— За мной! — бросила я Недду, толкнув рычаг.
Я прорывалась через туннели, пламя ускорителя отражалось в заброшенных металлических стенах. Недд летел следом.
— Налево и прямо, — раздался голос М-Бота. — Хорошо. Теперь через два туннеля… нет, не в этот… туда.
С помощью светокопья я круто свернула в туннель.
— Чуть меньше двух минут до того, как вы умрете в пламени, а я останусь с одним только Ригом и слизнем. Я не смог вычислить, кто из них двоих худший собеседник. Сверните в туннель над вами.
Следуя инструкциям, я петляла по безумному лабиринту туннелей. Звуки снаружи усилились: лязг стали, тряска, глухие взрывы.
Шлем намок от пота. Я полностью сосредоточилась на полете, нацеленная, собранная.
Я не теряла контроль над кораблем, но какая-то часть разума словно отдалилась от происходящего. Шлем изнутри сильно нагрелся, и я была готова поклясться, что слышу голоса в голове. Всего лишь обрывки слов.
…взорвать…
…поворот…
…ускоритель…
Мы с Неддом вырвались обратно в огромный зал на внешнем краю верфи. Моя сосредоточенность сменилась облегчением, теперь и без инструкций М-Бота я бы не пропустила зияющий провал в стене.
Мы выскочили из дыры и чуть не вспахали носом землю. Верфь почти упала.
Я притормозила и заскользила над серо-голубой поверхностью, вздымая пыль. Недд негромко выругался. Мы оказались в узком, сокращающемся пространстве между станцией и землей.
— Креллы только что подорвали несколько больших зарядов на крыше, — сказал М-Бот.
Я мчалась под верфью. Стальной потолок опускался все ниже. Целостность конструкции нарушилась, и вокруг нас падали отломившиеся куски металла.
— На текущей скорости вы не успеете спастись от ударной волны, — тихо произнес М-Бот.
— Недд, форсаж! — крикнула я, до отказа налегая на рычаг управления. — Маг‑10!
Гравиконы включились, но быстро исчерпали ресурс, и меня вдавило в кресло.
Лицо отяжелело, кожа вокруг глаз и рта натянулась. Руки налились свинцом и норовили соскользнуть с рычагов.
Полоска света впереди — свобода — неумолимо сужалась.
На Маг-10 «Поко» задребезжал, но я продолжила ускоряться до Маг-10,5. Вибрация усилилась, щит засиял, нагревшись от сопротивления воздуха.
К счастью, этого хватило. Как только мы с Неддом вырвались из-под верфи, она рухнула. Нам вслед понеслись клубы пыли и обломки, но мы легко от них ушли и обогнали грохот от удара, поскольку в несколько раз превысили скорость звука.
Выдохнув, я осторожно замедлилась. Дребезжание пошло на убыль.
С Неддом на крыле я развернулась: за считанные секунды мы унеслись настолько далеко, что даже не было видно взметнувшейся пыли. Датчики зафиксировали едва заметную ударную волну, когда она наконец добралась до нас на обратном пути к звену.
В конце концов мы подлетели достаточно близко, и я различила огромную тучу пыли — обломки верфи выделялись большой темной тенью. Над ними суетились небольшие пятнышки — корабли креллов. Враги хотели удостовериться, что после крушения махины нельзя спасти ничего ценного. Из упавших обломков часто можно было извлечь подъемные камни, но массированный огонь деструкторов, как и сильный жар от хорошего взрыва их разрушали.
— Наконец-то, — сказал Йорген, когда мы присоединились к остальным. — Во имя звезд, о чем вы только думали?
Я не ответила, пересчитывая корабли. Семь, включая мой. Все справились. Взмокшие, обалдевшие и мрачные, мы почти не разговаривали, пока не встретились со звеном «Быстрина» перед возвращением на базу. Зато живые.
«Трусиха».
Голос Недда эхом отдавался в голове, отвлекая сильнее, чем раскаленные сенсоры внутри шлема и нереальное место, куда соскользнули мои мысли, пока мы выбирались. Неужели я и правда слышала голоса?
Я не трусиха. Иногда нужно отступить. В этой битве отступили все корабли АОН. Я же не перестала быть солдатом оттого, что убедила Недда бежать?
Когда мы приземлились на стартовой площадке, уже стемнело. Я сорвала с головы шлем и, совершенно измотанная, вылезла из кабины. У подножия лестницы меня ждал Йорген.
— Ты мне так и не ответила. По пути домой я оставил тебя в покое, так как ты наверняка в шоке, но придется объясниться. — Он крепко схватил меня за руку. — Ты чуть не убила Недда этим своим трюком.
Вздохнув, я посмотрела на его руку.
Он осторожно отпустил.
— Вопрос в силе. Это было безумие, даже для тебя. Не могу поверить, что ты…
— Говнюк, мне, конечно, нравится, когда я главная чокнутая, но сейчас я слишком устала, чтобы тебя выслушивать. — Я кивнула на корабль Недда в тусклом свете. — Туда залетел он. Я следом. Ты бы предпочел, чтобы я бросила его одного?
— Недд? — переспросил Йорген. — Он для такого слишком уравновешенный.
— Может, остальные его достали. Я знаю только, что паре «Сиго» из «Ночного шторма» сели на хвост несколько креллов, а Недд это так не оставил.
— «Ночной шторм»? — переспросил Йорген.
— Да. А что?
Йорген замолчал, потом развернулся и направился к кораблю Недда. Я побрела следом, выжатая, как тряпка. Накатывала какая-то странная головная боль — будто за глазами кололи иголки. «Поко» Недда стоял пустым, а его самого не было среди остальных ребят, которые собирались у раздевалок около стартовой площадки, чтобы снять летные костюмы. Напряжение боя развеялось, и все смеялись.
Йорген свернул на тропинку между стартовыми площадками. Я озадаченно шагала следом. Мы добрались до семи истребителей класса «Сиго» с эмблемами «Ночного шторма». Они вернулись раньше нас, и пилоты уже ушли, оставив корабли обслуживающему персоналу.
Недд стоял на коленях у двух пустых мест.
— В чем дело? — спросила я Йоргена.
— Его братья, Штопор. Они были напарниками, Ночной шторм-6 и Ночной шторм-7.
Пилоты, за которыми мы полетели. И оба, теперь это очевидно, погибли в темных туннелях верфи.
27
На следующее утро Недд не пришел на занятия.
И через день тоже. И так всю неделю.
Кобб муштровал нас упражнениями, связанными с погоней. Мы пикировали, уклонялись и метили друг друга, как настоящие пилоты.
Но в короткие минуты отдыха меня преследовал голос Недда.
«Трусиха».
Сидя в учебной кабине и выполняя упражнения, я размышляла о случившемся. Я прервала погоню и заставила Недда бросить братьев. Поступали ли так герои из сказок?
— Статистические выкладки указывают, что если бы вы продолжали погоню еще семь секунд, то погибли бы при столкновении станции с землей либо в последующем взрыве, — сказал М-Бот, пока я сражалась в голографическом ближнем бою.
— Ты мог бы взломать их канал связи? — спросила я шепотом, потому что мы находились в классе. — И вызвать братьев Недда?
— Да, наверное.
— Следовало об этом подумать. Может, если бы мы скоординировали усилия, то успели бы им помочь.
— А как бы вы объяснили свою внезапную способность взламывать каналы связи АОН?
Я спикировала за голографическим креллом и не ответила. Будь я настоящим патриотом, давно бы передала корабль начальству. Но я не патриот. АОН предала и убила моего отца, а потом солгала об этом. И потому я их ненавидела, но… все равно пришла с мольбой позволить мне летать.
Внезапно это показалось еще одним проявлением трусости.
Тихонько зарычав, я крутанулась на светокопье вокруг парящего обломка и врубила форсаж. Промчалась мимо крелла, активировала ОМИ, отрубив оба щита, и развернулась вокруг оси. Полетела задом наперед, но все равно сумела пальнуть из деструкторов по креллу и уничтожить его.
Опасный маневр, так как не видно, куда летишь. И точно, еще один крелл тут же набросился на меня справа и выстрелил. Я умерла с воем сирены, возвещавшей: «Щит отключен».
— Классный фокус, — сказал Кобб в ухе, когда голограмма перегрузилась. — Отличный способ умереть.
Я отстегнула ремни и встала, сорвав и отбросив шлем. Он отскочил от кресла и с грохотом покатился по полу. Я отошла в дальний конец класса и стала расхаживать взад-вперед.