Алиса вскинула на него глаза. Полные ужаса. Полные боли.

— Мне плохо... — выдохнула она. — Я… я хочу пить… кровь.

Слова сорвались с губ шёпотом. Стыдно. Страшно. Невозможно.

Мужчина замер. Его глаза чуть расширились. Но он не отшатнулся. Не убежал. Он просто положил ладонь ей на плечо — тёплую, крепкую.

— Всё хорошо, — сказал он. — Ты не одна. Я здесь. Ты справишься.

Он говорил так, как будто знал. Как будто не удивился. Его голос звучал тихо, как музыка на дне воды. Убаюкивающий. Настоящий.

Алиса зажмурилась, пытаясь удержать себя внутри. Прижать к полу того зверя. Не дать вырваться.

И странным образом помогала именно эта ладонь. Этот спокойный, уверенный голос.

Когда Аннабель вернулась, Алиса уже сидела ровно. Салфетка всё ещё была прижата к губам. Руки дрожали. Но внутри — было тише.

Она бросила взгляд на мужчину. В его глазах не было жалости. Но было что-то другое — настоящее. Глубокое.

И она уже знала: эта встреча — не случайность.

Потому что вместе с ним в её жизнь возвращалось нечто, от чего она столько лет пыталась убежать.

Аннабель не спорила. Она только взглянула на мужчину, потом на Алису — и молча кивнула.

— Я пойду. Позвони, если что.

Алиса даже не успела ответить — подруга уже исчезла за углом. Рафаэль мягко поддержал её под локоть и, не говоря лишнего, проводил до машины. Его движения были точными, выверенными — как у хищника, знающего, когда подойти ближе, а когда замереть.

Удивительно, но рядом с ним она чувствовала себя… в безопасности.

Он привёз её в небольшое кафе на краю парка — камерное, с мягким светом и видом на деревья, подрагивающие в утреннем ветре. Кафе почти пустовало. Здесь не задавали вопросов.

Рафаэль молчал. Не давил. Просто ждал.

И под этим молчанием — тёплым, внимательным — Алиса начала говорить.

Сначала — неуверенно, отрывками. Потом — свободнее. Она рассказала о жажде, с которой сражалась каждую ночь. О боли, которая не проходила. О страхе за детей. О пытках, в которые обернулось «лечение». О том, как она выбралась. Сломанная. Но живая.

Рафаэль слушал. Без удивления. Без жалости. Как будто знал. Как будто понимал.

Когда она замолчала, он протянул руку и осторожно накрыл её ладонь своей.

— Ты не сумасшедшая, — сказал он, тихо, но уверенно. — Просто тебе никогда не объясняли, кто ты на самом деле. Но теперь — ты узнаешь.

Он обнажил клыки. Легко. Без угрозы. Без позы. Просто — как правду.

У Алисы перехватило дыхание.

Всё внутри затрепетало — от страха, от облегчения, от странной, почти болезненной надежды. Она не одна. Она — не чудовище.

— Это не болезнь, — продолжил он. — Это часть тебя. Не проклятие. Сила. И ты справишься.

Он улыбнулся — уголками губ, почти нежно:

— Я помогу тебе. Ради тебя. Ради твоих детей.

Алиса всхлипнула и машинально вытерла глаза рукавом.

— Подожди… — пробормотала она, моргнув. — Ты даже не сказал, как тебя зовут.

Рафаэль слегка склонил голову, его глаза мягко блеснули.

— Прости. Рафаэль. Рафаэль Дель Рей.

Он протянул руку. Алиса вложила в неё свою — дрожащую, но живую.

— Алиса… Алиса Дьякова, — прошептала она.

Рафаэль приподнял бровь:

— Дьякова? — переспросил он, словно вспоминая. — Аннабель называла тебя иначе.

— Да, — вздохнула она. — Здесь я Василиса Мартен. Пришлось спрятаться.

— Почему?

Голос её дрогнул, но она ответила:

— Меня хотели уничтожить. Мой бывший муж… Марко Россо.

Рафаэль напрягся. Его взгляд стал холоднее, резче — как у зверя, учуявшего знакомый запах.

— Так это ты… — в его голосе мелькнула усмешка, тёплая, с оттенком восхищения, — та самая русская лиса, что уложила Россо на лопатки?

Алиса растерянно моргнула:

— Про меня рассказывали?

— В нашем мире твоя история — почти легенда, — усмехнулся он. — Девушка из России, обхитрившая самого Марко Россо… Думаю, ты задела не только его гордость.

Алиса смущённо опустила глаза. Что-то тёплое и странное росло в груди — как будто кто-то увидел в ней не жертву, а силу.

Рафаэль посмотрел на неё чуть мягче.

— Я рад, что именно ты здесь. Это многое объясняет.

И теперь, когда страх начал отступать, Алиса позволила себе как следует рассмотреть его.

Рафаэль был высоким — выше её на две головы. Массивный, но изящный, как будто в нём жила упругая, сдерживаемая мощь. На предплечьях — татуировки с латинскими надписями и витиеватыми символами, словно ключи к старым тайнам. Тело — закалённое, с тонкими шрамами, следами прошедших боёв.

Чёрные волосы падали на лоб, обрамляя резкие черты: прямой нос, высокий лоб, отчётливые скулы. А глаза… светло-серые, почти серебристые. Сила в них уживалась с глубокой, спокойной добротой.

Он был воплощением хищника — благородного, опасного, но знающего, как не ранить.

И в его присутствии Алиса впервые за долгое время почувствовала себя собой. Не маской. Не жертвой. А собой.

— Рафаэль… — прошептала она. — Откуда ты меня знаешь?

Он снова улыбнулся — легко, чуть озорно:

— От Бель.

— Что?! — Алиса почти подскочила. — От Аннабель?! Она же тоже Дель Рей. Так вы…женаты?

— Я её брат. — Он усмехнулся. — Правда, она нечасто обо мне рассказывает. Мы… разные. Но она следит за тобой. И для неё ты важна. А для меня важно, чтобы ты была в безопасности.

Алиса прижала ладонь к губам. Мир чуть покачнулся. Всё происходящее казалось безумным — и в то же время абсолютно правильным.

Рафаэль Дель Рей.

Её тайный союзник. И, может быть, тот, кто научит её жить по-настоящему.

Когда Рафаэль, внимательно посмотрев ей в глаза, кивнул — мол, она в порядке, — Алиса впервые за весь день почувствовала, как напряжение медленно отступает. Ещё неуверенная, с остатками головокружения, но уже без панической пустоты внутри, она решилась ехать домой. Её мать Марина ждала, а дети — её опора и смысл жизни — находились там, где она могла быть рядом с ними.

— Я поеду с тобой, — сказал Рафаэль, когда она собиралась уходить. — Хочу убедиться, что ты в безопасности. Могу подвезти, если не возражаешь.

Алиса хотела отказаться, но в его голосе было что-то непрошено-твёрдое, как будто он уже решил. Да и, если быть честной с собой, его присутствие её не тяготило — наоборот, дарило странное спокойствие. Рафаэль, с тёмным взглядом и уверенной походкой, уже не казался просто помощником. Было в нём нечто такое, что тянуло узнать его ближе.

По дороге в уютный район, где жила её мама, разговор между ними тек легко. Рафаэль бросал осторожные намёки, будто невзначай давая понять, что хотел бы узнать её ближе, но Алиса мягко возвращала разговор к семье и детям. Несмотря на внешнюю собранность, она ещё не была готова раскрыть свои карты.

Когда они приехали, Алиса открыла дверцу и уже поднялась на первую ступеньку, как Рафаэль оказался рядом, подставив руку. Его ладонь лёгкой тяжестью коснулась её спины — не давящая, а будто поддерживающая. И в этом касании было странное, тихое обещание:ты не одна.

Она взглянула на него краем глаза. Он стоял чуть выше, уверенный, спокойный, и сердце у неё вдруг предательски сжалось.

— Спасибо, — прошептала она.

— Не за что, — ответил он. В его взгляде была мягкость, но и скрытая, почти волчья настороженность. — Надеюсь, твоя мама не будет против моего визита.

Алиса не ответила, только двинулась к двери. Рафаэль молча последовал за ней.

Как только они переступили порог, из глубины дома с радостными криками вырвались дети. Как маленькие вихри, они ринулись к матери.

Дёма прибежал первым. Его тёмные волосы были растрёпаны, взгляд — серьёзен, как у взрослого. Он сразу кинулся к Алисе, обнял, но, заметив Рафаэля, резко насторожился.