Сициний Когда ступня поражена гангреной, Заслуги прежние ноги не в счет. Брут Довольно! К дому поспешим – и схватим Изменника, пока не заразил Других. Менений
Еще словечко лишь одно. Когда поймем весь вред бездумной спешки И тигроногой ярости подвяжем Свинцовые подошвы, – о, тогда Уж будет поздно. Надо по закону, Судом судить. Иначе неизбежно Междоусобье, и великий Рим Разграблен будет римлянами. Брут Сициний Да что тут толковать! Видали Уже, как законопослушен он. Эдилов бил! Сопротивлялся нам! Пойдемте! Менений Но ведь он войной воспитан Измлада; тяжела его рука, Несеяная речь его груба, Мука в ней с отрубями вперемешку. Позвольте мне, я сам пойду к нему И мирно приведу его на суд, К ответу по всей строгости закона. Первый сенатор Почтенные трибуны, так вернее И человечнее. А путь другой – Кровав; куда ведет он, неизвестно. Сициний Добро же, благородный наш Менений, Народу послужи. Сограждане, Оружия пока в ход не пускайте. Брут Но по домам не расходиться! Сициний Ждем На площади тебя. Если туда Ты не доставишь Марция, вернемся На прежний путь. Менений (Сенаторам.) И вы со мной, пожалуйста. Он должен Пойти, во избежание беды. Первый сенатор Уходят. Сцена 2 В доме Кориолана. Входят Кориолан и патриции. Кориолан Обрушат на меня пусть что хотят: Пусть колесуют, бросят под копыта Диких коней, друг на друга взмостят Десяток Скал, чтоб, сброшенный оттуда, Я сделался невиден глазу прежде, Чем шмякнуся внизу, – а все равно Кривить душой не буду перед ними. Патриций Кориолан Странно мне, что мать Меня не одобряет, хоть сама же Их грубошерстными зовет рабами, К тому лишь предназначенными, чтоб На грош продать, на грош купить; в собраньях Позевывать, сняв шапки, молча пялясь, Когда наш брат встает и говорит О мире, о войне. Входит Волумния. Легка ты на помине. Зачем тебе, чтоб умягчился я? Желаешь в криводушной роли видеть? Позволь мне самого себя играть. Волумния О консул, консул, консул мой! Тебя Желаю видеть облаченным властью. Едва надев, не потеряй ее! Кориолан Волумния Собой ты был бы и тогда, Когда бы не играл себя так яро И не распахивался перед ними, На консульстве еще не утвердясь. Кориолан Волумния Входят Менений и сенаторы. Менений Нет, нет, ты грубо с ними, слишком грубо. Вернись, поправь. Первый сенатор Другого средства нет. Иначе славный Рим наш, расколовшись, Погибнет. Волумния Не упрямься, согласись. Я сердцем непоклонна, как и ты, Но разумом унять умею сердце, Когда сердиться – хуже. Менений Золотые Слова, достойнейшая госпожа. Держава наша в лютой лихоманке, И нет иных лекарств, а то бы я Отяжелелые надел доспехи, Но не дал бы унизиться ему Пред этим стадом. Кориолан Менений Кориолан Менений Кориолан Извиняться? Просить прощенья у самих богов Я бы не смог. Волумния Ты слишком непреклонен. Хоть благородно это, но сейчас Мы в крайности. Ты, помню, говорил мне, Что на войне по-братски неразлучны Отвага и лукавство. Если так, То почему им надо разлучаться После войны? Кориолан
|
