— Он сейчас обратится, — прошептал Третьяков, снова задерживая дыхание. Зубы стучали от желания и омерзения, которые смешивались во что-то единое. Что-то, из-за чего к горлу подкатывала тошнота, а живот сводило голодом.

— А тебя чего так ломает? — Никита присел на корточки рядом.

— Кровь. Там кровь. Мира, постарайся удержать… меня…

— Чья кровь?! — Мирослава задрала голову, при этом не понимая, каким образом можно удержать упыря. Тут же оттуда послышался такой отчетливый и знакомый хруст костей, что побежали мурашки, а следом раздался громкий вой.

— Твою рать! — Вершинин, заметив, что Ваня самостоятельно поднимается на ноги, рванул наверх, чисто на автомате считая ступени: четыреста девяносто восемь, пятьсот, пятьсот две, пятьсот четыре, пятьсот шесть. Последние четыре он перепрыгнул разом, оставив счет на пятисот десяти. Никита ожидал увидеть все, что угодно, но только не то, что перед ним предстало. Пока поднимался, слышал голос друга, будто тот был человеком, но здесь оказался только волк, и от этого стало жутко. Волк мысленно прорычал:

— Здесь мом!

Колокольный мом, как и Третьяков учуявший кровь, не мог в отличии от Вани с собой совладать, поэтому даже тогда, когда на месте Яромира оказался огромный волк, едва помещавшийся на площадке, пытался напасть. Тихомиров, выставив щит, оборонялся сразу от двух представителей нечистой силы, но тут в его руках заклубился сизый туман, все больше и больше заполняя колокольню. Он шептал слова заговора, которые должны были поддерживать щит, а сам ворожил сложную магию, отнимавшую у него уйму сил. В какой-то момент туман заменил щит, сумев отгородить вратника от мертвеца. Едва тот удумал рвануть в сторону волка, который метался то в одну, то в другую сторону, Женька каким-то чудом сорвал с мома выглянувший из-под капюшона белый колпак, а самого духа погнал в сторону окна, куда его загонял волколак. Магия давалась тяжело, и туман клубился неохотно и лениво, и Женька практически зарычал от усердия. Из его рта от натуги вырвался крик.

Одной рукой клубя туман, который стал собираться за окном в плотную липкую массу, будто воздушная морская пена, второй толкнул воздух, шепча заговор, и мертвец полетел вниз, исчезая в мареве. Волк рядом продолжал рычать, но, кажется, он сдерживался, чтобы не рвануть к колокольному мому. Однако Тихомиров, ощутив резкий упадок сил и неприятное чувство сжатия легких, которые не могли вдохнуть воздух, опустил руку, сотворяющую туман. Едва он оперся о каменную кладку подоконника, как в следующий момент сознание захлопнулось, а перед глазами потемнело. Он рухнул вниз, и даже волк, рванув вперед, не успел бы его удержать.

— У нас потери!!! — хвост задел веревку, и раздался громкий колокольный звон. Выглянув наружу, Яромир принюхался, но туман уже рассеивался, а внизу никого не оказалось, хотя он уже был готов увидеть распластанное тело их вратника, прижатое к земле силой гравитации.

На площадку вбежала Мирослава вместе с Ваней. Все, округлив глаза, смотрели на волка. Тот обернулся и моментально склонил голову, давая понять, что контролирует себя.

— Где Тихомиров?!

Волк указал мордой на окно. Пока Никита и Мирослава смотрели вниз, перегнувшись через узкий подоконник, Ваня одним движением уничтожил следы крови на полу, чтобы его больше ничего не отвлекало, а затем подобрал валяющийся на полу колпак.

— Он использовал туман, так? — Вершинин повернулся к волку. Тот коротко кивнул, подумав:

— Да. И вполне успешно.

— Тогда наши дела плохи?

Волк неопределенно фыркнул, встал и пошел к лестнице, чтобы спуститься вниз.

— Погодите! Я ничего не понимаю! Где он?! — Мирослава посмотрела на парней. Ваня пожал плечами, а Никита, глядя вслед Яромиру, произнес:

— Думаю, он угодил в свой же портал. Выкинул туда мертвеца, но, потеряв силу, не удержался…

— Именно так, — подтвердил мысленно Яромир на слова друга.

Девочка побледнела, но морда волка вновь заглянула на площадку, и короткий рык побудил всех следовать за ним. Никита чертыхнулся.

— Идемте. Надо вернуться, даже если и без вратника.

ᛣᛉ

Владимир поднял глаза на экран подноса, транслирующего команду ведоградцев, только спустя несколько долгих часов. На улице уже стемнело. Сначала он, отложив ручку и отчет, устало наблюдал за тем, как вратник Тихомиров наколдовывает туман, и в темных глазах молодого мужчины промелькнул интерес. Каждый участник раскрывал свои способности постепенно, и это было сродни чуду, когда кто-то открывался с новой стороны. Но чтобы туман?! Рядом рычал, кидаясь на мертвеца, Яромир, который обратился в прямом эфире. Но, кажется, сумел удержать волка на контроле, что удивило не меньше.

Подобравшись в кресле, Владимир следил за техникой вратника, отмечая сильные и слабые стороны. Он, владеющий подобной магией, способной наводить морок и создавать порталы, знал, как это тяжело, и какая требуется концентрация.

— Внимание на Ведоград, код “пять”, — произнес ратиборец, и все уставились в экраны. Код “пять” означал утрату сил участника, которая могла привести к полному или очень сильному истощению. В общий зал, где находилась вся команда, прошел и отряд ратиборцев с медзнахарями, назначенных для помощи в чрезвычайные происшествия на Морной сече.

Вот мертвец рухнул из окна колокольни вниз, и его поглотил туман. Это вызвало бурную реакцию у тех, кто наблюдал за эфиром. Кто-то даже зааплодировал, но тут же все фиксировалось в специальной картотеке. Отмечались сильные и слабые стороны каждого участника, и использование магии тумана явно пойдет в плюс вратнику Ведограда. Тут Тихомиров, правда, пошатнулся, ослабил контроль тумана, и тот засосал его в свой омут. Повисла тишина.

— Код “восемь”! — произнес ведоинженер. Мужчина кивнул Владимиру, и принялся колдовать над большим зеркалом. — Образец крови Евгения Тихомирова!

Ему подали пробирку, он вылил красное содержимое прямо в зеркало, и кровь растворилась на его поверхности, будто впиталась в сухую землю. Владимир обернулся на него.

— Ну что там, Николай?

Несколько секунд Николай Корчмин внимательно смотрел в зеркало, видя там что-то, что не было похоже на его отражение.

— Я его не вижу, Владимир Бориславович!

Владимиру не надо было повторять дважды. Он встал так резко, что многие вздрогнули.

— Код “один”! Продолжаем за всеми следить! Готовьтесь встречать остальных игроков, они прибудут край через полтора часа! Если случится что-то еще, дайте знать!

— Хорошо, Ваше высоч…

— Я же попросил!

— Простите! Все сделаем, Владимир Бориславович! — Алексей Белкин, встав, все же поклонился ему и не садился, пока молодой ратиборец не скрылся из зала с тремя бойцами из его отряда. Еще семерых он оставил здесь со своим заместителем на случай других возможных форс-мажоров и встречи команд.

ᛣᛉ

Антонина Григорьевна Тихомирова, которую только что доставили в Подгорье Ведограда, кое-как сдерживала слезы. Всего сорок минут назад к ней домой пришли люди из Ратибора, о котором она была наслышана, хоть и жила среди простаков, и объявили, что ее сын пропал. Она, уже готовящаяся ко сну, встретила их в сорочке и халате, а потому наспех собравшись, даже не успела посмотреться в зеркало перед тем, как ратиборец, он представился Владимиром Полоцким, перенес ее к самому подножью горы Манарага. Там оказалось куда холоднее, чем в Славенках, в которых уже даже зацвели сады.

— Не переживайте, все образуется! — успокаивала ее Валентина Петровна Пирогова, работающая в Подгорье медзнахаркой. Она дала женщине заговоренный плед, хотя и это, конечно, не помогло до конца унять дрожь. У Заколдованной Пущи уже толпились ведьмаги, ожидающие возвращения игроков, а так же и те, кто был задействован в поисках.

Тут будто бы из леса, но на самом деле сквозь портал Камня-указателя, вышла стройная и высокая девушка с черными волосами и светлыми глазами. В кожаном ферязе и посохом в руках она подошла к Владимиру, что-то высматривающему в зеркале вместе с еще одним ратиборцем. Заметив Пень-Колоду, он вопросительно выгнул бровь, но та лишь покачала головой.