— То есть? — Ваня нахмурился. Какие-то девчонки прошли мимо, оглядываясь на них с таким интересом, что Яромир улыбнулся на реакцию Третьякова: тот даже не посмотрел им вслед, как бывало прежде.

— Да все просто. У нас у обоих есть тайна. Проклятье по-иному. Мы оба с ним не можем ужиться. А теперь и наша магия сроднилась, — он приподнял руку с перстнем деда. Только сейчас до него дошло, что и у него, и у Вани, одинаковые камни — гиацинты.

— Но ты все еще императорский наследник, а я всего лишь твой вассал, — хохотнул Третьяков, вспоминая их детские игры.

— Ты, скорее, придворный шут.

— Но я был бы лучшим шутом!

— Потому что знаешь кучу рецептов с увеселительными зельями из разных травок?

Парни рассмеялись, но Яромир, быстро вернув на лицо серьезность, продолжил:

— Зато ты свободен в своем выборе. А я пока что на волоске от того, чтобы вскоре надеть еще одно кольцо себе, а другое на пальчик всем нам известной рыжей красавицы.

— Все-таки принуждают?

— Да пока неясно. Я о себе не напоминаю — обо мне не вспоминают.

— Ситуация… А она?

— Что?

— Хочет замуж? В последнее время София сама не своя, не замечал?

— Как бы это не было затишьем перед бурей.

— Ну что, идем? — Женька, нагруженный ароматными покупками, кое-как поправив, сползший с плеча незастегнутый ферязь. — Да, кстати, это ваши, — он всучил Яромиру и Ване по пакету.

— Мы же не заказывали.

— Объясни это Вершинину. Он девчонкам закупается. Плюс еще надо Онисиму передать.

Яромир выгнул бровь, глядя на Тихомирова с недоумением. С каких пор тот заботится о лешем?! Приваживает?! Или действительно подружился?

— Ну все, я готов! — к ним подбежал Никита, уже что-то жующий и прижимающий к себе бумажные пакеты. — Чего стоим?! Пора, пора, иначе Пень-Колода за нарушение комендантского часа очередную отработку впаяет! А я не Рублев, от фермы не кайфую!

— Идем!

От автора: Как по-вашему прошел день рождения Яра?) как вам поведение Вани? Извинится ли он и правильно ли вооюще себя повел? Что понравилось в главе, а что нет?)

Если лень писать полноценный отзыв, можете взять понравившуюся цитату из текста, так я буду знать, какой момент вас зацепил ❤️ Буду с нетерпением ждать обратной связи!

Следующая глава выйдет 8 марта, она будет небольшой и скорее посчитается бонусной) Но я буду безумна рада вашей обратной связи и каждому отзыву! Люблю вас каждого!

От автора: глава по размеру меньше, я специально отделила ее от предыдущей и следующей, не став смешивать. Мне показалось, что тут надо сделать именно так, чтобы герои получили достаточно вашего внимания и не затерялись в объеме текста )

Буду очень рада, если оставите отзыв! Меня это поддерживает, а отсутствие обратной связи вызывает ощущение, что вам не нравится, и я зря пишу. Все-таки я человек творческий, и мне важно чувствовать вашу поддержку, которой почему-то все меньше. Тем, кто находит несколько минут, чтобы написать отзыв, знайте: я вам безумно благодарна, правда! Ваши поддержка и эмоции - мое вдохновение и сила!

Если вдруг увидите ошибку, тоже можете указать на нее в комментариях.

Приятного чтения)

ᛣᛉ

Март-протальник, играя с ожидающими весну ведьмагами, пришел с нежданным в такое время года теплом, и метровые сугробы, плавясь на солнце, стали представлять большую проблему. Днем все таяло, а за ночь замерзало, превращая лужи в каток. Добраться до фермы или до деревни, у которой рядком стояли бани, стало травмоопасно, поэтому выход к Пуще для своих учеников заведующим общин пришлось сократить до минимума, пока все не присыпали песком. То же самое касалось и леса, в котором снег хоть и не растаял, зато стал рыхлым, и идти своим ходом становилось почти невозможно. Тренировки с Избушкой должны были продолжаться, и выход нашелся: команда летала к ней на ковре-самолете, который очень выручал их в этом. Потом эту идею, согласовав ее с учителями, подхватили и остальные. Рублев и другие зверомаги именно так добирались до фермы, минуя пешие походы.

Пахло талым снегом и прелой листвой, кое-где уже даже оголилась земля, радуя своим видом учеников, кожей впитывающих весеннее солнце. Зимой их силы ослабевали, поэтому весну все ждали с особым трепетом, дабы запастись новой и бьющей ключом энергией просыпающейся природы. До середины марта растаяла большая часть снега, пока одним утром, сидя на завтраке, кто-то не рассказал, что за ночь выпало столько снега, сколько не выпадало за весь февраль. Эта новость прокатилась волной расстроенных вздохов, потому что теплая погода, давшая ложную надежду на скорую полноценную весну с ее зелеными лугами и журчащими ручейками, снова канула под снегом и метелями.

Именно из-за того, что погода менялась со стремительной скоростью, а многие выбегали на улицу во время оттепели в одних кофтах, то большинство подхватили горную лихоманку. Медзнахарские палаты были заполнены кашляющими хворыми, и медзнахарям как никогда требовалась помощь тех, кто приходил к ним на дополнительную практику.

Иванна, слушая Валентину Петровну, читающую им лекцию по первой медзнахарской помощи у ведьмагов, не могла сосредоточить свое внимание на ее голосе. Немного опоздав, в небольшой учебный класс, как и все палаты похожий на горницу в избе, с ее деревянными стенами и низким потолком, прошел Третьяков. Извинившись, он сел на свободное место через ряд позади яриловки. Она затылком ощущала его взгляд, и от этого становилось не по себе. Практика стояла лишь раз в неделю, поскольку уроков и дополнительных занятий у них прибавилось, но и этого хватало, чтобы внутреннее спокойствие девочки с ней попрощалось.

Идя в медзнахарские палаты, она боялась пересечься с Ваней, который, как назло, наоборот искал возможности с ней переговорить. Его поведение на дне рождения Яромира ее напугало, и для нее это было неким табу. Главное условие — комфорт рядом с любым человеком. Неважно, друзья это или совершенно посторонние люди. Возможно, Иванна и сама повела себя излишне прямолинейно и несдержанно, что, к слову, ей было не типично. Обычно она старалась взвешивать свои слова, но в тот раз…

Ей и, правда, было его жаль. Жаль старания его родителей, которые непонятно на что пошли и неизвестно чем расплатились, чтобы вернуть любимого сына, а он… не ценил. Ненавидел свою жизнь и то, во что она превратилась. Иванна такого не понимала. Ведь жизнь — самое большое сокровище, которое надо беречь и ценить каждое его мгновение. Жизнь — хрупка, словно сосулька под ярким весенним солнцем. Стоит только сильнее надавить, и она надламывается у основания и летит вниз, крошась на мелкие ледяные осколки. И собрать их уже не получится. Даже если растопить ледяшки и вновь погрузить в холодную температуру, придав нужную форму, — прежними они уже не будут. Однажды Иванна ощутила это на себе. Ее память, измененная ведьмагом разума в рамках проводимой терапии, не давала в полной мере вернуться в те события, но ощущения и страх никуда не делись. В те дни она отчаянно молила о том, чтобы выжить, и боги ее услышали. Жизни больше ничего не угрожало. Зато ее психоэмоциональное состояние не смогло восстановиться после пережитого. Стало сложно доверять людям, терпеть чужие прикосновения, ее тело вздрагивало каждый раз от криков и громких звуков. Еще несколько лет назад такого не случалось.

Алатырь распределил ее в общину ярилы, где все отличались тем, что были веселыми, громкоголосыми, тактильными, отличающимися общительностью и удивительной конфликтностью. Кто-то в большей, а кто-то в меньшей степени. Иванна тоже когда-то обладала всеми этими качествами, и волшебный камень на острове Буяне считал это с нее, сорвав все надетые маски и магию, защищающую разум.

После поступления ею руководил страх привлечь к себе внимание. Однако прежняя активность проявилась сразу же, когда спросили, кто хочет стать старостой. Дура… Но как показало время, на самом деле не сложно было вести себя спокойно и рассудительно: обряды, которые провел с ней китайский медзнахарь, смогли заглушить прежние черты характера и темперамента. Они больше ей не требовались. Она хотела стать другой. Новым человеком. Без прошлого. Хотела не помнить его часть, которая могла раз и навсегда оборвать нить жизни. И лучше бы у нее остались физические шрамы, чем рваные зарубы в чертогах разума, нанесенные тем кошмаром. О подобном она знала только из детективных сериалов и не думала, что однажды такое произойдет с ней. Но память услужливо стерла воспоминания.