— Я смотрю, ты делаешь успехи, Юр, — после всех вступительных приветствий и ничего не значащих вежливых слов, начал разговор Алексей Константинович, когда мы с ним уже устроились на своих местах за столиком возле окошка в зале на втором этаже. Достаточно просторном зале, чтобы за приятной, ненавязчивой и не слишком громкой музыкой, льющейся из хитро расположенных и хорошо замаскированных динамиков хорошей дорогой акустической системы, соседи не могли разобрать чужих бесед. Однако, при этом, это всё равно был именно зал. То есть, другие посетители имели возможность видеть друг друга и всех тех, кто в этом зале находился.
Этих посетителей было немного, но они были. С тремя из них, Алексей Константинович, проходя в след за официантом к назначенному нам месту, поздоровался за руку. Ещё четверым приветственно кивнул, одному помахал рукой.
Такое вот «заведение для своих», для людей одного круга. Подозреваю, что человеку с улицы, не имеющему определённого статуса, не «прописанному» здесь, попасть в этот зал просто невозможно. Для таких людей существует первый этаж. Там тоже круто, там тоже красиво, там столь же качественное обслуживание и высокие цены, но… это всё равно не то.
А этот вот зал, и само приглашение… можно расценивать не иначе, как публичное признание моего вхождения, точнее введения, в этот самый «круг», как человека Алексея Константиновича. И, возможно, даже, не в качестве одного из его клиентеллы, а «протеже»…
В любом случае: приглашение меня сюда — шаг демонстративный.
— Странно только, почему ты выбрал вариант с исследованиями, а не тот, который описывал мне первым, — продолжил он свою речь, берясь за нож и вику, придвинув поближе к себе тарелку с каким-то, судя по запаху, рыбным блюдом.
И я не мог не оценить силы этого его жеста — в том смысле, что заказал он себе рыбу, а не мясо. Значит, запомнил, что к запаху мясного жаркого или супов я отношусь неприязненно. И не просто запомнил, но и посчитал важным учесть этот момент. Тем самым, показав мою значимость для него. Мог ведь и наплевать. Или сделать наперекор специально.
Не то, чтобы в таком случае, наша встреча не состоялась, но посыл бы я тогда тоже понял правильно.
Сам по себе, запах жареного мяса меня уже очень давно не триггерит. Я сумел справиться с этим. Усилий пришлось приложить не мало, но теперь он не бесит меня, не заставляет срываться. Он мне… даже не сказал бы, что очень неприятен. Просто, предпочитаю находиться от него подальше, не испытывая лишний раз свою волю. В конце концов, если бы я, слишком остро на него реагировал, то не смог бы жить со своей женой, которая моих взглядов на «правильное питание» не придерживается.
Рыба же… ну, к ней я отношусь нейтрально. Никак.
— Ведь, исследования — штука дорогостоящая, но не дающая вообще никаких гарантий доходности в будущем. Тем более, не может похвастаться быстрыми сверхприбылями, как вариант с криптовалютой? — закончил свой вопрос он и отправил в рот первый кусочек своего блюда.
Я тоже подвинул к себе тарелку и взялся вилку. Мне, по моему заказу, принесли обычный «Греческий» салат, только без сыра. Может, у них и другие блюда были, могущие лучше подойти к моим «пищевым убеждениям», но искать их в довольно толстом меню было бы долго, что могло выглядеть, в этом месте неуместным и некрасивым. А про этот салат я знал точно: он в любой забегаловке есть, и готовится по примерно одному и тому же рецепту. Пожалуй, лишь дороговизной сыра и различается. Поэтому, если этот ингредиент исключить, то можно быть уверенным, что принесут именно то, на что ты рассчитываешь, а не какой-нибудь «сюрприз».
— Спасибо, Алексей, — ответил ему я. — Твоя похвала многого стоит, — совершенно не лукавил при этом. Похвала или поздравления этого человека, в Москве, действительно стоили очень и очень дорого. — А исследования… Как ты понимаешь, заработать деньги быстро, я могу и не заморачиваясь с организацией промышленного майнинга.
— Действительно, — усмехнулся Алексей Константинович. — Как-то я не подумал об этом. Зачем нужны лишние сложности и «костыли», если спокойно бегаешь и без них, — при этом взгляд его непроизвольно скользнул к его прислонённой к краю стола трости, и улыбка сама сползла с его лица.
— А с исследованиями, — продолжил говорить я, уводя разговор от неприятных для собеседника ассоциаций. — Мне на самом деле интересно, что вообще может из этой идеи получиться. Возможно, в будущем, найдя ещё денег, я организую вообще отдельный институт исследования проблем пластика и его утилизации. Всё ж, это — одна из самых острых проблем, стоящих сейчас перед человечеством и планетой.
— Самых? — приподнял в удивлении или изображении удивления свои белые брови мой собеседник. — А как же и глобальное потепление?
— Бред это псевдонаучный и политика, а не проблема, — хмыкнул я.
— Почему же, бред? — с хитрецой посмотрел на меня он. Хотя, хитреца в его взгляде присутствовала практически постоянно.
— Потому, что планета Земля — система закрытая и сбалансированная. А углекислый газ — отнюдь не «изобретение» человека. Он был до него, он есть при нём, он будет после него. И он является неотъемлемой частью этой замкнутой саморегулирующейся и балансирующейся системы. С которой система умеет работать. Да — действительно стало выделяться больше. Это факт. Но совершенно так же, факт и то, что в мировом океане значительно увеличилась популяция водорослей, поглощающих этот газ. Да и мировые леса так же не находятся на стадии критического сокращения, особенно в Российской Империи и в Африке с Южной Америкой. А они тоже участвуют в переработке. Так что, здесь не проблема, а политика: более развитые страны пытаются под этим предлогом заставить платить дань страны менее развитые. Это повод, предлог и рычаг давления.
— Какая интересная мысль, — улыбнулся Алексей Константинович. — Особую пикантность ей добавляет то, что произнесена она подростком, фактически, уже бросившим школу ради занятий музыкой, — не преминул вставить шпильку или же попенять мне он.
Я на это только виновато улыбнулся и беспомощно развёл руки, признавая полную справедливость и соответствие действительности этого замечания.
— А про глобальное потепление ты, тогда, что скажешь? Или его, по-твоему, тоже нет?
— Почему же? Есть конечно, — пожал плечами я, возвращая внимание салату. — Только обусловлено оно вовсе не выбросами углекислого газа в атмосферу, а совсем другими причинами. Естественными.
— Это какими же? — заинтересовался сидящий напротив меня Первый заместитель Княжеского Тяуна — Главы Правительства Княжества Московского и член-корреспондент Российской академии естественных наук.
— Геологическими, — ответил я ему без стеснений и пиетета перед его научным авторитетом. Я — подросток, бросивший школу, мне можно нести любую чушь. Спрос с меня маленький. — Тектоника плит, вулканическая активность, выбросы метана из подземных пустот и высвобождение его из толщи тающих ледников. А метан, кстати, имеет парниковую активность в двадцать пять раз большую, чем углекислый газ. При этом, в атмосфере метан существует не долго, всего несколько лет — он довольно быстро окисляется кислородом до того самого, увеличение которого в атмосфере учёными и фиксируется… В общем, влияние человека на этот процесс довольно сильно преувеличивают. Оно есть — бесспорно, но в общем процессе — это капля в море… — свободно лилась моя мысль, не скованная обычными волевыми ограничениями. Перед этим человеком я не боялся выглядеть глупым и наивным юнцом, считающим, что он знает всё на свете. Почему бы и нет? Я, итак уже, слишком сильно засветился своим фокусом с биржей и деньгами. Тут впору, наоборот, понижать свою интересность, а не повышать её. Вот, ещё бы мой проект, в который я всю «лишнюю» капусту вложил, провалился бы, окончившись пшиком…
Вот только, выражение лица моего собеседника, слушающего этот мой псевдонаучный бред, мне совершенно не нравилось. Так не смотрят на пи… звездоболов и глупых юных болтунов.