Представьте, что обычный человек пытается голыми руками удержать разъярённого быка. Умножьте это чувство на сто.

Сопротивление было чудовищным. Мышцы дракона каменели, каждый рывок казалось, что он вот-вот вырваться. Но гиганты держались.

А гигантский меч тем временем достиг цели.

Наконечник с хрустом вошёл в левый бок, пробивая чешую и мягкие ткани. Он ударил точно в ту самую пластину.

Дракон сразу почувствовал. Тот самый осколок Звёздного кристалла, который столетиями сидел в теле как заноза, вдруг пришёл в движение.

Раньше он был просто неприятным инородным телом, застрявшим в мышцах. Теперь же, под давлением клинка, он превратился в пулю.

Осколок прорвал преграды и вонзился ещё глубже. Прямо туда, где бился источник жизни монстра.

ТУ-ДУХ!

Сердце дракона было пронзено.

Внутри груди началось обильное кровотечение. Но вместо того, чтобы упасть замертво, Аш-Тра-Нок-Тир рассвирепел.

Его лазурные глаза мгновенно налились кровью, став алыми. Он вошёл в режим Берсерка.

Берсерк — это не просто «он очень злой». Это состояние изменённого сознания и физиологии.

Боль отключается полностью. Ограничители, которые не дают мышцам рвать собственные сухожилия, снимаются.

Произошёл взрыв силы.

Если секунду назад мои ребята ещё могли его сдерживать, то теперь их просто смело.

Дракон дёрнулся с такой мощью, что десять гигантов разлетелись в разные стороны.

Они падали, ломая деревья. Изо рта у каждого хлестала кровь. Раны были серьёзными: в доспехах зияли дыры, кости были перемолоты.

Самое страшное — они не исцелялись. Аура звёздного дракона подавляла регенерацию грибов. Они были при смерти.

— Возвращайтесь!

Единственное, что им оставалось — завершить миссию. Они мгновенно растворились в воздухе, перемещаясь на ферму.

Я остался один. Я и те клоны, что сидели совсем уж далеко.

Вступать в открытый бой с драконом в таком состоянии было бы самоубийством.

Вообще, я изначально понимал, что этот «босс» не ляжет с одного удара. Я был уверен: даже если бы мы разрубили его пополам, его верхняя половина всё равно ползла бы за нами. Живучесть у таких тварей запредельная.

Но нам и не нужно было его добивать прямо сейчас. Второй критический удар был нанесён. Теперь время работало на нас.

Дракон неистовствовал. Он крушил всё вокруг, вырывал с корнем скалы, сжигал остатки леса. Его бешенство подогревалось тем, что враги снова исчезли.

Мои клоны появлялись на долю секунды. То слева, то справа. Появлялись, что-то кричали, и снова исчезали.

Мы водили дракона по кругу, не давая ему успокоиться, не давая «потерять агро». Он должен двигаться, он должен злиться, он должен качать своим пробитым сердцем кровь, выгоняя её из организма.

Любой, кто наблюдал бы за этой битвой со стороны, понял бы: несмотря на всю мощь и разрушения, дракону осталось не долго.

Прошло три дня. Я скажу так: они казались бесконечными.

Дракон отказывался умирать. Его сердце было пробито, осколок кристалла разрывал изнутри, но жизненная сила этого существа была запредельной.

Мы с клонами делали всё, чтобы ускорить процесс. Били, отступали, снова били. В основном целились в морду.

Только этот череп был крепче любого бункера. Ударишь его со всей силы — а он только головой тряхнёт, зарычит, плюнет в ответ сгустком звёздного пламени и снова ревёт.

И всё же, спустя трое суток, Аш-Тра-Нок-Тир выглядел плохо.

Я не хочу использовать слово «жалко». Дракон, даже такой –истекающий кровью, ползущий по выжженной земле — не может выглядеть жалко.

Он выглядел сильно. Как рушащаяся гора. Я смотрел на него с замиранием сердца и одной мыслью:

«Да когда же ты сдохнешь, чёрт тебя подери!»

…

Наконец, тот момент настал.

Дракон сделал пару неуверенных шагов. Лапы подкосились, он прополз ещё на брюхе и замер.

Он поднял голову и посмотрел прямо на меня. Я всё это время был приманкой, которую он так мечтал прихлопнуть.

В лазурных глазах, уже не чтилась ненависть. Он выдохнул, а затем голова с грохотом упала в лужу собственной крови.

Тишина.

Я и клоны стояли неподвижно, не решаясь подойти.

Он умер?

В какой-то момент мне показалось, что это уловка. Что сейчас он вскочит, полный сил, и начнёт вторую фазу битвы. Но худшего не случилось.

Даже «Всеведущего» использовать не пришлось. Прямо передо мной воздух задрожал, и возникла маленькая сияющая арка — Испытание завершено.

Раз появилась дверь на выход — значит, условие выполнено. Дракон действительно мёртв.

— Фух…

Я выдохнул, чувствуя, как адреналин отступает.

Было ли мне жалко дракона?

Я задал себе этот вопрос и тут же ответил: нет.

Если смотреть объективно, ситуация так себе. Дракон жил своей лучшей жизнью, жил в этих лесах, кушал оленей и иногда закусывал местными жителями. А тут пришёл я, сломал ему крыло и убил.

Вроде как я агрессор. Но я воспринимаю это проще: я охотник, он — добыча. Закон джунглей. Он не щадил людей, я не щажу его. Тем более, я планирую его «съесть». Ну, в смысле, пустить на ресурсы.

Кстати, о них. Я указал пальцем на гигантскую тушу и скомандовал:

— Зовите людей.

— Сколько?

— Всех! Как можно больше. Нам нужно разделать эту гору мяса.

Клоны начали появляться.

Сотня, две, пятьсот. В итоге вокруг туши собралось около тысячи. Ирония: чтобы убить дракона, понадобилось меньше людей, чем для того, чтобы его разделать.

Я сам забрался на его спину. Когда ещё выпадет шанс постоять на настоящем Звёздном Драконе?

С земли он казался большим, но, стоя на его хребте, я в полной мере осознал масштаб. Это был не просто зверь, а целая гора.

Но времени не было. Меня подгоняло нехорошее предчувствие. Нужно забрать самый жирный лут и валить отсюда.

Навык «ферма» был десятого уровня, но даже этого не хватало. Я не мог просто коснуться дракона и целиком переместить его.

Система не позволяла этого. Нужно именно резать.

У меня мелькнула мысль: а что, если чуть схитрить? Я мог бы нырнуть в арку выхода, оставив здесь клонов разделывать тушу.

Я уже знал, что точки входа в мир гномов стёрлись после выхода. Но вдруг, если оставить здесь якорь в виде клона, связь сохранится? Это сэкономило бы кучу времени.

Я посмотрел на тысячу клонов.

— Нет. Слишком рискованно.

Если план не сработает и связь оборвётся, тысяча клонов останется запертой в этом мире навсегда.

Без связи с Фермой, без меня, в чужом измерении. Это была бы катастрофа, потеря огромной части боевой мощи.

Я отказался от этой мысли и вновь переместил внимание на Аш-Тра-Нок-Тира. Сам по себе дракон — это ходячая таблица Менделеева для алхимика.

Ценным было всё: каждая чешуйка стоила состояния. Сердце, лёгкие, глаза, желчный пузырь, литры магической крови, кости, сухожилия…

Да что там, можно было даже остаточный воздух из его лёгких по банкам расфасовать и продать как элитный реагент.

Но меня интересовало другое. Я присел возле одной из светящихся точек на его шкуре.

Те самые «звёзды», из-за которых его назвали Звёздным Драконом. Это была не пигментация, а физические объекты.

Они напоминали драгоценные камни или ядра, вросшие в кожу. Источники его силы находились не только внутри, но и снаружи, усеивая всё тело, словно скопление родинок.

Эти светящиеся «родинки» и есть главная добыча в этом испытании.

Назвать их «Звёздной пылью» — неверно. Ведь это не совсем точнее описание. Ведь они были твёрдыми кристаллами. Поэтому правильнее будет называть их Звёздными Кристаллами.

Я подошёл к голове и присмотрелся к одному из таких наростов. Он был размером с грибную шляпку, совсем не маленький.

Светло-синий, полупрозрачный камень, ярко выделяющийся на фоне угольно-чёрной чешуи.

Я протянул руку, обхватил его пальцами и попытался просто выдернуть.