— Ладно, — вмешался Кобб. — Вы двое можете повыпендриваться позже. Вы оба умники. А теперь закрыли рты.
Я откинулась на спинку кресла, не понимая, то ли порадоваться похвале, то ли оскорбиться. Похоже, когда общаешься с Коббом, смешанные чувства — обычное дело.
— Сегодня могильщицу не видели, — продолжил Кобб. — Это не значит, что она не появится, но среди упавших обломков много оборудования со старыми подъемными кольцами.
Ага! Я права. Я поискала взглядом Артуро, чтобы позлорадствовать, но не смогла понять, где его корабль.
— Сэр, — сказал Говнюк, — мне всегда не давала покоя наша тактика. Мы даем отпор креллам, так? Когда начинается дождь из космического мусора, мы вылетаем на проверку. Если натыкаемся на креллов, сражаемся.
— В целом, да, — отозвался Кобб.
— Значит, мы всегда позволяем им выбирать место сражения. Но ведь выиграть войну можно, только если застать врага врасплох. Вывести из равновесия. Заставить думать, что мы не собираемся нападать, когда это не так, и наоборот.
— Кое-кто начитался Сунь Цзы. Командир звена, Сунь Цзы сражался в другую эпоху и использовал совершенно другую тактику.
— Разве не стоит хотя бы попытаться перенести поле боя на их территорию? Напасть на их базу за поясом обломков, где бы она ни была? Почему это никто не обсуждает?
— Есть причины. И курсантам о них знать рано. Сосредоточьтесь на текущих приказах.
При этих словах я нахмурилась, неохотно признав, что Говнюк задал хорошие вопросы. Я оглянулась через плечо на зеленое пятно — «Альту». Кое-что еще казалось странным. Кобб первоклассный пилот и Первый гражданин. Он сражался в Битве за «Альту». Если понадобились резервы, пусть даже только их иллюзия, почему он не поднялся в воздух вместе с нами?
Несколько минут мы молчали.
— Итак… — подал голос Бим. — Есть желающие помочь мне выбрать позывной?
— Ага, мне тоже нужен, — отозвался Говнюк.
— С твоим мы уже вроде определились, Говнюк, — сказал Недд.
— Нельзя звать командира звена оскорбительным словом, — возразил он.
— Почему бы и нет? — спросила Рвота. — Как звали ту знаменитую женщину-пилота с позывным про газы или…
— Пердуха, — сказала я. — Из Первых граждан. Только недавно ушла на покой, великолепный пилот. Сто тридцать сбитых целей. В среднем двадцать стычек в год.
— Я не буду Говнюком, — сказал Говнюк. — Это приказ.
— Само собой, Говнюк, — поддакнула ФМ.
Улыбнувшись, я посмотрела на ее корабль рядом с моим. Они были знакомы раньше? Кажется, у нее легкий акцент. Тот же, что у троицы парней — акцент богачей из нижних пещер. Как она сюда попала?
Вдалеке все так же мелькали вспышки, и я поймала себя на том, что хочется вцепиться в рычаг двигателя, врубить форсаж и бросить корабль в бой. Пилоты сражаются, может, даже гибнут, а я тут рассиживаюсь? Какой из меня воин?
«Воин, который врезался в столовую при первом же взлете», — подумала я.
Как бы то ни было, я наблюдала за далекими вспышками, пытаясь вообразить бой, и щурилась в надежде хоть мельком увидеть креллский корабль.
И все равно опешила, когда один такой понесся к нам.
Сотни раз я видела вражеские истребители на картинках. Маленькие, приплюснутые, словно недостроенные — с проводами, мотающимися позади, как хвост. С черными, непрозрачными кабинами. Большинство креллских кораблей взрывались и сгорали без остатка, если удавалось их повредить или сбить, однако в некоторых мы обнаруживали опаленные остатки жуткой брони. Но ни разу самого крелла.
— Говнюк! — позвала я.
— Не называй меня…
— Йорген! Командир! Как угодно! Посмотри на одиннадцать часов, футов на двести вниз. Видишь?
Он тихонько выругался.
— Отлично! Мы в игре! — воскликнула Рвота.
— Рвота, это не игра, — осадил ее Говнюк. — Инструктор Кобб?
— Я здесь. Что случилось?
— Креллский корабль, сэр. Похоже, пролетел низко, за радиусом действия зениток, и направляется к «Альте».
Кобб ответил не сразу. Я вцепилась в рычаги, потея и не спуская глаз с врага.
— Командование в курсе, — наконец заговорил Кобб. — Ваша замена уже садится в корабли. Скоро будут.
— А если они не успеют? — спросила я. — Что, если тот корабль с могильщицей?
— Штопор, у командования есть визуальное подтверждение, — ответил Кобб. — Это не бомбардировщик. От одного корабля вреда немного.
— Со всем уважением, сэр, я не согласен, — возразил Йорген. — База под щитом, но враг может дать залп деструкторами по фермерам, убить десятки, прежде чем…
— Парень, я в курсе возможностей проклятых креллов. Спасибо. — Кобб глубоко вздохнул. — Далеко он?
— Нет, сэр. Приближается.
Тишина в эфире, потом:
— Можете действовать. Но займите оборонительную позицию. Никакой показухи, курсант. Я хочу, чтобы вы отвлекли его, пока подкрепление не поднимется в воздух.
Я нервно кивнула, чувствуя, как на лбу под шлемом выступил пот. Приготовилась лететь.
— Я им займусь, сэр! — воскликнул Говнюк. — Неддер, ты мой напарник!
— Понял, Йорг, — отозвался Недд.
Два корабля вырвались из строя. Не успев осознать, что делаю, я вцепилась в рычаг управления и понеслась за ними.
— Штопор, назад! — крикнул Говнюк.
— Я вам пригожусь, — сказала я. — Чем нас больше, тем больше вероятность отпугнуть его назад к настоящим истребителям!
— И ей понадобится напарник, — вызвалась Рвота, пристроившись мне в хвост.
— Нет, нет! — завопил Говнюк. — Все остальные должны остаться в строю!
— Бери ее, — сказал Кобб. — Рвота и Штопор, следуйте за командиром звена и его напарником. Но остальные удерживают позицию. Не хочу, чтобы вы поврезались друг в друга.
Говнюк замолчал. Вчетвером мы взяли курс на перехват, набирая скорость, чтобы отрезать вражеский истребитель прежде, чем тот подберется слишком близко к «Альте». Я беспокоилась, что мы не успеем вовремя, что он пронесется мимо. Как оказалось, беспокоиться было не о чем.
Как только мы подлетели ближе, креллский корабль развернулся и устремился прямо на нас.
11
Мой пульс участился. Лицо похолодело.
Но в тот миг я поняла, что не боюсь.
Я всегда переживала, что испугаюсь. Я бахвалилась и изображала из себя победительницу, но сколько драк у меня на счету? Пара потасовок с другими детьми, когда я была помладше? Несколько спаррингов на занятиях по дзюдо?
В глубине души я всегда переживала, что, как только доберусь до неба, ударюсь в панику. Что окажусь трусихой, какой меня все считали. Как… в той лживой истории об отце.
Тем не менее твердой рукой я сбавила тягу и заложила вираж, пытаясь зайти в тыл врагу. Я знала приемы ближнего воздушного боя. Изучила их вдоль и поперек. На всех уроках рисовала их на полях тетрадок.
Но пока что я была безнадежна. Дуга получилась слишком широкой, и Рвота едва не врезалась в меня, когда мы ушли в крен не одновременно.
— Ух, — сказала она, когда мы выровняли курс. — Это сложнее, чем кажется.
Креллский корабль нацелился на Йоргена, дав залп сияющего огня из деструкторов. Я попыталась помочь, но на этот раз повернула слишком резко. Йорген, Недд и вражеский корабль, маневрируя, пронеслись позади.
Я покраснела, ощутив свою бесполезность. Всегда казалось, что… ну, все будет получаться само собой. На деле приходилось попотеть даже для того, чтобы развернуть корабль куда нужно.
Крелл снова прицепился Говнюку на хвост, и тот, тихонько выругавшись, почти идеально ушел в двойное S-образное уклонение. Все вдруг показалось мне гораздо более реальным. Это один из моих товарищей. И враг делает все возможное, чтобы его прикончить.
— Молодец, Йорген, — сказал Кобб. — Но в будущем осторожнее с такими маневрами. Если летаешь намного лучше товарищей, сразу привлекаешь внимание креллов. Если они вычисляют командира звена, то атакуют его в первую очередь.
— Разве они не должны сначала нападать на самых слабых пилотов? — спросила ФМ. — Их проще убить.