— За что ты так с ним, Кузнецова? — в своей манере спросил Никита, тонкая душевная организация которого не могла пропустить тот факт, что Юра точно симпатизирует их одногруппнице. О том, что и сам с ней непродолжительное время встречался — не думал и не переживал. Возможно, уже перегорел. Теперь явно считал, что имеет право на дружеские подколы.

— Вот тебя не спросила! — шикнула Астра, чувствуя себя как-то гадко.

На сцене появились заведующие общинами: сначала вышел, опираясь на свою длинную клюку, Роса Август Кондратьевич, заведующий общиной святовита. Следом вышла Поднебесная Ирина Александровна, заведующая общиной ярилы. Она, самая молодая из всех заведующих, была строга и одета с иголочки. Следом появились заведующие общинами купалы и коляды: пухловатый, лысоватый и как всегда добродушный Знаменский Богдан Олегович и Архаров Георгий Владленович, высокий и как всегда высокомерно глядящий на всех присутствующих. Каждый из них был одет в цвет своей общины: бордовый, синий, зеленый, светло-серый.

Они приветствовали новоприбывших и тех, кто вернулся вновь на следующий курс обучения. Каждый заведующий сказал несколько слов напутствия, напомнил о главных правилах устава школы, таких как: комендантский час, походы на Малахитный проспект, техника безопасности в коридорах школы и хребтах во время использования магии и чтении заговоров.

Роса, даже не двинувшись со своего места и опираясь на посох, усилил магией свой голос:

— Обращение для вторых и третьих курсов базового образования: в этом году у вас добавляется несколько новых предметов, а, значит, увеличивается и учебная нагрузка. Однако помимо этого с вас будет требоваться посещение дополнительных занятий! Будь то хор или Ратная магия, нам все равно. Лишь бы не болтались без дела.

Из зала кто-то крикнул:

— А те, кто играют в «шабаш», им тоже желательно пойти еще и песни горланить?

— Можете и горланить, если делать нечего. Но сидя на ковре.

Раздался дружный смех.

— Понял!

— Я рад, — сухо ответил Август Кондратьевич и больше не проронил ни слова. Вскоре собрание было окончено, и постепенно все разошлись по своим хребтам. Яромир так вообще проспал его большую часть, низко сползя вниз по креслу, в котором сидел. Он кивал головой, когда сознание отключалось, и вскоре вовсе пристроился на плече Вершинина. Тот пару раз переложил его на Мирославу, но ее маленькое плечо Полоцкому приходилось не по вкусу, и он либо сползал ниже, либо просыпался и потом снова перекладывался на плечо друга. Никите приходилось терпеть.

ᛣᛉ

Учеба полетела своим чередом, трудовые будни сливались в единое и неразличимое целое. Из новых предметов к старым добавились уже знакомые всем “Стихии”, а также “Артефактория”, которая показалась Мирославе похожей на уроки физики с применением сложных магических формул и дополнительных ритуалов. Этот предмет сразу же вызвал у нее проблемы, поскольку и с физикой у нее не ладилось, а тут и вовсе кипели мозги. Третьим обязательным предметом стали “Основы в зверомагии”, а четвертым “Нумерология”. Судя по расписанию на первую неделю, можно было сделать вывод, что немного сократились уроки по “шабашу”, на которые ходили все с целью общеукрепляющих физических занятий, “Астрология” ушла в разряд факультативов, а “Высшая арифметика” уступила один урок в неделю “Нумерологии”. График учебы показался второкурсникам бешеным.

В первые дни учебы на стендах в учебных коридорах вывесили списки, где каждому надо было отметить галочкой курс или факультатив, на который он будет ходить. Вершинин вписал себя на “Литературный” кружок, где не только читали книги, но и изучали силу слова, которая помогала на Заговорах. Помимо этого решил ходить на факультатив “Гримористики”, где учились читать гримуары. Еще они с Иванной вместе ходили на “Ментальную магию”, позволяющую работать с сознанием, снами и воспоминаниями, а с Мирославой на "Зловредительство".

Иванну также перехватил Горынов, настаивавший, что ей нужны дополнительные занятия по Превращениям. Он говорил, что видел в ней потенциал. Еще она записалась на Узелковую практику, а со второго полугодия собиралась посещать занятия по медзнахарству в палатах.

Астра остановилась на факультативе “Зверомагии”, участии в журналистской деятельности и “Тарологии”, которая, как и "Прорицания", не была обязательным предметом для всех. Поскольку для дополнительного занятия можно было выбрать «шабаш», то Мирослава не особо переживала по выбору остальных: выбор пал на факультативы под названием “Ядовредительство" и "Зловредительство”. На первом изучали яды и противоядия, а на втором — проклятья, где и учили их снимать. По поводу последнего они с Вершининым не сговариваясь решили изучать проклятья вместе. Им показалось это мало того, что интересным, так еще и полезным.

Яромир со скрипом в зубах вписал себя на "Ратную магию", хотя не так уж и хотел идти туда. Однако идти играть в «шабаш» было уже поздно, а петь в хоре или играть в ансамбле не хотелось вовсе. Из факультативов еще выбрал “Основы политологии и экономики ведьмаговского мира”, поскольку думал, что, возможно, в будущем ему эти знания пригодятся. Помимо этого он изучал старославянский, латинский и английский языки по тем же причинам.

Владимир, когда учился в Ведограде, был на занятиях по Ратной магии лучшим, и младшему брату не хотелось, чтобы его сравнивали и указывали, что он в отстающих. Хотя и в отстающих еще и не оказался, а уже настроил себя на это. Такой настрой удручал. А особенно удручал факт, что на этих занятиях ему придется пересекаться с Тихомировым, как это случилось на вводном уроке. Почему-то этот парень раздражал своим пристальным вниманием. И вел себя уж чересчур самоуверенно. На самом деле в этом имелся подвох — Женька узнал тайну Яромира, и теперь им обоим от того было не по себе. Оба ждали друг от друга угрозы разной направленности. Будь то раскрытие тайны или банальная месть в ближайшее полнолуние.

ᛣᛉ

На первом занятии тренер, когда-то служивший в Ратиборе, а сейчас проводивший свою пенсию на преподавательском поприще, рассказывал о том, чем они будут заниматься. На данный факультатив записалось более ста парней со второго и третьего курсов, и тренеру пришлось делить всех на более маленькие подгруппы, чтобы не страдало качество обучения.

Воевода Корней Егорович был мужчиной коренастым, но не имевшим ни грамма лишнего веса, за что гонял и своих подопечных. Лысый, но с рыжими бровями и густыми длинными усами, он имел громкий командный голос и почти не понимал юмора, требовал к себе особого отношения, так как был стар. Однако ни в коем случае нельзя было ему об этом напоминать. Иначе будет беда!

Встречи подгрупп назначались на специальной базе с турниками, рингами, рвами, наполненными магией разных стихий. Это было большое помещение школьного корпуса с засыпанным песком полом без окон и с тусклым освещением. Женька слушал инструктаж с воодушевлением, в отличие от Полоцкого, который явно думал о том, что попал не на свое место. Тихомиров злорадно ухмыльнулся. В прошлом году он уже ходил на Ратную магию, однако, в этом году предстояли изменения в обучении: никакой жалости и поблажек. Из-за того, что служба в Ратиборе становилась все более престижной, то и отбор туда проходили только лучшие из лучших. Женька хотел быть таковым. Это был его единственный шанс исполнить мечту, дать матери еще один повод собой гордиться и вытащить их маленькую семью из деревни.

На следующей неделе смешанные группы, которые подбирались специально так, чтобы среди них были ученики с обоих курсов для мотивации и конкуренции, уже приступили к первым занятиям. Одевались просто: в черные косоворотки и свободные брюки, на ногах удобные сапоги, а зачастую и вовсе занимались босиком. Девчонок среди тренирующихся не было, поэтому парни чувствовали себя комфортно. Драться с девчонками было бы неловко…