— Они здесь!

Девочка вздрогнула, а Яромир замер, с раздражением осознав, насколько ему мало ее. Он слишком долго сомневался, стоило решиться пораньше! Оставалось надеяться, что еще представится случай попытать удачу вновь. Поцелуй, едва начавшись, прервался в одну секунду, но вот объятия — нет. Они так и стояли: она обнимала его за шею, встав на носочки, а он крепко прижимал ее к себе за талию, уткнувшись носом в светлые волосы. Эмоции все еще били через край, и парень, покачав в объятиях подругу, улыбнулся.

— Спасибо за поддержку, Мира.

— Спасибо за то, что ты рядом, Яр.

— Кхм, мне стоит переживать? Я второй раз за вечер наблюдаю вас зажимающимися! На-е-ди-не! — Персей приземлился на сучок поваленной сосны, но говорил тихо. Ребята, которых он и звал, только подходили к берегу и не могли их видеть. — Княже, попортишь мне девку!

— Ты совсем ошалел? Чего болтаешь? — Мирослава посмотрела на нагло уставившегося на них черными глазками ворона. Пришлось разомкнуть объятия, однако руку с его плеча она так и не убрала. Впрочем, они и раньше так стояли, это не должно бросаться в глаза.

— Не переживай, гавран, ничего предосудительного! — ухмыльнулся Яромир, все еще держа одну ладонь на талии подруги. Прикосновения, которые раньше несли только дружеский подтекст, сейчас вызывали у него новые эмоции. И он, словно упырь, жаждущий крови, хотел вдоволь ими напитаться.

— Ну знаешь, тут такое дело! Одно неловкое движение, и ты, княже, — уже папаша, только без роду и племени! А нам такие не нужны!

— Я тебя убью! — прошипела ворону Мирослава, и тот благоразумно отпрыгнул назад, когда она попыталась его достать. Яромир в свою очередь задумчиво произнес:

— Хотя знаете, мне ведь надо возрождать новый род с нуля. Так что можно над этим вариантом и подумать…

— А ну, бей его, Мирка! — каркнул Персей и взлетел в воздух вслед за Мирославой, ринувшейся теперь за убегающим Яромиром.

— Волче! А ну стой! Я покажу тебе возрождать род! — девочка бежала по травянистому берегу за длинноногим другом.

— А ты разве против?

— Иди сюда, княже ты долбанный! Я сделаю так, что род на тебе и закончится!

Яромир хохотал уже в голос и, ловко увернувшись от подруги, сумел сам поймать ее и перебросить себе через плечо. Персей летал сверху, что-то весело каркая. К сосне уже подошли Никита, Ваня, Астра и Иванна. Все они с интересом наблюдали за развернувшейся сценой очередного спектакля слишком странной дружбы.

— Не пойму, — произнес Никита, выуживая из-под ферязя какую-то снедь в виде булочек, пирожков и ватрушек, которыми они собирались перекусить в общей компании. — У него опять инсульт? Посмотрите, человек от семьи отрекся, но стал еще счастливее!

— Я ему сейчас не инсульт, я ему перелом какой-нибудь конечности организую! — прокряхтела Мирослава, вися вниз головой.

— А я добавлю! — поддакнул Персей.

— Когда уж мне тут печалиться? Жизнь — калейдоскоп из эмоций! — Яромир опустил подругу на ноги. Та, сдув с глаз волосы, пошатнулась, когда кровь отлила от головы, и парень вновь ее придержал.

— Руки прочь, волче! Ты непредсказуем!

— Нам волчата пока не нужны! — добил Персей, и Ваня прыснул, первым все поняв. Он посмотрел на друга, который не сводил глаз с Мирославы. Что-то в его взгляде таилось нечто такое, что значило слишком много для дружбы. Одна только довольная улыбка Полоцкого говорила сама за себя.

— Что у вас произошло?

— Да все как всегда! День святого Перуна! — в шутку отпихивая Яромира, Мирослава пыталась скрыть свое смущение. Еще больше ее смущала реакция друга на слова Персея. Он то ли так ловко подначивал ворона, либо стоило искать двойное дно между строк. А ведь они снова поцеловались! И она этого хотела! И осталась крайне разочарована тем, что их прервали! У нее от этой мысли вспыхнули багрянцем щеки.

— Нам так жаль, Яромир. Как ты решился уйти из семьи? — поинтересовалась Иванна, разливая всем по кружкам сладкий березовый сок из зачарованного кувшина. Сам же Яромир не знал, что на это ответить. Как объяснить друзьям все то, что копилось в нем несколько лет? Ему на помощь пришел Ваня.

— Кстати, я вообще обалдел. Ты умеешь удивлять! И вот это прямое доказательство, что твое место на яриле!

— То есть, мне стоило отречься от рода, чтобы ты это признал?

— Получается, что так!

— Надеюсь, — задумчиво начал Полоцкий, поднимая кружку с соком, — что вы не разочарованы во мне. Ибо сейчас я вам и в подметки не гожусь. Друг не по рангу.

— Сдурел? — моментально отреагировала Астра, выгнув черную бровь. — Кто тебе такое внушил?

Да был тут один.

Никита, отпустив Рыську побегать по сосне, вздохнул и подошел к Яромиру, закинув руку ему на плечи.

— Во-первых, абсолютно неважно для дружбы, в каких лаптях ты ходишь, если душой светл! А, во-вторых, я уверен, ты нас еще удивишь.

— Это чем же? С Миркой род возрождать будет? — встрял Персей, и на этот раз уже Яромир смерил его тяжелым взглядом.

— Это еще как понимать? — удивилась Астра, посмотрев на подругу. Мирослава закатила глаза. — Вы женитесь?!

Все уставились на двух друзей, замерев от шока. Мирослава открыла рот от такого предположения.

— Что?! Нет!

— Ты пожалеешь, если откажешь мне! — в привычном саркастичном тоне произнес Яромир. — Я ведь просто мечта!

— Сегодня у тебя странный юмор! Но я хочу сказать от себя, — она повернулась к другу и посмотрела в его черные глаза. Странно, но в них ей виделись те самые уют и тепло, которые ощущаешь, когда приезжаешь домой после долгого отсутствия. Почему не замечала этого раньше? Такое ведь нельзя пропустить!

— Что? — Яромир непроизвольно улыбнулся, заметив, как она, засмотревшись на него, вдруг сбилась с мысли.

— Мы… всегда будем с тобой. Да, ребят?

Все торжественно, будто на присяге, кивнули.

— Двери наших домов открыты для тебя абсолютно всегда! Все мои адреса ты уж точно знаешь. Зато есть и плюс. В прошлый раз, когда родители узнали, что с ними за одним столом сидел сын императора, то чуть в обморок не упали после твоего ухода! Зато теперь мы с тобой… вроде как ровня?

— Где я, а где внучка Чернобога! Теперь мне неловко! — отшутился Яромир, скрывая так свое смущение от ее слов. Его всегда удивляло, как легко она могла говорить то, что думала, подбирая ключики к самым глубоким тайникам в закромах души.

— Чья внучка? — Ваня едва не подавился пирожком с картошкой, и Иванна заботливо задрала его левую руку, чтобы освободить дыхательные пути. Третьяков благодарно улыбнулся ей. — Спасибо, Ванют.

— Будь аккуратней, пожалуйста.

— О, так ведь мы все узнали! — с долей таинственности произнесла Мирослава, и Яромир подхватил ее настроение. Они обменялись взглядами.

— И нам есть, что вам рассказать!

Немного фильтруя информацию, друзья, дополняя друг друга, рассказали все, что узнали. Но пока не стали пугать всех тем, что Белобог собирается устроить покушение на жизнь их подруги. Обрисовали это так, что тот, мол, недоволен тем, что у Чернобога есть внучка. Пока Яромир рассказывал это, Мирослава внимательно слушала, думая. Где же ей отыскать родного деда?! И как сделать это так, чтобы не подвергать кого-то очередной опасности?

Она, стоя рядом с Яромиром и соприкасаясь с ним плечами, случайно оглянулась на Персея, а когда тот повернулся в ее сторону, оторопела. Его глаза вдруг загорелись небесным огнем, в котором плескались переливы изумрудного и фиолетового. Подсказка, данная свыше, моментально нашла получателя. Все стало на свои места. Она нашла того, в ком хранится душа деда. Он не в Нави! И не придется вновь туда возвращаться! Надо только найти способ как освободить душу без вреда для самого Персея. Не может быть! За два года, которые ворон провел с ней, Чернобог ни разу не указал на свое присутствие. Наверное, пришло время. Мирослава с трудом оторвала от него взгляд, не сразу осознав, что вцепилась в руку Яромира болезненной хваткой онемевших пальцев. Парень не стал вырываться, лишь сильнее сжал ее пальцы своими. Абсолютно новый жест, говоривший о слишком многом.