— Я приветствую гостей и зрителей праздника, кто присоединился к нашему эфиру! Сегодняшним гвоздем нашей программы являюсь я, ха-ха, ваш преданный слуга — Златозар Гвоздь! Не переключайтесь, будет жарко!

— Это еще кто? — спросила Мирослава, когда они подошли ближе.

— Ведущий программы “Сундучок забав”. Тот еще тип, — ответила ей Астра, но тут ей и Иванне преградили путь два ратиборца. — Эй!

— Путь только для членов команды!

— Тогда удачи!

Мирослава махнула им рукой, отметив: народу собралось уже столько, что ратиборцам приходилось применять магию, чтобы толпа не стала давить. Владимир, стоявший неподалеку от активного Гвоздя, терпеливо ждал, хотя Яромир видел, как сильно тот сжимает челюсть.

— А вот и они!!! Ведоградцы, поддержите свою команду! — почти закричал Златозар, близко поднеся к губам подсолнух, разносящий его голос округе Заколдованной Пущи и всего Подгорья.

Толпа зашлась криками и аплодисментами, а участников команды озарило потоком белого света, из которого каждый вышел уже переодетый в черную игровую форму. В руках Мирославы, как и у всех остальных, появился посох, а руки оказались одеты в перчатки, скрывающие перстни.

— Вы только посмотрите, Родослав и Святгород уже тут! Приветствуем команды из этих школ!

Женька, идущий впереди, как вратник команды, повернул голову и оценивающе глянул на их соперников. И те, и другие точно так же были одеты в черное с единственной разницей: на спинах каждой команды красовался яркий герб их школы. Они немного отличались друг от друга, хотя и были выполнены по одной схеме: треугольный каплевидный щит красного цвета, обрамленный листьями. Снизу они были зелеными, затем желтели, а кверху и вовсе покрывались инеем, украшались цветами, бабочками, ягодами и снежинками: это было символом всех времен года. У Ведограда листья принадлежали дубу, у Родослава калине, а у Святгорода березе. Вверху, там, где листья поддерживали перстень, внутри его ободка красовались первые буквы названия школ. На щите Ведограда красовался рычащий медведь, у Родослава волк, а у Святгорода зубр. На ленте под щитом имелась надпись: “Дерево корнями сильно. Помни о своих корнях”.

Три вратника, держа свои посохи, подходили к горящему солнцу, у которого стоял Владимир. Клевреты, на которых сидели длинные ферязи с глубокими капюшонами, скрывающими их лица, остановились за своими вратниками, стоявшими ближе всех к зрителям и черепам, из глазниц которых лился свет.

Мирослава с интересом поглядывала на соперников, крепко сжимающих свои посохи.

— Позвольте я представлю всех присутствующих! — заголосил Гвоздь, подобравшись ближе к командам. — Самый главный ведьмаг на нашем историческом мероприятии! Ответственный организатор Морной сечи — Владимир Бориславович Полоцкий, представитель отдела ТУМАН в Ратиборе! Ох, и нелегкая выпала вам задача — возобновить угасающую традицию проводить императорские испытания!

ᛣᛉ

телеграм-канал автора с артами, эстетикой и музыкой: Колдовство в Избушке (https://t.me/KiraBullet)

Жду вашей обратной связи❤️

ᛣᛉ

Владимир слегка склонил голову, когда снова раздались аплодисменты и звонкий свист. Позу он не менял, разве что сцепил руки в кожаных перчатках у себя за спиной. Вратники смотрели на него из-под своих капюшонов с ощутимым интересом и нетерпением. Гвоздь уже хотел продолжить, но Владимир сделал шаг вперед, усилив свой голос одним взмахом руки.

— Предлагаю не томить наших участников, которым предстоит их первое испытание в мире Нави. Скажу сразу: мы будем иметь шанс видеть происходящее с командами благодаря трансляции на волшебные подносы. Наш комментатор предоставит озвучку, поскольку расставленные в местах испытаний черепа не ловят звуки на навьих частотах.

Послышались разочарованные возгласы, однако, раз удастся хотя бы увидеть испытание — это уже подарок для тех, кто переживает за участников, и для тех, кто сам не успел вызваться клевретом. В общем, для всех любопытствующих.

— Вратники! — молодой мужчина снова взмахнул ладонями, и с трех участников слетели капюшоны. — Вы дали клятву, и я попрошу вас не забывать о ней!

Он повернулся к зрителям спиной, чтобы посмотреть на каждого вратника в отдельности. Остановившись взглядом на парне, что стоял крайним слева, объявил:

— Олег Долгорукий — вратник от школы Святгорода, община коляды.

Толпа принялась встречать бурными овациями первого вратника. Мирослава посмотрела на представителя белорусского отделения, приметив его острые черты лица и светлые, похожие на седые волосы. Яромир переглянулся с Ваней.

— Ну вот и встретились.

— Вы знакомы? — девочка обернулась на друзей. Яромир хмыкнул.

— Да.

— Но не сказать, что мы ладим, — хохотнул Третьяков, покачав головой.

— Вы же лишь на год младше… — она задумалась. Те парни, которые подходили к Яромиру на дне рождения Владимира, были старше них на несколько лет, но, кажется, общались вполне себе. Что же тут могло пойти не так?

— Куда уж нам до Олежки! — фыркнул Ваня, но вот Яромиру смеяться мало хотелось. За всей суетой он и позабыл, что до ближайшего полнолуния оставалось несколько дней. Зато сейчас, когда во вратнике Святгорода он узнал того, с кем отношения не заладились с самого детства — кости заныли будто по заказу. Его взгляд потемнел, когда Олег, словно ощутив их взгляды, обернулся. Он, как было заметно, ничуть не удивился. Смерив равнодушным взглядом двух парней, посмотрел на Мирославу, стоявшую теперь между друзей, и вот тут его бровь слегка выгнулась. Она же в ответ неконтролируемо улыбнулась, подавляя желание показать средний палец на его нахальный и какой-то насмешливый взгляд глаз с ярко выраженной гетерохромией голубого и медово-карего цветов. Надо же, какая необычная внешность. И все же Долгорукий кивнул старым знакомым, те одновременно кивнули в ответ и отвернулись. Дань этикету была отдана. Никита, наблюдавший эту сцену, пробормотал:

— Надеюсь, ваша вражда пойдет на пользу, а не устроит нам проблему.

— Да я готов землю жрать, лишь бы обойти Долгорукого, — Ваня сжал зубы.

— Придется именно это и делать, — хмуро заметил Яромир.

— Что вы не поделили?

— Да это старая история…

— Клевреты вратника от Святгорода, — Владимир все говорил по памяти, не доставая листы со списками. — Михаил Потемкин — община ярилы, Александр Мурашко — община купалы, Юрий Казак — община коляды, Вадим Дрозд — община святовита. Все с третьего курса.

— Я не удивлен, — фыркнул Ваня.

— Естественно, он не дурак набирать тех, кто уступал бы ему хоть в чем-то, — согласился Яромир, на что Женька, стоявший от них в паре шагов впереди, закатил глаза и, улыбаясь, оглянулся.

— Уже сдаетесь?

— Просто констатируем факт, — пожал плечами Третьяков.

— Для знаний у нас есть Вершинин, а от вас мне нужны силы, — заметил Тихомиров и отвернулся.

— Ну вот спасибо! — Никита обиженно пожал плечами. — А моя сила, значит, не нужна!

— Кстати, Казак, он не… — что-то вспомнила Мирослава, хмурясь.

— Да, это двоюродный брат твоей сокомандницы Маши, — кивнул Яромир.

— Вратник от Родослава — Анатолий Донской, ярила! — продолжал объявлять Владимир, когда публика прекратила приветствовать святградцев. Взорвалась новая волна аплодисментов, и Владимиру снова пришлось выдержать паузу.

— О-о, кто-то хочет начать восстанавливать славную фамилию своего обедневшего рода, — хмыкнул Ваня.

— Его вы тоже знаете? — удивилась Мирослава, смотря на невысокого парня, крепко схватившего свой посох, на конце которого болтались красные бубенцы. К слову, такие были прикреплены ко всем посохам его клевретов. Черные длинные волосы, прямые и гладкие, доходили до лопаток и были заплетены в две небрежных косы. Черты лица на первый взгляд простые, глаза ярко-голубые, подчеркивающие бледную кожу, но что-то было в них такое, что цепляло. Чужеродное. Донской был напряжен, видимо, сказывалось волнение. Когда он повернулся к Владимиру, Мирослава увидела, что на одной брови у него, кажется, был пирсинг, а в ушах висели длинные этнические серьги. Уши его, вот чудо, оказались заостренными, будто у сказочного эльфа. Ей вдруг подумалось, что Женьке придется постараться, чтобы его запомнили, поскольку ни проколами на лице, ни броской внешностью он не обладал. Только природной харизмой, которая и должна будет привлечь всеобщее внимание.