– Подписываюсь под каждым словом, – одобрил Дон оценку деда.
– А почему мы не знаем того, что знаешь ты? – сухо осведомился Гоб.
– Потому что я изучал это с детства, – мигом нашёлся бывший студент и мастер отмазок. – А делиться с вами этими знаниями на бегу было несвоевременно. И неконструктивно. Теперь у нас будет время обо всём обстоятельно поговорить.
– Разумно, – решил Гнер принять объяснения манипулятора.
Хотя «системник» не дал бы за его искренность и червивой шкурки сгнившего крысёнка. Но сейчас не до выяснения отношений – понял Дон, едва его затащили внутрь сейфа и дальше внутрь одного из его помещений. Туда, где хранилось то, что более всего сразило армов. И что не вызвало у Дона особых эмоций, кроме лёгкой ностальгии по Родине.
Вытащенный из контейнера комплект снаряжения – воинского или чего-то попроще – был неестественно легким для таких форм и комплектации. Комбез из чего-то с виду сверхпрочного был увешен накладками в виде наколенников, наголенников, наляшников и так далее вверх до самой шеи. Всё это было одновременно и съёмным, и цельным – в зависимости от твоего желания напяливать снаряжение. Либо одним махом, либо по частям, скрупулёзно обкладываясь защитными щитками с примочками. Всё это вполне сносно гнулось, но не резалось даже металлом предков. Не пропускало воду и – как подозревал Дон – ураганы со штормами. Наверняка не горело в огне и не загибалось во льдах.
С обувью та же фигня: в разукомплектованном виде напоминает обычные берцы, а в укомплектованном что-то столь же высокотехнологичное, как ракеты и роботы. В таком виде Дон бы не стал её носить даже при отсутствии иных альтернатив. Лучше бы сплёл себе лапти. Правда, и у этих монстров были свои плюсы: застежка. Буквально одно движение, и обувку не нужно было стаскивать с потных ног. Она сама распахивалась на три стороны. Да и ноги в ней, наверняка, не потеют.
А вот круглые шлемы с прозрачными, но проверено-непробиваемыми забралами различных фасонов показались роднее родных. Что не говори, разумные существа, где бы ни проживали, всегда придут к единому мнению о конструктивизме, удобстве, непробиваемости и непотопляемости. Дону не случилось примерить и оценить подобные шлемы дома на Земле. А эти реально поразили тем, как защелкивались под подбородком единым касанием. Голове же казалось, будто она вернулась в мягкий младенческий чепчик из нежнейшей фланели.
– Что скажешь? – нетерпеливо понукнул просвещённого манипулятора жадный до знаний арм из рода Эспе-Растов.
– Испытывать нужно, – с деланно солидностью ответил Фуфу жадный до развлечений манипулятор.
Дон просёк, что может совершенно бесплатно схлопотать прикольное представление. Главное не переборщить с нетерпением, а то армы учуют и не поведутся на разводилово. А ещё главней не допустить и тени насмешки, подталкивая артистов к сцене. Тогда он схлопочет вовсе не то, на что позарился.
– Каким образом испытывать? – недоверчиво осведомился Гнер.
– Экспериментальным, – чуток поумничал Дон и предложил: – Хватайте снарягу, сколько унесёте, и наверх. Проведём испытания. А то залезете в это… снаряжение, а оно вам потом свинью подложит. В критической ситуации. Вы же собираетесь его постоянно таскать?
– Можно попробовать, – уклончиво проворчал Гнер.
И пошёл сгребать всё, на что упал его взгляд. В принципе, ничего лишнего: полный комплект снаряжения от носа до пяток. То ли инфа о нём зашита у армов в генах, то ли передаётся из уст в уста пятьсот лет, но парни не ошиблись с комплектацией ни в одном узле. Вытащили всё во двор и уставились на манипулятора, ожидая консультаций по проведению испытаний. Дон и расстарался. Поначалу мужики решили, что он издевается. Затаскивать на крышу здоровенные булыжники и швырять на расстеленную во дворе снарягу?
– А как иначе вы узнаете, сколько они выдерживают? – с умным видом пожал плечами консультант, стараясь не заржать.
– В нас что, каждый день булыжниками швыряются? – не понял Гоб смысла процедуры.
– А кто знает, кому мы тут дорогу перейдём? – нашёлся Дон. – Вы тут одни. Поддержки братьев по оружию не предвидится. А вот желающих испытать нас на прочность сколько угодно. Особенно после того, как мы прекратим походы грагов на обед к людям. Сразу нарисуются наследнички покойного нара. Да ещё попробуют запустить ручонки в наши с вами рудники. Вы же не собираетесь отдавать завоёванное всяким сволочам?
Гнер издевательски ухмыльнулся в ответ на его патетическое выступление. Но потопал со двора на «улицу», ибо на территории базы подходящих камней не наблюдалось. Предки содержали территорию в порядке. А в их отсутствие сюда с горы ничего не нападало: до склона, под которым нападало далековато.
На подготовку эксперимента ушло немало времени – его Дон провёл в заботе о зрителе, до удобства которого никому нет дела. Он вытащил из склада нечто плотно свёрнутое и перетянутое ремнями, что называлось тремя буквами и горстью цифр. Судя по картинкам на прилагаемой инструкции, оно самонадувалось. Жаль портрета в надутом состоянии не имелось – догадайся, мол, сама. Впрочем, ничего громоздкого получиться не должно – имеющегося материала не хватит. Пара клапанов легко поддались нетерпеливым пальцам экспериментатора, которого чуть не снесло резко развернувшимся изделием типа «матрац двуспальный». Когда нагруженные камнями армы вернулись, манипулятор возлежал на чёрном ложе с широкой алой продольной полосой. Судя по довольной морде паразита подстилка была не только обширной, но и весьма мягкой.
Появление армов на крыше – с булдыганами в лапах – привлекло внимание девчонок, только-только выбравшихся из подвала с кучей барахла. Из грагова бассейна принеслись отмытые Руф с Граничкой – Дайна посчитала, что грязевые ванны должны быть лимитированы, и силком вытащила оттуда упирающуюся детвору. Не было только деда с Тарьясом, которые пошли пройтись по долине – видать, прикидывать, где разобьют огороды.
Снаряга выдержала бомбардировку булыжниками, которые даже не поцарапали старинные доспехи. Просто вмяли в землю, откуда их любовно выковыряли счастливые владельцы. Лэйра с самым серьёзным видом – который еле-еле изобразила – предложила экспериментаторам испытать шлемы в самом, что ни на есть, рабочем режиме: верхом на голове. Дон сумел не заржать – чуть не подавился и не выдал подругу, которая тоже имеет право на цирк. И тотчас подключился, убеждая армов, дескать, отличить барахло модели «реально необходимо» от барахла модели «пригодится» без испытаний никак.
Армы вняли. Правда, в этот раз на большой булыжник не согласились – дураков нет. А вдруг шлем и вправду лопнет? Но каменюка размером с кулак арма не оставила на шлеме и царапины, а в башке Гоба ни малейшего сотрясения. Этот подлец снял шлем и как-то особенно злорадно глянул на манипулятора, отчего у Дона ёкнуло хором в нескольких местах. Потом он лихо поскидывал с себя всё остальное, оставшись в чём мать родила. Всякие там статуи Гераклов и Шварценеггеры отдыхают: такого сексапильного атлета ещё поискать. Дон сразу же показался себе дрищавым подростком, хотя его тело было вполне себе ничего. На свой лад.
Дайна возмущённо пискнула, подхватила хихикающую Гранку и унеслась в дом, показательно грохнув дверью. Остальные дамы одобрительно полыбились и покивали головёнками, дескать, неплохо. Дон злорадно отметил, что ТАМ и вправду всего лишь «неплохо», как бы Паксая не третировала любимого брата рассказами о мифических размерах достоинства армов. Моё достоинство, пожалуй, подостойней – примерился, было, он, однако Гобу показалось, что манипулятор не должен отвлекаться от процесса собственного унижения. Он решил добить провокатора-стабилизатора и принялся облачать своё «что мать родила» в доапокалиптический костюм воина.
В результате получилось нечто ещё более сексапильное. Во-первых, потому что чёрное. Во-вторых, неизвестно, как эта снаряга сидела на древних, но на этом титане самый большой размер чуть ли не в облипочку. Судя по тому, что гигантские размеры были тут в ходу при дефиците гигантов, эта снаряга напяливалась на что-то ещё. На какое-то военное обмундирование, в котором армы не залезут ни в одну снарягу. А её ведь не расшить, не расставить. Неужели всё это добро так и останется плесневеть невостребованным сыром в мышеловке – даже посочувствовал он ребятам. Ждали мародёрничающих крыс, а явились дрессированные медведи.