— Хан с нами! — рявкнули они, сойдясь кругом подле Угедея. — Жизнь за Хана!

С другой стороны от Аристарха приближались гвардейцы. В храме уже не было места от тех, кто мечтал порвать золотого рыцаря на части. Марьяна подошла к поручням.

— Аристарх, брось меч! Немедленно! Твоя Королева приказывает тебе!

Но де Риз только слегка качнул подбородком.

— Это невозможно. Он не даст мне.

— Он⁈ Кто он? Отец?

Рыцарь кивнул.

— Василий Олафович даровал мне молодость и силу, о которой я не мог мечтать, но забрал волю, — сказал де Риз. — Каждое мое непрошеное движение, вызывает сильнейшую боль, ибо внутри эти доспехи словно шипастая шкура ежа. Вам придется убить меня, Марьяна Васильевна…

— Нет!

— … Или я убью всех в этом храме, — и он скользнул взглядом по гвардейцами, по Артуру, Игорю и Угедею с его людьми. — А затем буду убивать до тех пор, пока мое сердце не остановится. Так Василий Олафович приказал этим чертовым доспехам.

Марьяна сжала поручни пальцами до белых костяшек. А затем кинула саблю Угедею. Он поймал ее на лету, а затем салютнул ей.

— Повторяю — нет, — бросила Марьяна. — Ты не умрешь сегодня Аристарх.

— Увы…

— Я сказала, нет! — и ее глаза сверкнули. — Королева приказывает тебе сломать эти доспехи и присягнуть мне. Вы все присягнете мне этим вечером, если хотите жить! Слышали⁈ Ваша присяга — жизнь этого человека!

Она уткнула в предателя палец.

— Убить Аристарха для вас — смертный приговор!

Игорь сглотнул, а среди гвардейцев поднялся ропот.

— Тот, кто убьет Аристарха, отправится на плаху!

— Марьяна Васильевна… — заикнулся Аристарх, но Марьяна зарычала в голос:

— Голову с плеч тому, кто убьет его! И все ваши семьи тоже отправятся к палачу!

Ее голос поднялся под потолок и эхом заскакал между стенами. Зашел каждому в ухо, заставил пару гвардейцев ринуться наутек, но остальные не дрогнули.

— Этих двоих трусов казнить, — сказала Марьяна. — Остальные взять Аристарха! Артур! Действуй, немедля!

Тишина стояла ровно секунду. Все взгляды сошлись на Артуре с Аристархом.

— Зайцев, — сказал де Риз холодным тоном, а затем доспехи снова начали медленно двигаться вперед. — Что бы ни случилось, знай, я сожалею обо всем, что сделал и что еще сделаю… Но ни мое тело, ни мои силы больше мне не подчиняются. Этот золотой доспех забрал у меня все.

Артур осторожно кивнул. К ногами Аристарха тянулись теневые руки Корвина. Вот-вот он готовился схватить его.

Шанс. У него есть всего один шанс…

— Не верь Марьяне, у нее доброе сердце, — улыбнулся де Риз. — Целься в голову. Других слабых мест в этом доспехе нет. Я сделаю все, что в моих силах.

И сказав это, он закрылся наплечником. Меч-иглу выставил для мощного выпада. В следующий миг золотой рыцарь скакнул с места — и так быстро, что Корвин поймал пустоту.

В ушах поднялся разочарованный вопль, и следом вперед бросился Артур, занося свой меч. Как и все.

В ней кипел Гнев. Нет, он просто захлестнул ее всю!

Наблюдая, как внизу все слилось в один кровавый громыхающий клубок, Марьяна, вернее Гнев внутри нее, разжигал в ней Древнюю магию. Все эти месяцы ей кое-как удавалось сдерживать в себе это чувство, намертво сросшееся с ее силами, но с каждым днем это было все сложнее.

Дар, что передал ей некто по ту сторону портала, был чем-то таким, что вызывал в принцессе нарастающую ненависть. А сейчас… Сейчас Гнев вырывалался на свободу, побуждая в ней Древнюю магию, и совсем иного рода, чем та, которой поделился со всеми Вергилий.

Это было нечто злое. Очень злое.

Было горячо. Очень горячо. Еще немного, и ее платье превратиться в обноски из-за тех золотистых языков пламени, что лезли наружу.

Древний огонь… Это был Древний огонь! И он переполнял ее всю. Был ли это эффект столкновения его с Кровью? Возможно. Она подумает об этом позже. Происходящее внизу было важнее.

Там все пропало в сиянии заклинаний, грохоте железа и брызгах крови, и лишь на какой-то миг оттуда вырывался блеск золотых доспехов. Они двигались хаотично и настолько быстро, что и глаз не был способен уследить за ними.

Нет, никто уже не пытался взять Аристарха живьем — через минуту боя уж точно. Он был слишком неуловим, слишком яростен, чтобы всерьез рассчитывать на то, что его можно пленить.

Его пытались окружить, но за какой-то миг рыцарь оказывался то на потолке, то у них за спинами, то просто прорубал их ряды, разбрасывая элиту Королевства как детей. Ряды гвардейцев редели, люди Угедея давно лежали прорубленными в фарш. Сам тайджи барахтался на кончике меча-иглы как бабочка, зачем-то пытаясь дотянуться до лица Аристарха.

Взмах, и он улетел прочь. За все это время он даже не закричал.

На его место встал Артур с мечом на перевес. Однако ему никак не удавалось встретиться с Аристархом — тот кидался то на одну группу врагов, то на другую. Меч-игла не знал пощады.

— Трус! Сразись со мной! — рычал Артур, но доспехи играли в какую-то свою игру, танец смерти.

Сделав пируэт, Аристарх запрыгал по залу зигзагами, и за каждый удар на пол падало одно тело. В какой-то момент среди звона доспехов послышался смех. Очень знакомый смех…

— Папа…

Марьяна моргнула, и все заволокло вспышкой магии. Не успело сияние полностью рассеяться, как среди него появился блеск золотого доспеха — совсем близко. К ее балкону на нее летел золотой рыцарь.

Через мгновение он был уже на расстоянии удара, острие его меча было направлено точно ей в грудь.

Время остановилось. Ни гвардейцы, ни люди тайджи не справились. Из защитников остался только Артур, которому так и не дали сделать ни одного удара. Он так и не смог сделать ни одного удара.

На миг Марьяна с Аристархом остались одни. Ее вот-вот накроет его тенью, а самого рыцаря настигнет тот черный призрак с горящими глазами, который всю битву никак не мог поймать рыцаря.

Аристарх коснулся земли всего раз — наступил на поручень, и тогда его тень окутала Марьяну. Рыцарь был огромен, как огромная золотая колонна. Лицо было отчего-то спокойно, а глаза снова сомкнулись.

Тогда Марьяна тоже закрыла глаза. Ей ничего не оставалось, как полностью отдаться Гневу. Древняя магия хлынула из нее потоком, а затем все ее тело заполыхало в золотом пламени.

Но лишь на миг. Она снова открыла глаза, и огонь как ветром сдуло.

— Нет, Аристарх… Не могу… Все же ты мне как отец…

Марьяна закрыла глаза и приготовилась умереть. Убить его с помощью Гнева было бы финальным шагом, после которого ее бы ждала Тьма.

Она ждала вспышки боли, но тот самый миг смерти прошел, а ничего не случилось. Вдруг нечто ударилось оземь, да так громко, что она тут же открыла глаза.

Аристарх сидел на одном колене, у него из ноги хлестала кровь.

— Бегите… — зарычал он, но осекся, когда доспехи, страшно заскрипев, буквально подбросили его в воздух.

А потом их обоих буквально накрыло тьмой. Все звуки как отрезало, а Аристарха обхватило со всей сторон десятком теневых рук, растущих из пола и из стен. Над головой нависли светящиеся глаза.

— Не могу… Держать!

А доспехи все шагали. Руки лопались, а доспехи, скрипя, шагали — к Марьяне, что буквально приросла к месту. Гнев вновь вспыхнул в ней и нарастал по мере того, как Аристарх двигался вперед.

Как неутомимая машина.

— Аристарх, — сказала Марьяна, а затем Гнев в ней победил. — Прости…

От авторов: Дорогие друзья!

Чуете, чем пахнет? Чуете этот ни с чем не сравнимый аромат… Да, это она, шаурма! Вернее, половина шаурмы, которая снова стоит между вами и книгой! Книга или полшаурмы⁈ Признаюсь, даже авторы иной раз не знают, что выбрать…

Что ж… Хотелось сказать огромное спасибо и тем, кто сломался и выбрал полшаурмы. Наша история движется к финалу и каждый читатель, пусть и не очень стойкий перед властью общепита, ценен. Всем спасибо за то время, что вы уделили нашему циклу. Огромная благодарность за ваши лайки, комментарии и особенно награды!