Маркус указал на каждую фотографию по очереди.

— Эмили Джонсон, семь лет, Делавэр, октябрь 1970. Похищена днем возле школы. Свидетель видел темный фургон. Так и не была найдена.

— Томми Бейкер, девять лет, Пенсильвания, март 1971. Похищен в парке. Свидетель упоминал синий фургон. Не найден.

— Лиза Мартинез, шесть лет, Виргиния, сентябрь 1971. Похищена у дома. Не найдена.

— Сара Тински, восемь лет, Нью-Джерси, январь 1972. Похищена днем. Свидетель видел темный фургон. Не найдена.

— А это Кевин О’Брайен, семь лет, Мэриленд, другой округ, апрель 1972. — Маркус замолчал, посмотрел на меня. — Тело найдено через три недели после похищения. В лесу, закопано неглубоко. Задушен. Признаки истощения из-за длительного содержания в неволе. Следы… — Он сглотнул. — Следы сексуального насилия.

Тишина в комнате. Все замолчали.

Я смотрел на фотографии. Пять детей. Четверо не найдены. Один найден мертвым.

Теперь все ясно. Это не случайные похищения. Это система.

Я подошел к доске и взял маркер.

— Где большая карта?

Тим достал из шкафа большую карту Среднеатлантических штатов, развернул на столе. Я взял красные булавки из коробки, начал втыкать в места похищений.

Делавэр, Пенсильвания, Виргиния, Нью-Джерси по одной булавке.

Мэриленд — две (Кевин О’Брайен и Кимберли Уэлч, хоть и разные округа).

Отошел и посмотрел на карту. Все похищения в радиусе примерно ста миль. Центр между Балтимором и Филадельфией. Зона наибольшего пересечения округ Фредерик, северный Мэриленд.

— Смотрите, — сказал я, обводя пальцем зону. — География указывает сюда. Похититель живет или имеет базу в этом районе. Выезжает на «задания» в радиусе двух-трех часов езды.

Томпсон подошел к карте и изучил.

— Логично. Но это предположение.

— Тут не только география, — я повернулся к доске и начал писать новый список.

ПАТТЕРН:

1. Все дети 6–10 лет

2. Все из семей среднего класса

3. Все здоровые, ухоженные

4. Все дневные похищения

5. Никаких требований выкупа

6. Упоминания темных фургонов в нескольких случаях

7. Один найден мертвым, со следами длительного содержания и насилия

Повернулся к остальным.

— Господа, я не думаю, что это усыновление. Я ошибся в прошлый раз и упустил важную деталь. Восьмилетнюю девочку из любящей семьи невозможно перевоспитать для новых родителей. Она помнит дом и настоящих родителей. Будет сопротивляться, кричать и убегать при первой возможности. Никакие «покупатели» не захотят такую проблему.

Дэйв нахмурился.

— Тогда зачем их похищают?

Я сделал глубокий вдох и заставил себя сказать вслух.

— Для педофилов. Организованная сеть торгует детьми для богатых извращенцев. Похищают на заказ, передают через промежуточные точки и содержат в скрытых местах. Используют. Потом убивают или перепродают.

Тишина стала тяжелой и давящей.

Тим побледнел и тихо выругался.

Маркус сжал челюсти, у него побелели костяшки пальцев, так сильно он стиснул кулаки.

Фрэнк положил трубку телефона, подошел к столу и посмотрел на фотографии.

— Черт, — прохрипел он. — Ты серьезно?

— Да. Все части головоломки складываются в одно. Организованность, выбор жертв, отсутствие выкупа, длительное содержание перед убийством. Кевин О’Брайен найден через три недели. Три недели его держали, использовали, потом убили. Остальные четверо не найдены, вероятно, тоже мертвы, просто тела лучше спрятаны.

Томпсон молчал долго, смотрел на карту, на фотографии, на доску.

Наконец сказал:

— Если ты прав, это самое мерзкое дело, с которым я сталкивался за двадцать шесть лет в Бюро. — Голос низкий и жесткий. — И это значит, Кимберли Уэлч в смертельной опасности. Если они передадут ее «клиенту», шансы спасти упадут почти до нуля.

— Да, сэр. Времени очень мало. Обычно похитители держат детей на промежуточной точке один-два дня, потом передают. Кимберли похищена в субботу в четыре дня. Сейчас утро понедельника. Передача может случиться сегодня вечером или завтра утром.

Дэйв ударил кулаком по столу.

— Значит, мы должны найти ее сегодня. До вечера.

— Да, — ответил я.

Томпсон повернулся к Фрэнку.

— Моррис, что с DMV?

Фрэнк открыл блокнот.

— Только что говорил с ними. Список владельцев Форд Эконолайн темно-синего и черного цветов, годы шестьдесят восьмой — семьдесят второй, радиус пятьдесят миль от Роквилла. Всего тридцать семь владельцев. Сейчас запросил данные об авариях за последние два месяца. Ждем ответа, обещали дать через час.

— Хорошо, скажи чтобы дали через десять минут. Как только получишь, надо провести перекрестную проверку. Сузишь список до десяти — пятнадцати человек. Проверяем адреса, криминальное прошлое и финансовые проблемы.

— Понял.

Томпсон посмотрел на Харви.

— Бэкстер, мне нужны информаторы. Что слышно про подпольные сети или про торговлю детьми?

Харви встал и подошел к столу.

— Я говорил с тремя информаторами сегодня утром. Один упомянул слухи о сети, работающей через Филадельфию. Что-то с детьми, для богатых клиентов, это его слова. Не знает деталей, но слышал, что организатор связан с организованной преступностью. Имени не назвал, боится.

— Филадельфия, — повторил я. — Это совпадает с географическим фактором. Центр операций может быть там.

Томпсон кивнул.

— Свяжись с офисом ФБР в Филадельфии. Запроси информацию о криминальных группировках, занимающихся торговлей людьми. Может, они знают имена.

— Сделаю.

Томпсон посмотрел на меня и Дэйва.

— Паркер. Ты едешь обратно в Роквилл. Берешь всю местную полицию. Опроси еще соседей, может, кто-то видел фургон раньше, запомнил детали. Проверь местные магазины, автомастерские, может, кто-то видел фургон с вмятиной, как его ремонтировали или заправляли. Ищи любые зацепки.

— Да, сэр, — ответил Дэйв.

Я поднял руку.

— Сэр, еще одно предложение. Нужно дать информацию в СМИ, но с особой деталью.

— Какой деталью?

— Упомянуть надпись на фургоне. Не конкретную надпись, просто факт, о том что ФБР ищет темно-синий фургон Форд Эконолайн с надписью компании на боку. Попросить людей звонить, если видели такой фургон в субботу вечером или воскресенье.

— Зачем? — спросил Фрэнк.

— Две причины. Первая, может, кто-то и в самом деле видел, он позвонит и даст зацепку. Вторая, это психологическое давление на похитителя. Он не знает, о том, что нам известно. Упоминание надписи заставит его паниковать, думать, что мы уже близко. Может, он совершит ошибку, попытается перекрасить фургон, сменить номера или переместить девочку. Кто-то может это заметить.

Томпсон долго смотрел на меня.

— Рискованно. Может, спугнем его, он сразу убьет девочку.

— Возможно. Но если ничего не делать, он передаст ее клиенту сегодня вечером. Результат тот же, мы теряем ее. Нужно заставить его действовать, пока мы ищем и совершить ошибки.

Томпсон медленно кивнул.

— Хорошо. Позвоню в пресс-службу, организуем конференцию в полдень. Дам информацию о фургоне, попрошу звонить свидетелей. Номер горячей линии будет работать круглосуточно.

— Спасибо, сэр.

Томпсон постучал костяшками по столу.

— Господа, это самое важное дело на данный момент. Все остальное откладываем. Найти эту девочку приоритет номер один. Докладываем каждый час по радио. Любая зацепка, немедленно сообщайте. Понятно?

— Да, сэр, — хором ответили все.

— Вперед. Времени нет.

Все разошлись к своим столам. Фрэнк взял трубку телефона, снова звонить в DMV. Харви поднял свой телефон, чтобы связываться с Филадельфией. Маркус и Тим начали перебирать папки, чтобы проверять детали похожих дел.

Я и Дэйв направились к двери.

— Митчелл, — окликнул Томпсон.

Обернулся.

— Да, сэр?

— Если твоя теория верна, и мы спасем эту девочку благодаря твоим методам, я лично напишу рекомендацию в твое дело. ФБР нужны агенты, которые думают нестандартно.