Мигом началась потасовка, сопровождаемая криками. Среагировав вовремя, волк успел отгородить от драки подругу, когда Третьяков рванул вперед, а Олег продолжал улыбаться, подначивая Ваню наделать дел, за которые потом пришлось бы отвечать. Мирослава, которую отпихнул вбок Яромир, едва успела отскочить в сторону, когда чуть больше десятка парней, один громадный волк и орлан одновременно рванули друг к другу, желая выяснить отношения. Послышались крики, шум и гам, а апрельский ночной воздух вот-вот начнет искрить от возросшего магического напряжения. Девочка отошла назад, вдруг ощутив, что у нее, кажется, не осталось сил на какие-либо эмоции. Она устала и выдохлась после трех дней в Нави, сильно испугалась за друга, потом узнала о том, что Женя и Ваня — братья по отцу, а в завершении всего выслушала о том, что им назначили техническое поражение! Мирослава опустошенно выдохнула и села на ближайшую скамейку, наблюдая, как ратиборцы быстро и умело растаскивают в стороны сцепившихся парней. По большей части расклад выстраивался такой: все пытались растащить Ваню и Олега, которые, позабыв о том, что они ведьмаги из древних родов, молотили друг друга кулаками.

Владимир остановился неподалеку от подруги брата, которая сидела, опустив лицо на ладони. Он пытался понять, что происходит, и вдруг подумал, что она то как раз могла и стать причиной начавшейся потасовки. Ратиборец подошел ближе, и девочка, услышав шуршание его ферязя по земле и сухой прошлогодней траве, подняла на него свои пазорьи глаза. Влага в них не плескалась. Владимир облегченно выдохнул. Слава Роду, успокаивать ее ему не хотелось.

— Все нормально? — спросил он как-то холодно, и девочка неопределенно пожала плечами.

— У меня нет сил, если честно. Даже говорить.

— Зато у них еще осталась сила на кулачные бои, — усмехнулся Владимир, глядя, как Олега оттаскивает в сторону Виктор Волконский, представитель команды Святгорода, а Ваню своим телом загораживает Яромир в теле волка. Рядом с родославцами встал их представитель — Борщ Елизар Наумович: все еще активный мужчина уже преклонного возраста. Он что-то спрашивал у Анатолия Донского. Тот точно успел сцепиться с кем-то из святгородцев, потому как скула у него оказалась разбита. Судя по тому, как прижимал руку к ушибленному животу Миша Потемкин, кидая косые взгляды на родославца, этим кем-то был именно он.

По обыкновению к ведоградцам подошла Рогнеда, в то время как Роса даже не думал вмешиваться. Владимир знал эту тактику: тот только наблюдал, делая свои выводы, а потом вставлял мозги на место за раз, не тратя время попусту. Пень-Колода схватила Третьякова за рукав, что-то ему при этом выговаривая. Тот был бледным и с трудом переставлял ноги, будто Навь высосала из него крови больше, чем требовалось, и надобность процедуры и лечебного сна стала сильнее.

— Возьми себя в руки!

— Я в порядке.

— Да что ты?! А в драку полез по той же причине?!

— Он заслужил.

— Вань, так нельзя! — это она сказала уже тише, но парень, щеки которого ввалились, лишь поджал губы, усмехнувшись.

— У меня, кажется, старший брат теперь есть. Так что отчитывайте его за безответственность! А с меня взятки гладки! — он сказал это грубее, чем хотел, но все же вырвался из крепкой хватки преподавательницы и пошел в сторону школы, ни с кем больше не разговаривая.

— Бегом в палаты!

— Обязательно.

Владимир оставил Мирославу, которая так и продолжала сидеть, опершись локтями о колени и обессиленно склонив голову. Он незаметно проверил ее энергофон, убедился, что все в порядке, и это больше эмоциональное истощение, чем магическое, и отошел в сторону.

— Ты в силах слушать? — спросил ратиборец, подойдя к огромному волку, который сел, привалившись боком к покачнувшейся березе. Увидев брата, тот даже не подумал вставать, ведь рост позволял смотреть в глаза высокому Владимиру и сидя.

Волк повел ухом, устремив черные, поблескивающие в темноте желтым глаза на старшего брата. Тот снял фуражку и провел ладонью по лицу. Яромир заметил под его глазами темные круги, которые при свете луны становились еще чернее. Он даже не представлял, сколько сил брат тратил на организацию Морной сечи и на службу в Ратиборе. Оставалось ли у него время на личную жизнь? Или хотя бы на полноценный сон? Волк позволил ему себя погладить, хотя чьи-то прикосновения оборотническая форма переносила тяжело и крайне настороженно. Владимир провел рукой по его загривку, вдруг поняв, что прежде никогда так близко не подходил к брату в ночи полнолуния. Он усмехнулся, осознав, насколько Яромир вырос. Даже не мог поверить, что его маленький брат научился брать под контроль зверя, который был способен ломать двери и стены в темницах, пока их не укрепили с помощью серебра. Глядя на него, вдруг ощутил гордость и впервые посмотрел на Яромира иначе: как на равного.

— Я… — заговорил Владимир, но тут же прочистил охрипшее горло. — Ты проделал огромную работу над собой. Я горжусь тобой, Яр.

Яромир прищурил волчьи глаза, не ожидая услышать эти слова именно сейчас. На самом деле он удивился, что его не заперли в клетку, а поверили на слово Мирославе, легко заверившей всех в его самоконтроле. Уже во второй раз. Владимир, не позволяя себе сесть рядом, чтобы дать уставшим ногам отдохнуть хоть немного, тяжело вздохнул.

— У меня к тебе разговор, как ты понял. Даже хорошо, что ты сейчас в облике волка…

Внутри что-то неприятно заскребло, и шерсть встала дыбом. Яромир посмотрел на него внимательнее. Брат, глядевший куда-то в сторону, продолжил:

— Я просто скажу, что должен. Кхм… Твоя помолвка состоится уже скоро. Софии исполнится семнадцать, и как только Морная сеча закончится, объявят о вашей будущей женитьбе официально, — он произнес это на одном дыхании и глянул на Яромира. Ноздри волка шевелились, а уши слегка прижались к голове. Сам он напрягся, поджав массивную челюсть. — Это решение отца. Просто будь готов. Мне не хотелось, чтобы в последний момент это стало для тебя сюрпризом.

Волк медленно встал на четыре лапы, оскалив клыки. Глаза его поблескивали желтым, и Владимир неосознанно ожидал нападения оборотня. Сжав кулак, уже готовился выбросить защитное заклинание, но в очередной раз брат удивил: отошел спиной назад на добрые пять метров и только потом развернулся, взмахнув хвостом, и ушел, ничем больше не выказав своего явного недовольства.

— Думаешь, безопасно вот так его отпускать? — спросила Рогнеда, став невольным свидетелем этой сцены. Она вышла из тени и подошла ближе, глядя вслед скрывшемуся в толпе людей волку. Владимир обернулся на нее, непроизвольно расслабившись.

— Он заслужил шанса оправдать мое доверие. Пусть докажет, что держит все под контролем.

— Не понимаю, каким образом ему удалось подчинить себе волка. Это ведь практически невозможно!

— Я тоже пока не нашел этому объяснения. Твоих еще не забрали медзнахари? Кажется, в этот раз все они потеряли куда больше энергии, — Владимир отошел чуть назад, взглядом утягивая за собой девушку с высоким конским хвостом из черных волос. Она сделала несколько шагов ему навстречу, и они оба скрылись в тени. К тому же, луна решила сделать им подарок в виде нескольких минут уединения, спрятавшись за тучей.

— Святгородцев и родославцев уже переправляют в их школы, а наши… Никита с Мирославой, кажется, спят прямо сидя, карауля около палатки с Тихомировым. Третьяков ушел, ему срочно требуется процедура. А твой брат… Ну ты и сам видел.

Девушка, охнув, в одно мгновение оказалась в мужских крепких объятиях.

— Постой со мной минутку, — попросил Владимир, прижимая ее к себе. Он прикрыл глаза, пытаясь поймать волну спокойствия и подзарядиться силами.

— Только минутку? — ее руки обвились вокруг талии молодого мужчины под тяжелым форменным ферязем, а голова прижалась к твердому плечу.

— Я бы не прочь обнимать тебя до самого утра.

Она ничего не ответила и позволила потокам своей силы соединиться с его. Ему они были нужнее. Ведь наверняка впереди его ждет бессонная ночь в окружении бумаг и отчетов. Сегодня произошел форс-мажор, и хоть все закончилось хорошо, как главному организатору сечи Владимиру предстояло отчитаться в каждой секунде спасательной операции и восстановительном периоде вратника, который по его мнению показал невероятную магию. Сумел обуздать туман, преобразовав его в портал, куда выкинул колокольного мома! Даже, если Тихомиров и не выиграет состязания, такой боец ему лично пригодился бы в отделе. И желательно в должности ратиборца, а не рядового ратника.