— Отлично, — сказал Чен, убирая камеру. — Завтра утром проявлю пленку и сделаю отпечатки. Потом начну звонить.

— Теперь снимем точные размеры.

Я достал штангенциркуль из ящика. Металлический, хромированный, шкала с делениями. Точный инструмент, измеряет до сотых долей дюйма.

Приложил к слепку, измерил ширину протектора. Свел губки циркуля, посмотрел на шкалу.

— Ширина протектора ровно десять целых две десятых дюйма.

Чен записывал в блокнот.

Я измерил глубину канавок, расстояние между блоками, ширину центрального ребра. Каждый параметр точно, до сотых долей дюйма.

— Глубина канавок ноль целых шесть десятых дюйма. Расстояние между поперечными блоками два целых одна десятая дюйма. Ширина центрального ребра ноль целых восемь десятых дюйма.

Чен заполнял таблицу измерений.

— С такими точными данными производители быстро найдут модель. Обычно идентификация занимает несколько дней. Здесь могут уложиться в один день.

— Именно на это я и рассчитываю.

Я положил штангенциркуль обратно в ящик.

— Во сколько начнешь звонить завтра утром?

— В восемь ноль-ноль. Технические отделы производителей открываются в восемь тридцать по их местному времени. Гудьир и Би-Эф-Гудрич в Акроне, Огайо, часовой пояс восточный, как у нас. Файрстон в Детройте, тоже восточный. Дженерал Тайр в Калифорнии, там на три часа раньше, позвоню им после обеда.

— Хорошо. Я приду завтра, буду на связи. Как только идентифицируешь модель, сразу дай знать.

— Обязательно.

Мы закрыли лабораторию, я поднялся в офис. Дэйв и Маркус уже собирались уходить.

— Итан, идешь домой? — спросил Дэйв.

— Да. Завтра большой день. Чен начнет идентификацию шины.

— Тогда до завтра.

Я взял пиджак и надел. Вышел из здания, сел в машину.

Ехал домой в вечерних пробках. Машины ползли медленно. За окном темнел вечерний Вашингтон, горели уличные фонари, ярко светились витрины магазинов.

Мысли крутились вокруг дела.

Приехал домой, припарковался рядом с домом на стоянке. Поднялся в квартиру. Дженнифер встретила у двери и обняла меня.

— Как прошел день? Поймал всех преступников?

Я улыбнулся и поцеловал ее.

— Продуктивно. Завтра узнаем важную информацию по делу.

— Хорошо. Ужин готов. Жаркое из курицы с овощами.

Мы сели за стол, ели и разговаривали. Она рассказывала о своем дне, я слушал вполуха. Мысленно я был все еще в лаборатории, думал о слепке протектора, об убийце.

После ужина я лег спать пораньше. Завтра день идентификации шины. День, когда мы узнаем какой именно грузовик водит убийца.

И тогда начнется настоящая охота.

На следующее утро я проснулся в шесть тридцать, быстро оделся и позавтракал. Моя невеста все приготовила и оставила на столе, сама легла на диванчике. Я тихо вышел, стараясь ее не разбудить.

В офис приехал без четверти восемь. Здание Гувера встретило прохладой кондиционеров и запахом свежего кофе из автоматов.

Спустился в лабораторию на втором этаже. Чен уже там, стоял у ванночек с химикатами. Над ванночками на веревке висели фотографии, прикрепленные прищепками. Черно-белые снимки слепка протектора, еще влажные, капли стекали в ванночки.

— Доброе утро, — сказал я.

Чен обернулся.

— Доброе утро, Итан. Проявил пленку ночью. Вот снимки. Получились четкие, все детали видны хорошо.

Я подошел, чтобы изучить фотографии. Двенадцать снимков, разные ракурсы. Общий план слепка, крупный план центральной части, детали боковых канавок. Боковое освещение создавало глубокие тени, рельеф протектора выступил объемно.

— Отличная работа. С такими снимками производители быстро идентифицируют модель.

— Надеюсь. Планирую начать звонить в восемь тридцать. Технические отделы открываются в это время.

Я посмотрел на его забинтованную руку. Чен держал ее осторожно, пальцы почти не двигались.

— Чен, у тебя куча другой работы. Образцы по делам, анализы, отчеты. Давай я сам позвоню производителям. Я знаю технические детали шин, смогу правильно описать параметры.

Он колебался.

— Ты уверен? Разговор с инженерами может быть сложным. Они задают специфические вопросы.

— Справлюсь. Вчера мы с тобой сняли все размеры, я записал параметры. Знаю рисунок протектора, глубину канавок, расстояния между блоками. Этого достаточно.

Чен кивнул с облегчением.

— Хорошо. Буду признателен. Откровенно говоря, меня действительно много работы. Вчера принесли образцы крови по делу об ограблении, нужно определить группу. И волокна с одежды по другому делу.

— Займись этим. А я найду нашу шину.

Я поднялся в офис на третьем этаже. Дэйв и Маркус еще не приехали, слишком рано. Сел за стол, достал блокнот с записями параметров слепка.

Посмотрел на часы. Восемь двадцать пять. Можно начинать.

Взял телефонную трубку, набрал справочную.

— Чем могу помочь? — в трубке раздался приятный женский голос.

— Мне нужен телефон технического отдела компании Гудьир в Акроне, Огайо.

— Минуту, проверю.

Я слышал далекий шорох бумаги, щелчки переключателя.

— Гудьир Тайр энд Раббер Компани, технический отдел. Номер: ноль-два-один-шесть, пять-пять-пять, три-два-ноль-один.

— Спасибо.

Повесил трубку и набрал номер. Диск крутился туго, возвращался с щелчком после каждой цифры. Междугородний звонок, гудки длинные.

Три гудка, четыре…

— Гудьир, технический отдел, Дональд Паркер слушает.

Голос мужской, средних лет, поставленный, как у профессионального диктора.

— Доброе утро, мистер Паркер. Агент Итан Митчелл, Федеральное бюро расследований, Вашингтон. Веду расследование серии убийств, нужна помощь в идентификации шины по гипсовому слепку протектора.

Короткая пауза.

— ФБР? Серьезное дело. Чем могу помочь, агент Митчелл?

— У нас есть четкий слепок протектора с места преступления. Мы сняли точные размеры, сделали фотографии. Нужно определить модель шины и типы транспорта, на которые она устанавливается.

— Понятно. Опишите параметры.

Я открыл блокнот.

— Ширина протектора десять целых две десятых дюйма. Глубина канавок ноль целых шесть десятых дюйма. Рисунок протектора агрессивная «елочка» с выраженным центральным ребром. Расстояние между поперечными блоками два целых одна десятая дюйма. Ширина центрального ребра ноль целых восемь десятых дюйма.

Слышался шорох бумаги, Паркер записывал мои сведения.

— Хорошо. Это коммерческая шина, судя по ширине и рисунку. Для грузовиков. Вы сказали центральное ребро ноль целых восемь десятых дюйма?

— Да, именно.

— Гм. У наших шин центральное ребро обычно уже, около половины дюйма или шесть десятых максимум. Ноль целых восемь это нетипично для Гудьир.

— Может быть старая модель? Шестидесятые годы?

— Проверю каталоги. Минуту.

Я услышал стук положенной трубки, далекие шаги, скрипы открывающихся ящиков. Ждал почти пять минут.

Вскоре Паркер вернулся.

— Проверил архивы с шестьдесят пятого по семьдесят второй год. У нас нет моделей с такими параметрами. Ширина десять целых две подходит под наш размер девять целых ноль-ноль на двадцать, но рисунок протектора не совпадает. Наши коммерческие шины той ширины имеют продольные канавки, а не поперечные блоки.

— Понятно. Значит это не Гудьир?

— Скорее всего нет. Попробуйте Файрстоун или Би-Эф-Гудрич. У них были модели с агрессивным поперечным рисунком.

— Спасибо за помощь, мистер Паркер.

— Не за что. Удачи в расследовании.

Повесил трубку. Первая попытка неудачная, но это нормально. Производителей несколько, нужно проверить всех.

Набрал справочную снова, попросил номер Файрстоун в Детройте, Мичиган.

Через минуту соединили.

— Файрстоун Тайр энд Раббер, технический отдел, Роберт Макнили.

Голос молодой и энергичный.

— Доброе утро, мистер Макнили. Агент Итан Митчелл, ФБР. Нужна помощь в идентификации шины для расследования.

— ФБР? Интересно. Слушаю внимательно.