Я больше не смотрел на Разумника. Нельзя было на него смотреть. Нельзя было направлять на него внимание — почует, а после этого будет достаточно одной атаки боевика, пущенной по наводке Разумника, тупо по азимуту или пеленгу этого внимания, чтобы снести к сахару и глютомату всю эту заправку вместе с теми, кто в ней сейчас находился. Тем более, если боевик окажется Одарённым Огня.
— Звони Мамонту, отцу или в СБ Долгоруких. Кому дозвонишься, — коротко велел я, вставая со своего места, хоть и очень не хотелось мне этого делать. — Сообщи, где ты. Скажешь, что я веду преследование группы противника, похитившей «объект особой охраны» СБ. Они поймут.
— Юра? — вскинулась Алина, к которой я обращался. — Стой… ты куда… не уходи! — попыталась она схватить меня за руку, остановить, но не успела. Точнее, не смогла. Не смогла удержать руку, которую пыталась схватить — рука выскользнула. Она всё ещё была мокрая. Как и весь я. Вода не хотела с меня стекать или испаряться… или это я сам не хотел, чтобы она испарялась или стекала. Мокрым мне было тепло, комфортно и уютно. А ещё, чувствовались какая-то иррациональная защищённость, сила…
Рука выскользнула. Да и сам я уже выскользнул из дверей минимаркета. Причём, сделал это, вроде бы, даже плавнее и легче, чем обычно. Как вода, через щель… Но, не так уж это было важно. Главное: не смотреть на Разумника. И, скорее всего, на того мужика, который тащит тело. Смотреть можно только на боевика. Да и то, не на него самого, а только на рисунок его куртки. Не он меня интересует, а только куртка на его спине. Только куртка, что движется сама по себе… а я сам по себе. Плавный, скучным и незаметный под струями этого осеннего дождя, под хмарью этих свинцовых туч, что застилали небо, пряча от земли солнце.
Кстати, троица, идущая впереди, никаких неудобств от дождя не испытывала. Он на них просто не попадал. Воздух как-то по-хитрому разделялся и расходился над их головами. Или закручивался? Или парИл? В общем, ни одна капля не достигала их тел. Ни их тел, ни тела девушки, которую нёс на плече первый из них. Воздух… значит, один из них — Воздушник. И, интуиция мне подсказывает, что Одарённый Воздуха — это именно носильщик. А вот боевик… скорее всего, действительно Одарённый Огня. Слишком он «жарко одет» был для такой погоды — расстёгнутая куртка, расстёгнутая рубашка…
Далеко идти не пришлось. Очень скоро куртка остановилась. Остановилась возле… фуры? Серьёзно?
Да, серьёзно. Куртка остановилась, а дверь фуры открылась. И тут же завёлся её движок, начав прогреваться на холостых оборотах…
Блин, фура! Обычная, как сама обычность, большегрузная фура!… Хм, а ведь действительно: на чём ещё удобнее всего покидать большой город с оживлённым товарным и грузовым трафиком, как не на большегрузной фуре… Не на тонированном же джипе с иностранными номерами? А у фуры ещё и «спальник» в кабине имеется. То есть, спальное место для сменного водителя, находящееся за водительским сиденьем, иногда ещё и отгороженное от него. На это место так замечательно можно уложить похищенное, накаченное наркотиками тело, укрыв его одеялом, что ни один пост ГАИ не докопается. А в огромном кузове вообще целую квартиру устроить можно кроватями, телевизором, холодильником кулером и биотуалетом: пять-семь человек спокойно провезти можно.
Не знаю, как с подобными вещами специальные госслужбы борются… ведь борются же, нет? Да и не важно это. Факт был в том, что двери кабины открылись. Из кабины выпрыгнул водитель и принялся помогать затаскивать в кабину тело Княжны. Следом за Княжной, но уже самостоятельно, в кабину залез на пассажирское место Разумник. Водитель же побежал назад открывать тент в задней части фуры. За ним пошли боевик и носильщик.
Помогать, правда они щуплому мужичонке-водителю даже и не подумали — не барское это дело. Они спокойно наблюдали за его суетой. При этом, боевик достал сигареты и одну из них вставил в рот, после чего, прикурил её от пальца — точно Огневик.
Что делал в это время я? Тихонечко лез в кабину через оставленную водителем открытой дверь. Очень тихо и очень плавно. Очень осторожно. Думая… о дожде. О его капельках, что стучат по крыше и лобовому стеклу. О его капельках, что бьются по асфальту, выбивая из луж пузыри, пуская круги и брызги… в последний момент, Разумник всё же почуял неладное и повернулся. Но было поздно. Мой верный нож уже входил ему в глаз.
Осталось только дождаться водителя и так же тихо устранить его. Потом вытащить со «спальника» Княжну, не глуша мотора, громко захлопнуть двери и… тихо-тихо смыться. А что? Кто-то думал, что я полезу драться с двумя Одарёнными Стихийниками неизвестного мне Ранга? Я похож на идиота?
Ну, местами, может, и похож. Но не сейчас и не здесь. Так что, бабу на плечо и ноги в руки! Свалить и спрятаться где-нибудь подальше от этого района. Найти телефон, позвонить в СБ и просто ждать, когда за нами приедут и нас заберут. Хватит «геройств» на сегодня.
* * *
Глава 40
* * *
Ночь, дождь… дыма от сигареты не хватает, чтобы полностью воплотить в жизнь известную мне строчку песни российской рок-певицы о гаитянском Бароне Субботе. Но, что поделать: к курению у меня отношение резко отрицательное. Не выношу даже, когда кто-то просто на улице рядом со мной дымить начинает. И не важно чем: сигаретой, трубкой, вэйпом, «одноразкой» или самокруткой… Так что, нет — дыма от сигареты не было. Да и следы в даль тоже не уходили. Никто никуда не уходил. Я сидел на крыше. На специальной открытой площадке. Да-да, той самой, на которой отец обычно встречает свои рассветы. Идёт дождь. Здесь не предусмотрена крыша, так как наблюдения всегда проходили в такую погоду, когда видно солнце. В дождь его не видно. Сегодня дождь. И я весь мокрый от этого дождя, сидел в «бирманской позиции» на струганых окрашенных досках пола площадки и смотрел вдаль. Смотрел, как медленно и тяжко ползли по ночному небу тяжёлые дождевые тучи.
Мне не спалось этой ночью. Я проворочался весь вечер и полночи, пытаясь заставить себя уснуть. Так и не смог. В конце концов, плюнул на это дело, оделся и пошёл гулять. Долго бродил по коридорам, лестницам и переходам, пока, случайно, не вышел сюда. Или целенаправленно? Сложно сказать, но на воздух из казавшихся мне чрезвычайно душными коридоров и помещений хотелось.
Чем всё закончилось вчера? Или сегодня? Хм, полночь уже точно прошла, так что, всё-таки вчера. Да ничем, если говорить строго. Я пробежал с телом на плече два проулка и одну улицу, петляя, как заяц и «запутывая след». Потом, отдалившись, наверное, на километр-полтора от той фуры, почувствовал себя спокойнее, выбрал первый же попавшийся открытый магазинчик, зашёл в него, сгрузил тело на пол, представился и потребовал себе телефон. Важные номера, после того случая в «петле» с Семёновой, я предпочитаю знать наизусть и держать у себя в голове, а не в мобильнике, чтобы, в случае какого-либо форс-мажора, иметь возможность связаться с нужными мне людьми с совершенно любого аппарата. Вот и теперь случился именно такой форс-мажор –смартфон-то свой я так и не смог найти, ни на заправке, ни позже, пока вёл преследование. Смартфон не нашёл, зато обнаружил здоровенную дырку в том кармане, где он должен был находиться. Телефон мне продавец дал. Нужный номер дежурного по СБ я набрал. Мне ответили, я представился, описал ситуацию, назвал адрес магазина. Мне велели ждать. Я послушался.
Вернул телефон продавцу и принялся проводить с Мари всё те же действия, что, до этого, с Алиной. То есть, укутал её… правда, уже не в одноразовые спасательные фольговые одеяла, а в самые обычные, банные, матерчатые — магазин-то оказался универсальным. Один из сети «Магнит», принадлежавшей отцу моего… почти одноклассника — того самого Никиты Галицкого из «Б». Того самого, который тогда к нам с Алиной приходил «недоразумение» улаживать.
И да — мне самому показалось занимательным, что такая сеть магазинов есть в обоих мирах. И даже основная цветовая гамма бренда такая же — красный. Правда, стиль самой надписи отличался.