктенов становилось все меньше. Первый пропал еще на третьем этаже. Еще трое на пятом, и вот…

— О, Шайтан! А где Ахмет с Назаром⁈

Ответом ему послужило молчание Башни.

Игорь вздохнул. В катере их было пятнадцать. В Башню зашло двенадцать. А сейчас их было только девять.

Кэшиктены принялись в панике переглядываться и выкликать своих пропавших товарищей. Фонарики в их руках мигали, словно находились под водой и вот-вот отрубятся.

Угедей не смотрел на них — только прибавил шагу. Взволнованные голоса заполнили лестницу, вызывая в Игоре приступ страха. Отчего-то ему захотелось кинуться вниз, и он не мог понять причины.

Страх. Он, казалось, был осязаем.

Двое кэшиктенов словно прочитали его мысли — со всех ног бросились назад. Их громыхающие шаги и крики заполнили лестницу.

— Стойте, идиоты! Назад!

Но они не ответили. Вскоре их шаги оборвались, как и не было их. Через секунду остальные направились вслед тайджи, но на каждом этаже их становилось все меньше. Фонари гасли один за другим.

Еще спустя этаж задрожал фонарик Игоря. От осознания того, что вот-вот и он останется наедине с темнотой, сердце едва не выпрыгнуло из груди. Бойцов осталось всего трое — в их глазах жил ужас, колени дрожали. Фонари погасли у всех. Каждый из кэшиктенов был воином, закаленным в десятках смертельных схваток, но сейчас они тряслись так сильно, будто были необстрелянными юнцами.

Один из них внезапно упал и, схватившись за плечо товарища, потащил его вниз — во тьму за их спинами. Второй попытался схватить третьего, но тот отмахнулся и кинулся к Игорю. Его взгляд ужасал. Казалось, там не осталось ничего человеческого — только животный инстинкт. Выжить!

Игорь ударил его в живот, а затем кинулся вслед тайджи. На миг ему показалось, что за спиной того кэшиктена он разглядел руку — и она была вся покрыта кроваво-красной чешуей.

Тайджи бежал, оглядываясь. Казалось, он не знал усталости.

— Угедей, постой… — позвал его Игорь, задыхаясь от бега. — Да постой же!

Но тайджи не ответил. Он, сука, никогда не отвечал!

На следующем этаже Игорь не выдержал — снова оглянулся. Позади не было никого. До цели оставалось еще по меньшей мере сорок этажей.

Оказавшись во тьме, Артур едва не сорвался вниз. Чертовы ступени… По таким явно не люди ходили!

Нащупав твердое, он попытался разглядеть хоть что-то, но увидел только блеск бойницы наверху. Как он ни звал Вергилия, тот не откликался. Лаврентий тоже куда-то подевался.

А значит, он тут один. Совсем…

Этот факт заставил Артура броситься к бойнице. Позади оставалась одна ступенька за другой, затем десять, а потом счет пошел на десятки — и все без толку. Бойница отчего-то не приближалась.

— Сука! Корвин! Ты где⁈

Ответом ему было только эхо.

Еще через несколько минут бешеного бега, Артур совсем ослаб и сел на ступеньки. Он был мокрым насквозь, а сердце буквально вырывалось из груди. Меч словно стал тяжелее втрое.

— Значит, один…

Подавив очередной порыв кинуться вниз, он медленно принялся подниматься. На бойницу он уже не смотрел, ибо Башня — или та сила, что поселилась в ней — явно игралась с ним.