Пришел капитан. Его увещевания были куда тактичнее:
— К союзникам вы столь же жестоки как к врагам, сэр? Иначе зачем дразните бедняг, для которых нет в жизни иного отдыха, кроме бутылки рома и объятий пылких дам?
— Ах простите, капитан, — Ян изобразил насмешливое раскаяние, — откуда же мне было знать, что вы набрали в команду нежных фиалок, которые пару дней потерпеть не могут? Ну так пусть уединяются в каютах друг с другом, если так неймется.
Конрад смущенно фыркнул:
— Все же постарайтесь держать себя в руках.
— Как скажете, капитан.
Видимо. учтивый тон на Яна все-таки подействовал, а потому следующие несколько часов он просто ходил за Эмили, с интересом изучающей корабль, не дотрагиваясь до нее даже пальцем. Первый помощник издалека сверлил их неприязненным взглядом, другие же пираты, помня указание капитана предпочитали делать вид, что даже не замечают парочку.
К вечеру погода испортилась. Набежали тяжелые тучи, а прежде ласковые волны яростно бились о борт корабля, заливая палубу соленой водой. Эмили спряталась от буйства стихии в капитанской каюте. Девушка осталась там совсем одна — сам Конрад стоял у штурвала, привычно направляя судно сквозь шторм, а Ян…
“Где Ян?”
Когда через час он так и не пришел, Эмили отважилась выйти на палубу. Двигаясь короткими перебежками между мачтами и высокими бортами люков в трюм, девушка нашла его перегнувшимся через фальшборт недалеко от носа. Выглядел Ян скверно — лицо бледное, почти зеленое, губы плотно сжаты от мучительной борьбы с тошнотой.
Рядом валялось чудом не смытое морем горлышко разбитой бутылки.
— Уходи, — почти не открывая рта, прорычал он. — Убирайся!
Эмили вздрогнула и тут же вцепилась в мачту, спасаясь от очередной волны. Она бы сделала все, чтобы помочь ему — облегчить приступ “морской болезни”, но сейчас действительно лучше было уйти.
Что-то ей подсказывало, что Ян скорее убьет ее, чем позволит смотреть на себя в таком состоянии.
Эмили быстро кивнула, и рассчитав момент между выпадами водной стихии, тем же путем вернулась в каюту и прилегла на кровать.
Заснуть под грохот шторма, мучаясь собственными терзаниями было невозможно, но девушка через силу зажмурилась, мечтая о том, чтобы она открыла глаза — и все закончилось.
К утру шторм утих, а Эмили все-таки смогла забыться беспокойным сном. Подремав пару часов, она вышла на палубу. “Королева Мари” чуть покачивалась на волнах, горизонт был скрыт за плотной пеленой тумана.
— Капитан, вы уверены, что это здесь?
— Уверен, — сказал — как отрезал Конрад, сосредоточенно вглядываясь в подзорную трубу, хоть и непонятно, что вообще можно разглядеть на горизонте.
Но показавшийся из молочной белизны нос корабля он и впрямь разглядел первым. Величавый галеон даже неопытному взгляду казался крупнее и массивнее, чем легкий и маневренный пиратский фрегат, но команда восприняла этот факт с равнодушным спокойствием — они с самого начала ожидали именно такого противника.
Бесконечно долгое мгновение корабли сближались в тревожном безмолвии, а потом воздух наполнился лязгом и ревом. С “Королевы Мари” на галеон перелетели абордажные крючья. Мощные рывок — и деревянные борта столкнулись, сильно тряхнув палубы.
Испанцы не ожидали нападения, но быстро собрались с силами — в первые секунды им даже удалось вытеснить атакующих пиратов с корабля, но ярость морских разбойников не позволила им развить успех.
Эмили осталась стоять у дверей каюты, вцепившись руками в узорчатую подставку для факела. Бойня, разворачивающаяся перед ее глазами нисколько не напоминала красивые постановочные сцены в фильмах про пиратов. Вместо завораживающего искусства фехтования — простые и быстрые удары. Кто первый попал — тот жив и прав. Грохотали мушкеты, пробивая бреши в хаотичных порядках бойцов с обеих сторон.
Одна пуля с визгом вонзилась в дверную петлю совсем рядом с плечом девушки.
Эмили еще сильнее сжала пальцы на своей опоре, но не сдвинулась с места.
Конечно, здравый смысл требовал спрятаться внутри, но она приходила в ужас от мысли в неведении ожидать развязки. Да Эмили и не могла оторвать взгляд от устрашающей баталии, где сама Смерть пировала человеческими душами.
И Ян, как Жнец и глашатай Её. Зеленый цвет его лица сменился просто белым, делая его еще больше похожим на мстительного духа той стороны. Застывший оскал и хищно прищуренные глаза — он будто бы вымещал злость за свою вчерашнюю слабость на всех, кто подвернулся под удар сабли. Вокруг Яна быстро образовалось пустое пространство — ни враги ни союзники не решались к нему приближаться.
Пираты теснили испанцев все глубже в трюмы галеона — и вот уже на палубу “Королевы Мари” стали опускаться первые сундуки с золотом. Глядя, как команда с ликованием откидывает тяжелые крышки, Эмили не сразу заметила первого помощника, приближающегося к ней развязной походкой.
Могучую грудь здоровяка рассекали свежие порезы, глаза блестели от играющего в крови адреналина.
— Куколка, как насчет наградить героя? — сально улыбнулся он, чуть замедляя шаг.
— Тронешь меня — и Ян тебе голову открутит, — предупредила девушка, медленно отступая к лестнице, ведущей на капитанский мостик.
— Да мы все когда-нибудь отправимся кормить морского дьявола, — пират был слишком разгорячен, а потому — бесстрашен. — Где твой рыцарь, крошка? Далеко, нарезает испанских псов на отбивные. Так что времени нам хватит — а там и помереть можно.
Эмили поднялась по ступеням, сделала несколько шагов и уперлась спиной в штурвал.
— Или если ты такая правильная, — озвучил новую идею здоровяк. — То просто встань на колени, попроси пощады, расстегни мне штаны и…
— Встречное предложение — я сама тебя убью.
Не так давно девушке бы просто не хватило духу исполнить эту угрозу. Но события последних недель изрядно пошатнули ее человеколюбие. Руки легко скользнули к поясу, пальцы обвили холодные рукояти.
Один нож воткнулся пирату в горло, второй — в живот.
Эмили деловито огляделась — кажется на их конфликт никто не обратил внимания. Она выдернула ножи, тщательно вытерла лезвия об одежду убитого и спрятала в ножны. Перешагнув через тело, девушка поспешно вернулась на палубу и заперлась в каюте.
Совсем скоро корабль пришел в движение. Заскрипели паруса, поймавшие попутный ветер. Сквозь узкое окно Эмили увидела, как уменьшается, тает на горизонте пылающий галеон — жуткое, но красивое зрелище. Девушка смотрела на пламя, пока в дверь не постучали.
Вернувшийся Ян выглядел бодрым и даже отдохнувшим, будто бы капли чужой крови вернули его лицу жизнь и краски.
— Уже поделили добычу? — спросила Эмили, просто потому, что не знала, что еще в этот момент можно спросить.
— Куда там, — он пренебрежительно рассмеялся. — Эти дикари сейчас друг другу глотки перегрызут почище испанцев. Да и зачем мне золото? Оно тяжелое, таскать еще его. Разве что вот симпатичную безделушку стащил.
Ян продемонстрировал амулет на тонкой цепочке — изображенная в характерном ацтекском стиле крылатая змея.
— Это местный бог, Катцля…
— Кетцалькоатль, — подсказала Эмили.
— Точно, он.
— Знаешь, — девушка скептически скривила губы. — Если верить легендам моего мира, штуки, связанные с ацтекскими богами лучше вовсе не трогать.
— Чушь, — не разделил ее опасений Ян. — Если бы эта вещичка была проклята, я бы заметил.
— Ну как знаешь, как знаешь… — в чародействе Эмили разбиралась плохо, а потому попытки уличить Яна в невнимательности неизбежно закончились бы ее полной капитуляцией. И подробной лекцией в ехидно-снисходительной манере заодно.
Больше она ничего сказать не успела, поскольку их уединение было нарушено капитаном.
Не сказать, чтобы Конрад был пьян — но изрядно навеселе. Он шумно бухнул на стол почти полную бутылку рома, предварительно сделав большой глоток.
— Потрясающе! Просто потрясающе! Я никогда не видел таких отточенных движений, такой изящной пластики! Восхитительная смертоносная красота! Да, я не ошибся в вас, мой дорогой сэр! Я даже готов увеличить вашу долю!