– Вроде того. Не разбирался ведь совсем. И торговлей по началу я хотел заниматься лишь в память о родителях... Мечта детства, знаешь ли. А потом и желание оправдать себя за воровство и мошенничество благим делом, простому народу помочь... Кеша вообще благими делами нехило мне мозги промыл за время учебы,  –   Хоук по-доброму усмехнулся.

Я еще раз проверила – не работает ли камушек? Что это женишок так разболтался, даже перешел на сленг и просторечия? Но нет, камень на него не влиял. Просто видно настроение у Хоука было такое. Желание пооткровенничать читалось и на его лице, и в мимолетных, полных тревоги взглядах. Он вообще выглядел очень уставшим. Эта усталость пропитала все, от растрепанной прически до помятого костюма. И куда только делся самоуверенный гад, который мне так нравился?

Зато сегодня я уже узнала о нем, больше чем за за все предыдущие недели.

–  На желании людям помогать бизнес не построишь.

– Вот именно. Но денег я тоже хотел. Деньги я всегда любил. И альтруизмом долго не страдал. Кронус довольно грязный мирок, мошенники там вырастают намного лучшие, чем честные торговцы. Честные – вообще живут недолго, – Хоук скривил губы в горькой усмешке. – И даже с магией это не так просто исправить... ну, не запрещенной магией. Я вернулся на родину воодушевленный, чувствующий себя крутым всемогущим магом, да еще и с верным помощником. Новые документы, новое лицо и великие силы. Но первые полгода я просто тыкался носом, как слепой котенок туда-сюда, пытаясь организовать дело, которое там никому на хрен не нужно было. И плюнуть бы, сменить хотя бы сферу, но я же тот еще осел. И если вобью себе что-то в голову – не могу отступиться. И чем больше не получается – тем больший азарт охватывает. Добиться желаемого любой ценой. Так что я бы наверняка вновь свернул на темную дорожку, и ничем хорошим бы это не закончилось, но мне повезло. Я встретил Дженни.

– Нашу Дженни? – поразилась я.

– Ее, единственную и неповторимую. Не помню уже, что она на Кронусе забыла, но, пусть мы в академии были знакомы только как один из многих учеников и эксцентричный преподаватель – Дженни помогла мне. В своем стиле.

– Любезно кинула в середину озера, и смотрела, как утопающий быстро учится плавать?  –   понимающе  кивнула я.

– Вроде того, – сказал Хоук, на миг зарывшись носом в мои волосы. На это невинное действие проходящий мимо пожилой лысый джентльмен в белоснежной тоге, так контрастирующей с темной кожей, брезгливо поморщился, и мы с Хоуком дружно хихикнули.

– Это, на самом деле, долгая история...

– ... взлетов и падений...

– ... но я уяснил, главное – хочешь чего-то добиться, имей кроме желания и план. Много планов. Собирай информацию и просчитывай все варианты.

– Не похоже на Дженни.

– А это и не ее принцип, а мой.. хотя не стоит недооценивать эту женщину...

– В отношении меня тоже это принцип действует? – я пытливо заглянула Хоуку в глаза. – Многовариантный план по завоеванию сердца своей невесты, где каждое наше свидание по минутам расписано, где каждая тема – заранее продумана.

– В какой-то степени, – Хоук попытался отвлечь меня поцелуем. Поцелуй я приняла, но отвлекаться не собиралась.

– И как оно, всегда гладко идет? Телепортация меня черт знает куда тоже часть плана? – я подозрительно сощурилась.  Уверена была что тот случай – случайность, но уточнить еще раз не помешало бы.

– Нет. Ты же знаешь, что нет, – Хоук замотал головой. Не врал – артефакт молчал. Посмотрел на меня как-то растерянно, и схватил вдруг за плечи, мягко, но крепко, прижался лбом к лбу, обдавая жарким дыханием. Сверху шелестели листья пальмы. – И поэтому я так тогда испугался... обратная сторона медали... План – это прекрасно, но когда все.. сбивается, идет не так как надо.. .я паникую, как мальчишка. И сейчас...

– Что сейчас? Вроде просто идем... – Я с тревогой вгляделась в его лицо, осторожно высвободилась из объятий. Щеки у меня горели, и чтобы скрыть смущение и испуг, я шутливо спросила: – Или ты о том, что твой расчетливый и безумно коварный план по покорению строптивой невесты обернулся против тебя самого...

– Я об этих проклятых небом соревнованиях! – в сердцах воскликнул Хоук, заставляя меня дернуться от неожиданности, привлекая внимания парочки прохожих. Это его мгновенно успокоило. Он провел рукой по лицу, словно стирая с него любые ненужные эмоции.

– А что с ними? – я напряглась. – Ты, будучи в судейской коллегии узнал что-то... что-то, что может быть для меня опасным?

– Я... нет, я не про... – Хоук глубоко вздохнул, собираясь мыслями и возвращая себе привычный уверенный тон: – Дело в Хранителях. Они всегда ко мне неровно дышали. Биография, знаешь ли располагает к подозрениям – вдруг да стану использовать великий дар во зло. Ярэн Корн выглядит невинным, но... Я ведь и правда замешан в делах, что Хранителям не по вкусу. И он все со своими задушевными разговорами допытывается, допытывается, допытывается – как недавний выпускник таких успехов достиг? Какие отношения нас связывают с Радой?.. И тобой тоже заинтересован, все восхищается, старый похотливый баран, моей  невестой!

Я отступила на шаг и сложила руки на груди. Хоук вроде как не лгал в открытую, точно не лгал, но явно недоговаривал. А еще старательно показывал себя хуже, чем есть. Попытка сделать вид, что в первую очередь он за свою шкуру беспокоился вышла не очень убедительная.

– Ладно. Уильям Хоук, честно ответь. Если мне будет грозить опасность... или моей подруге Яне... в общем... ты  ведь меня предупредишь?

– Хочу купить тебе платье, – заявил Хоук заглядывая куда-то за мою спину.

– Чт..? – обернулась я, офигев от  такой резкой смены темы. За стеклянной витриной стояли женские манекены и платья на них были такие, что купить, или хотя бы примерить даже мне захотелось.

Хоук тут же открыл двери магазинчика, приглашая меня внутрь. Я сделала глубокий успокоительный вздох. Конечно, я тащилась от непредсказуемости Хоука, но не в данном случае. Он серьезно думает, что сейчас я позволю просто уйти от ответа? Променяю правду на шмотки? Ну все, теперь я от него не отстану, пока не все выпытаю.

Но стоя перед зеркалом с золоченой рамой среди обитой черным мрамором примерочной, я  забыла, что хотела просто притвориться забывшей о важных вопросах блондинкой. Я всегда если и носила платья, то короткие и удобные – они мне шли, да и комфорт превыше красоты. Но на такие вот – длинные и облегающие с открытыми плечами – я всегда поглядывала, как на недосягаемую мечту. Потому что грудь у моего родного тела для такого фасона была слишком маленькая, и вообще висели они на мне как на вешалке, превращая спортивную стройность в какую-то болезненную худобу. А вот Эби шло чертовски. Я распустила белоснежные волосы, и в этом черном платье, с лиловым кулоном под цвет глаз на груди  выглядела просто...

– Я красивая? – не поворачиваясь, спросила я, сама не понимая, что желаю услышать в ответ. Хоук в отражении зеркала оценивающе склонил голову, подошел ко мне и обнял со спины. Шепнул мне на ухо, не думая, искренне:

– Изумительная. Я сначала видел в тебе лишь красивую куклу, но внешность – это лишь иллюзия,  главное, что внутри...

Я фыркнула, но почувствовала к нему благодарность – Хоук ведь действительно обделял меня комплиментами, даже язвительными, за хорошенькую, но чужую внешность. И я в который раз подумала  –    а не знает ли он, кто находится в теле его невесты? Имеет же с ректором какие-то тайные дела, интригующие Хранителей. Может она ему рассказала... Но рискну ли я спросить?

– Не могу понять, что ты сделала с моим подарком... – пальцы Хоука замерли в сантиметре от камня – его тянуло, но от прикосновения он благоразумно удержался. Я все смотрела в зеркало и видела – до чего мы красивой парой смотримся. И тошно от этого стало. И платье вдруг резко разонравилось – не мое это все...  почти все не мое.

– Так я тебе и призналась. И это не твой подарок, а моя законная добыча.