Сцена 5 Греческий лагерь. Перед ним обнесенное изгородью место для поединка. Входят Аякс, Агамемнон, Ахилл, Патрокл, Менелай, Улисс, Нестор и другие. Агамемнон А, ты уж здесь, Аякс, вооруженный И полный жизни, свежести! Труби! Пусть мужество твое ударит громом И грозный вызов Трое донесет. Пусть гордый враг воспрянет и на битву Спешит сюда! Аякс
Вот кошелек, трубач. Греми сильнее, не жалея легких И медных стен трубы своей! Дуй, дуй В ее жерло, чтоб ветром налилося, Как чрево Аквилона от натуг, Чтобы глаза наполнилися кровью! Ведь ты гремишь для Гектора. Звук трубы. Улисс Ахилл Агамемнон Не Диомед ли там с Крессидой? Улисс Он. Уж видно по походке: он как будто По воздуху от пылкости скользит. Входят Диомед с Крессидой. Агамемнон Диомед Агамемнон (целуя ее) Прекрасная! Сердечнейший привет Тебе от греков. Нестор Этим поцелуем Почтил тебя наш предводитель. Улисс Но Хоть искренний привет, а все же личный. Будь общим, – он значительнее б был. Не так ли, Нестор? Нестор Правда, принимаю Я твой совет. Вот Нестора привет. Ахилл Прекрасная! Печать зимы холодной Я с уст твоих хотел бы удалить. Прими привет Ахилла. Менелай Ах, имел я тоже Когда-то право целовать! Патрокл Пускай Из этого не следует, однако, Чтоб сохранил ты право, и теперь – Парис зато им пользуется, верь! Улисс О, оскорбленье злостное! Вина Насмешки и глумления над нами. Он губит нас позорными рогами. Патрокл Вот поцелуй… он был за Менелая. Сейчас тебя целую за себя я. Менелай Патрокл С Парисом без стесненья Мы за него целуем. Менелай С позволенья Красавицы я поцелую сам. Крессида Ты поцелуй даешь иль принимаешь? Менелай И то и это, если пожелаешь. Крессида Нет, целовать себя тебе не дам: Что ты даешь, совсем неинтересно. Так, значит, и меняться так – нечестно. Менелай За твой один тремя я заплачу. Крессида Не надо. Я чужого не хочу. Ты – мот. Менелай Крессида О том изволит Твоя жена с Парисом знать. Менелай Крессида Улисс О, с ним шутить, красавица, опасно – Того гляди наколешься на рог. А я бы мог рассчитывать?.. Крессида Улисс Крессида Улисс Как только снова Его жена невинность обретет И жить к нему вернется без забот, – О, поцелуй тогда меня! Крессида Готова. Я у тебя в долгу и без труда Свой долг отдам, когда настанет время. Улисс Он за тобой. Не тягостное бремя. Тем более что срок твой – никогда! Диомед Диомед и Крессида уходят. Нестор Улисс Таких не надо нам. В ней все: язык, глаза и даже ноги Без умолку болтают, и сквозит В движениях, в улыбке – легкомыслье. Я знаю их, готовых предлагать То, что у них никто еще не просит, И раскрывать пред грамотными весь Нечистый свиток мыслей и желанья. Игрушки прихоти! Порочные созданья! |
