Златояр Гвоздь представил их, и школьники с почтением встали со своих мест. Они сели за отдельный стол, а следом в столовую прошли и преемники команд своих школ: Роса Август Кондратьевич, как всегда одетый в свой бордовый ферязь и выглядевший абсолютно спокойным; Елизар Наумович Борщ в ферязе чернильного цвета, сразу заприметивший родославцев и помахав им; третьим шел Волконский Виктор Миронович, молодой и самоуверенный. Все трое держали в руках посохи и двинулись за стол к Хозяевам Подгорьев.

Яромир, проводив взглядом исподлобья Волконского, нахмурился и посмотрел на Пень-Колоду. Она сидела с яриловцами, собрав всех рядом за двумя столами. И посмотрела она на Виктора Мироновича так, будто… Полоцкий задумался. Как она посмотрела? Недоверчиво? Так, будто была с ним знакома? Мотнув головой, парень отвернулся. Не его дело. У него впереди второе испытание, и сосредоточиться необходимо было только на нем.

Потолочный свет приглушили еще сильнее, и зал почти поглотила темнота. Зажглись установленные высокие факелы с живым огнем, а в столовую прошел Владимир: как всегда строгий, одетый в форму ратиборца, а в руке он держал свой черный посох, громко постукивая им об пол. Школьники стали садиться, продолжали стоять лишь участники команд, ожидая организатора состязаний, от которого зависело все их будущее на сече.

Златояр Гвоздь стоял у перил галереи, повиснув на них, и что-то вещал в подсолнух, пока черепа ловили каждый взмах ресниц тех, кто имел отношение к состязаниям. Владимир остановился за пару метров до стола, за которым сидели команды трех школ, и слегка склонил перед ними голову.

— Я приветствую всех участников Морной сечи!

Они поклонились в ответ, с нетерпением ожидая его дальнейших слов. Черепа транслировали изображение в прямом эфире на широкие проекции, чтобы всем было видно происходящее. Эфир на подносах должен будет выйти только вечером после монтажа.

— Надеюсь, вы полностью восстановились после первого посещения Нави, которое никогда не проходит бесследно для любого, кто в нее проникает.

— Владимир Бориславович, скажите, а испытания всегда будут такими внезапными? — спросил Олег, глядя на организатора. Тот понимающе покачал головой.

— Да. И предвещаю ваш следующий вопрос: как вы должны к ним готовиться? Вы должны быть готовы круглосуточно, иначе как мы проверим вашу собранность и быстроту реакций?

— Понял.

— Сегодняшнее испытание, — Владимир повысил голос, поочередно глядя на всех вратников и клевретов слева направо, — будет немного отличаться от самого первого. Заинтригованы?

— У меня сейчас нервы сдадут… — прошептала Мирослава, и Яромир, расслышав, согласно хмыкнул.

— Вижу, что вы в нетерпении! Надеюсь, все позавтракали и набрались сил! Потому как сегодня команды зайдут в Навь впятером, но выйти должны будут вшестером.

— Это как? — спросил внимательно слушавший его Толя, и красные бубенцы на посохе родославца взволнованно задрожали, хотя пальцы держали древко крепко.

— На вашем пути сегодня встретится нечто, кто захочет отобрать у вас вашу ношу. Ноша та повстречается вам чуть раньше, и вы должны будете ее сберечь и доставить в целости в наш мир, добежав до портала.

— Сокровище? — Женька внимал каждому слову, чтобы ничего не пропустить.

— Да, считайте так. Вход и выход из Нави вам уже знакомы, направления тропинок будем определять тем же способом, — в его руке, как у фокусника, оказались три соломинки. — Вратники! Я попрошу вас выйти ко мне!

Заиграла боевая музыка, наполнив зал столовой игрой барабанов, свирели, волынки и балалайки. Парни обошли стол и встали напротив Владимира. Мирослава отметила, что каждый неосознанно старался быть похожим на него. Все выпрямили спины, распрямили плечи, подняли подбородки. Как ни крути, но брат Яромира заслуженно занимал свою должность в Ратиборе и стал организатором игр, даже если и не понимал этого. Умный и смелый, но хладнокровный и рассудительный, все это делало его тараном, способным сносить любые стены даже без магии.

Первым соломинку вытянул Олег, за ним Толя, а последним Женька. Очередность не имела значения, потому что соломинки превращались в стрелки уже в руках вратников, а не раньше.

— Тропы распределены! Команды готовы? — Владимир посмотрел на клевретов, что уже подходили ближе, хватая свои посохи и вставая за спиной у своих вратников.

— Готовы!

Взорвались первые аплодисменты, поддерживающие участников. Свет факелов стал еле различим в опустившийся кромешной тьме, лишь голос Владимира давал понять, что все идет по плану.

— Приложите стрелки к Камню-указателю!

Вратники, глядя на изогнувшиеся соломинки, увидели подсвеченный искусственным светом взявшийся из ниоткуда гранитный камень, стоявший ближе к выходу из столовой. Зрителей заслоняла тьма, и уже не было слышно их голосов. Женька приложил к камню стрелку, указывающую прямо. Справа от него стоял Олег, а слева Толя.

Камень засветился, покрывшись зеленоватым туманом, и пространство за ним будто стало разрываться по швам. Все встали наизготовку. Владимир взмахнул посохом, и пошел отсчет.

— Три!

— Два!

— Один!

Оббежав камень, все команды исчезли, и свет в столовой вновь зажегся в хрустальных люстрах с кристаллами.

— Ну что ж, теперь ждем вечера! — хлопая в ладоши вместе со всеми, Астра повернулась к Иванне. Та собирала со стола свои записи.

— Как думаешь, их снова не будет три дня?

— Кто знает! И что за сокровище они должны будут найти там? Вот ведь загадка!

— Я волнуюсь за них так, будто это я в сече участвую.

— Точно!

— Но нас еще ждут уроки, давай не опаздывать!

— Да учителя еще в столовой, куда торопиться?

— Они то по коридорам не ходят, а перемещаются с помощью маглокации! Слушай, — Иванна, кинув листы в сумку, повесила ее через плечо и потянула за собой подругу. — Мы собираемся вечером идти в хребет “дураков”?

— Наверное…

— А ты не видела Рублева? Надо было у него спросить, все ли в силе! — они вышли из столовой в коридор, но разглядеть кого-то в такой толпе было почти невозможно.

— Сдался тебе он!

— Мне? Астра, это ты с ним общаешься, а не я!

— Я не общаюсь! Сколько можно повторять?

— Ну язык бы не отсох спросить! Вдруг сбора не будет, и мы зря придем!

Астра раздраженно выдохнула, но отошла к стене, чтобы не мешаться в проходе. Расстегнула свою сумку, вытащила перстневик в коричневом переплете, откинула обложку и стала листать страницы. Найдя нужную, ткнула на графу “начать переписку” и на минуту задумалась, будто не решалась.

— Да просто спроси у него! — Иванна, догадавшись, над чьим именем застыла подруга, протянула ей карандаш. — И повежливее!

Беря у нее писало, Астра написала послание ровным, немного скачущим от волнения почерком. Иванна, глядя на пустую страничку, удивилась.

— Вы что, даже не переписывались раньше?

— Нет! С чего бы?

— Почему-то я думала…

— Нет, как-то не было повода.

— И он тоже никогда не писал?

— Все, написала! Довольна? — Астра показала ей послание, написанное поверх светло-бежевой бумаги, со статусом “отправлено”. — И он мне не писал.

— А ты бы хотела?

Девочки двинулись по коридору, выходя в школьный корпус. Впереди у них был урок по Нумерологии, и опаздывать не хотелось.

— Послушай меня, Линь! Не пишет — значит, не хочет! Я не пишу по той же причине! Ну чего ты как пиявка пристала?!

— Просто странно, — Иванна ни сколько не обиделась на фамильярное обращение и размышляла вслух: — Он так хорошо к тебе относится. Даже подружиться не пробовал?

— Да откуда мне знать, если он у меня на “засове” был! (Засов — аналогия “черного списка” в соцсетях у простаков)

— Но зачем?

— Бесил! Может, и писал, но я ничего не получала! Сейчас, чтобы ему написать, пришлось засов снять!

— Скажи честно, он тебе ни капельки не нравится? За что ты так с ним?

Мимо прошла компания первокурсников, громко смеясь и переговариваясь, и Астра воспользовалась этим, чтобы взять передышку и ничего не отвечать. Но Иванна не сводила с нее глаз, и подруга громко фыркнула.