Кроме монстров, которые купили его.

МакКлейн прокашлялся и вытер глаза.

— Принято. Пусть изымают все улики. Проверяют владельца дома и записи на помещение.

— Понял, сэр. У меня все.

МакКлейн положил трубку, встал и подошел к окну. Стоял молча, спиной к нам. Плечи напряженно приподняты.

Через минуту он повернулся.

— Три места подтверждены. Дети действительно содержались там. Тел не нашли, но есть следы их пребывания там. Кровь, одежда. Достаточно для выдвижения обвинения против Санторо. — Голос ровный и под контролем. — Продолжаем. Расшифровываем имена клиентов, находим запасных исполнителей и берем всех. Работаем до конца. У кого есть вопросы?

Никто не ответил.

— Тогда за работу. О’Коннор, ты начинаешь расшифровку клиентов. Картер тебе помогает. Митчелл и Уильямс, вы ищете этого запасного засранца в Балтиморе. Проверяете базы данных, владельцев фургонов и судимости. Мне нужно имя к вечеру. Остальные: обработка улик, фотографии и опись материалов. Вперед, у нас мало времени.

Все разошлись по своим делам. Я и Маркус сели за стол в углу конференц-зала и открыли папки с базами данных.

Итак, как искать?

Я прикинул возможные параметры поиска:

— Инициалы Л. К.;

— Владелец фургона (вероятно тоже Ford Econoline или похожий на него);

— Судимости за преступления против детей или схожие правонарушения;

— Финансовые проблемы (мотив работать за деньги);

— Возраст 30–50 лет.

Маркус позвонил в офис ФБР в Балтиморе, попросил прислать список владельцев фургонов Ford, Chevrolet, Dodge с инициалами Л. К. в округе Балтимор.

Ответ пришел через час факсом. Список из восемнадцати человек.

Я проверил каждого через базу данных криминальных записей.

Леонард Кеннеди, чист перед законом, работает водителем школьного автобуса. Вряд ли он.

Ларри Кингс, судим за кражу в 1968, отсидел год. Возраст пятьдесят два года года. Хм, возможно это наш клиент.

Льюис Картер, чист, владелец цветочного магазина. Маловероятно.

Леонард Крамер, судим за непристойное поведение с ребенком в 1968. Приговор условный, два года испытательного срока. Возраст тридцать восемь лет. Работает разнорабочим. Живет один, разведен.

Вот тут я остановился. Леонард Крамер. Судимость за преступления против детей. Вполне подходит.

— Маркус, смотри. Леонард Крамер, тридцать восемь лет, Балтимор. Судимость за непристойное поведение с ребенком в шестьдесят восьмом. Владелец фургона Chevrolet Step Van, цвет темно-синий, шестьдесят девятого года. Адрес проживания — Восточный Балтимор, Феллс-Пойнт, район поселения рабочего класса.

Маркус посмотрел на записи.

— Непристойное поведение. Что именно это значит?

Я прочитал дело. Крамер арестован в 1968 за приставание к ребенку в парке. Девочка восьми лет.

Он подошел, предложил конфету и попросил пойти с ним. Девочка закричала, тут же прибежала мать. Крамера арестовали.

Прокурор согласился снизить обвинение просто до непристойного поведения, он условный срок. Прошел медицинскую оценку, подтверждены педофильные наклонности, но при этом не склонен к насилию. Отпущен под надзором.

— Это он, — сказал я. — Леонард Крамер. Педофил, финансовые проблемы, владелец фургона. Подходит под профиль.

— Адрес?

— Двести двенадцать Стерлинг-стрит, квартира три-Б, Балтимор.

Маркус встал.

— Пошли доложим МакКлейну. Нужен ордер на арест и команда для задержания.

Мы подошли к МакКлейну и доложили о находке. Он выслушал и кивнул.

— Отличная работа. Свяжусь с балтиморским офисом, оформим ордер и высылаем команду. Арестуем Крамера сегодня же вечером. Вы едете с ними?

— Да, сэр, — ответил я. — Хочу быть там, когда арестуем его. Может, даст показания и назовет клиентов.

— Хорошо. Выезжайте в шестнадцать ноль-ноль. Балтимор в часе езды, арестуйте его в семнадцать ноль-ноль. Свяжитесь с агентом Хитсоном из Балтимора, он будет руководить операцией.

Посмотрел на часы, уже без четверти два. Еще есть время до выезда.

— Пока ждем, помогите О’Коннор с расшифровкой клиентов.

Мы вернулись к столу. О’Коннор разложила перед собой список судей Пенсильвании.

— Судья Х. У., Пенсильвания. Проверила базу. Есть окружные судьи с фамилией на Х, их трое. Харрисон, Хендерсон, Хитмен. С фамилией на У, их пятеро. Уокер, Уотсон, Уилсон, Уитмен, Уайт. Есть один, у которого инициалы полностью совпадают, Харольд Уитмен. Шестьдесят два года, окружной судья в округе Делавэр, Пенсильвания. На должности уже двенадцать лет.

— Проверяли биографию?

— Да. Был женат, есть трое взрослых детей. Жена умерла три года назад от рака. Живет один в большом доме в пригороде. Никаких судимостей, чистая репутация. Но…

— Но что?

— Два года назад поступила жалоба от родителей в школе. Судья Уитмен присутствовал на школьном мероприятии, родители заметили, что он уделял слишком много внимания девочкам. Стоял близко, трогал за плечи и волосы. Родители пожаловались директору. Директор поговорил с Уитменом, тот извинился, сказал, что скучает по внучкам. Дело закрыли.

— Скучает по внучкам, — повторил я. — Да он чертов педофил, прикрывающийся статусом судьи. Уитмен подходит. Он совпадает под описание.

О’Коннор кивнула.

— Согласна. Но это не доказательство. Чтобы взять судью нам нужны железные доказательства. Проверим финансы, может, найдем факты снятия крупных сумм наличных, совпадающие с датами похищений детей.

Картер подошел, держа толстую папку.

— Уже проверил. Судья Уитмен снимал наличными суммы от сорока до шестидесяти тысяч долларов четыре раза за последние два года. Даты: октябрь семидесятого, март и сентябрь семьдесят первого, апрель семьдесят второго. Совпадают с датами похищений детей из блокнота Санторо.

За столом воцарилась тишина.

— Это он, — тихо сказала О’Коннор. — Судья Харольд Уитмен. Купил четверых детей. Эмили Джонсон, Томми Бейкер, Лиза Мартинез, Кевин О’Брайен.

— Значит, он убил их, — сказал Маркус. — Использовал, потом убил и спрятал тела.

— Вероятно, — ответил я. — Нам нужен ордер на арест и обыск дома Уитмена. Может, найдем тела и улики.

МакКлейн услышал и подошел к нам.

— Судья Уитмен? Это серьезное обвинение. Арест судьи громкое дело, нужны самые надежные стопроцентные доказательства.

— У нас они есть, — сказал Картер. — Блокнот Санторо с инициалами, финансовые отчеты о снятии крупных сумм наличных, совпадающими с датами похищения детей. Показания Рэя Делани, что Санторо упоминал клиента-судью. Достаточно для ордера.

МакКлейн покачал головой.

— Этого мало. Я пока оформляю документы. Но арест отложим до завтра. Сначала арестуем Крамера, получим его показания. Потом завтра займемся Уитменом и другими клиентами. Надо держать все в тайне, чтобы никто не предупредил остальных.

— Понял, сэр.

Мы еще сидели в офисе, изучая документы, пока не настало четыре часа. Время выезжать в Балтимор и брать Леонарда Крамера.

Я и Маркус взяли бронежилеты, проверили оружие. Вышли на парковку, сели в машину. МакКлейн остался в офисе, руководить всей операцией из штаба.

Выехали в Балтимор в шестнадцать ноль пять. Маркус за рулем, я сидел рядом. Дорога знакомая, ехали по ней вчера в обратную сторону.

Поездка заняла час. Прибыли в офис ФБР в Балтиморе в семнадцать десять. Встретились с агентом Хитсоном, с высоким сорокалетним афроамериканцем, видно, что опытный агент. Команда из восьми человек готова выдвигаться к месту задержания.

— Крамер дома, — доложил Хитсон. — Наблюдение подтвердило. Вошел в квартиру в шестнадцать тридцать и не выходил оттуда. Фургон припаркован у дома. Мы готовы к аресту.

Мы выехали к дому Крамера. Стерлинг-стрит в районе Феллс-Пойнт, старый рабочий район. Дома кирпичные и узкие, в три этажа, стоят вплотную друг к другу. Улицы узкие, машины припаркованы с обеих сторон.

Дом номер двести двенадцать стоял посередине квартала. Построен из красного кирпича, потемневшего от времени. Входная дверь зеленая, с ободранной краской. Маленькие окна, грязные занавески.