— То есть ты хочешь чтобы я незаконно использовал служебные ресурсы для твоей частной охоты за сокровищами, — Виктор усмехнулся. — Если это всплывет, меня не просто уволят. Загремлю как Тейдес — помнишь, который слил партию Т-зарядов?

— Пятьдесят на пятьдесят, если мы найдем груз.

— А как ты его собираешься реализовать? У тебя есть такие связи? Я не шучу, Алекс!

— Давай его найдем, а как его реализовать — сообразим. Так или иначе, но на спутник где-нибудь в Сорок втором хватит.

— То есть ты рассчитываешь на больше чем миллион от Северной? И полтора от страховщиков? Хи-хи?

— Хи-хи.

Виктор долго молчал, вращая стакан в руках, и наблюдая как остатки виски покрывают стенки янтарной пленкой.

— Покажи данные, — наконец сказал он. — Я хочу убедиться, что у тебя действительно есть что-то стоящее, а не просто обрывки испорченных логов.

Алекс достал из сумки накопитель. Положил его на стол между собой и Виктором.

— Здесь копия всех восстановленных данных. Логи, телеметрия, даже частичная видеозапись. У тебя, конечно, остались ключи наших кодов? Я зашифровал последним, на котором мы были в тот раз.

Виктор взял накопитель, повертел в пальцах.

— Если посчитаешь, что это пустышка, твоя потеря — пара часов на анализ. И затем вернешься к своей скучной работе, — Алекс расплылся в улыбке. — Но если нет — а я уверен, что нет, — получишь шанс который выпадает раз в жизни.

— Или загремишь за пиратство, — так же ухмыльнулся Виктор. — Или, например, если Дейнт узнает, что у кого-то есть данные с его железки…

— Дейнт мертв, — спокойно соврал Алекс. (А может и не соврал.) — Убит полгода назад во время разборок. Наследники у него если и есть, то вряд ли в курсе об этом, — он указал на пенал накопителя. — Так что эта проблема нас не касается.

— Откуда ты знаешь?

— У меня есть свои источники. В общем, не думаю, что об этом знает кто-то еще.

— А если кто-то уже давно узнал, и все счистил? И соответственно обнулил память, но она не обнулилась как надо, после «воронки»?

— Вряд ли. Шлюп подобрали утилизаторы. Если кто-то из нападавших выжил, каким-то образом, очень сомнительно, что знает о реальной судьбе нашей железки.

— Нет, но что ты все-таки собираешься делать, с грузом, если мы, допустим, его найдем? — Виктор посмотрел на накопитель.

— Хотя бы по закону о спасательных операциях. Вознаграждение в размере до тридцати процентов от стоимости спасенного имущества. Двадцать четыре миллиона — тоже неплохо. И никаких юридических проблем.

— Ты идиот, Коритан. Тебя грохнут, без лишних разговоров — те же кто, собственно, этот закон и писал… Не говоря про то, что надо будет объяснять. Как мы случайно наткнулись на корабль — который пропал четыре года назад в совершенно другом месте.

— Давай сначала найдем, говорю.

— Ладно, — Виктор отпил виски, со стуком поставил стакан, взял накопитель, спрятал во внутренний карман своего дорогого пиджака. — Мне нужно три дня. Даже четыре.

— Почему так долго?

— Считать буду на своем железе. В свободное от работы время… Не хочу чтобы в Службе узнали о моих частных проектах. Займет больше времени, но безопаснее. Потом, так как дело не по нашему Сектору, надо будет отдельно запрашивать карты и все последние апдейты…

Алекс нахмурился. Каждый день задержки увеличивал риск, что кто-то еще наткнется на след СД-800 — такого исключать было нельзя, по всем законам статистики и обычного невезения.

— Хорошо. Четыре дня. После этого я пойду искать другого специалиста, — Алекс ухмыльнулся.

— Удачи, — Виктор ухмыльнулся также.

Алекс достал еще один накопитель, положил рядом с пустым стаканом Виктора.

— Здесь еще ключ, для связи.

— Параноик, — Виктор усмехнулся, забирая накопитель.

— Реалист, — поправил Алекс. — В таком деле паранойя — форма выживания. Помнишь чьи слова?

— Помню, — Виктор поднялся, надел куртку. — Значит свяжемся через четыре дня. Или не свяжемся, если данные окажутся мусором.

— Не окажутся.

— Посмотрим.

Виктор шагнул к выходу, но остановился и обернулся.

— Коритан… Что случилось десять лет назад… Я действительно делал то что считал правильным. Может быть не для идеи, но для себя. Надеюсь ты понимаешь. Даром что идеалист.

— Понимаю, — Алекс кивнул. — Именно поэтому, наверно, никогда не смогу тебе доверять.

Виктор улыбнулся — почти печально.

— Справедливо. Тогда до связи, партнер.

Он ушел, растворившись в толпе посетителей бара. Алекс остался сидеть за столиком, глядя на свой нетронутый стакан. Виктор был человеком который «всегда ставил собственные интересы на первое место», со всякой экстраполяцией этого выражения. Которая, соответственно, во многом зависит от «амбиентных факторов». В зависимости от которых: 1) Виктор мог честно продолжать работать вместе, 2) мог попытаться продать информацию кому-то еще (с его связями и возможностями такое исключать нельзя), 3) мог просто потребовать увеличения доли (пользуясь тем, что без его расчетов все эти данные Алекс может «использовать на папильотки»). Так или так, но от него можно ожидать всякой «подставки». Но и терять-то нечего? Да, но как уже надоело, это «терять-то нечего»…

Алекс поднялся, направился к выходу. Стволы «Дексес-312» были полны людей — рабочие, торговцы, путешественники, все это пестрое население Сектора и трех смежных. Алекс шел среди бубнящего гула толпы, размышляя о том, что впервые за десять лет снова чувствовал себя живым — по-настоящему. Азарт, риск, возможность изменить все — это было то чего ему не хватало все эти годы, по сути, бессмысленного прозябания.

Следующие два дня прошли в напряженном ожидании. Алекс использовал это время с пользой: обновил битую память, проапдейтил софт всего комплекса навигации, поменял изношенные расходники, купил и протестировал комплект лицензионных кодов (условно лицензионных), с помощью которых СР-447 превратился в якобы единицу известной транспортной компании. (Он усмехался, представляя флот таких якобы единиц, об объеме которого самой компании оставалось только гадать.)

На пятый день случилось то чего Алекс просто боялся. Обычно «свои люди» сначала как-то обозначают себя по связи. На этот раз ребята не стали заморачиваться с формальностями. Алекс вернулся с внешней орбиты, где тестировал новые ионные фильтры, и собирался покинуть шлюп. По тусклому пространству дока, по проходу между парковочными площадками, к нему направлялись два крупных типа. Подошли к шлюпу, остановились у люка и стали ждать. Алекс активировал микрофоны.

— Капитан Коритан, — прозвучал голос. — Нужно поговорить.

— Могли бы просто связаться? Сюда как бы не очень дорого. Зачем было тащиться?

— Мой работодатель — человек уважительный. Личное общение, вообще, — не просто любезность… Вы недавно приобрели весьма интересный корабль. С очень интересной, я бы сказал, богатой историей.

Сердце Алекса застучало. Кто, интересно? Веррон?

— Не знаю о чем вы, — Алекс попытался изобразить спокойствие. — Обычный списанный шлюп, хлам, приобретенный на свалке. Ничего интересного.

— Капитан, давайте не будем играть в игры. В общем, он желает встретиться с вами. Сейчас. Он ждет в частной переговорной в «дельте».

— Тогда дежурный вопрос — если я вежливо откажусь?

— Тогда дежурный ответ — мы будем вынуждены вежливо настоять. Но давайте обойдемся без неприятностей. Это действительно просто разговор. Бизнес-предложение.

— Хорошо.

Алекс перевел шлюп в режим ожидания, разблокировал люк, вышел.

Они, втроем, покинули док, двинулись по коридорам. Зона «дельта», смежная между жилой и транспортной, находилась недалеко, в восточном секторе станции. На станциях типа «Дексес» в «дельтах» обычно располагались офисные помещения. Алекс наконец оказался в переговорной какого-то офиса.

За круглым столом с инкрустированной галактикой сидел мужчина в стандартно-дорогом костюме. Гладко зачесанные назад темные волосы, аккуратная, коротко подстриженная бородка, выдержанная осанка. Он излучал уверенность успешного бизнесмена, но Алекс таких бизнесменов видел немало — шрам на тыльной стороне ладони, слишком внимательно-цепкий взгляд, несколько напряженная поза. Бывший военный, или особый из Безопасности, или даже просто спортсмен — распространенная карма в подобных кругах.