И передо мной открылся абсолютно новый мир.
38
Ресторан был, конечно, не особо впечатляющим: несколько беспорядочно расставленных столиков, за которыми сидели курсанты и молодые пилоты, приглушенный свет. В углу мужчина что-то наигрывал на перкуссии.
ФМ тащила меня к столику, за которым Артуро обнимал незнакомую темнокожую девушку с короткими волосами. Там же чинно восседала Киммалин, перед ней стоял очень большой и очень фиолетовый напиток. Рядом расположился Недд.
Недд. Я не видела его уже несколько недель! С той ночи на стартовой площадке! Он был в брюках и рубашке, а на спинке стула висел пиджак. Странно встретить его в гражданской одежде, особенно рядом с Артуро в курсантском комбинезоне.
Сквозь гул разговоров в зале я услышала беззаботный голос Недда:
— Я никогда этого не говорил. Я придурок другого типа — обаятельный.
Артуро закатил глаза, но девушка рядом с ним подалась вперед:
— Недд, придурок он и есть придурок.
— Ничего подобного. В этом деле я эксперт. Я…
— Ребята, — прервала их ФМ, вскинув руки в театральном жесте и указав на меня, — посмотрите, кого я нашла! Она бродила вокруг базы и кисла из-за того, что не сможет пострелять в ближайшие дни.
Недд ткнул пальцем в сторону ФМ.
— Видишь, вот она — как раз придурочная другого типа.
ФМ отвесила ему подзатыльник, и он ухмыльнулся. А потом встал и сгреб меня в медвежьи объятия.
— Рад тебя видеть, Штопор. Закажи себе что-нибудь. Артуро платит.
— Я плачу?
— Ты богатый.
— Ты тоже.
— Я богатый другого типа. Бедный богатый.
— О, ради Святой.
— Не произноси имя Святой всуе, — одернула Киммалин.
— Ты это делаешь постоянно!
— Я верующая, а ты — нет. Так что мне можно.
Недд ухмыльнулся, зацепил ногой стул у соседнего стола и, придвинув его к нашему, махнул мне присаживаться.
Я нерешительно села. Запись по-прежнему жгла карман комбинезона. В то же время при виде Недда и Киммалин на душе потеплело. Это мне и было нужно.
Поэтому я постаралась пока что забыть о записи.
— Штопор, это Брин. — Артуро указал на девушку, сидящую близко к нему. Очень-очень близко. — Мы познакомились еще до летной школы.
— Не представляю, как вы его терпите, — произнесла она. — Он изображал из себя всезнайку еще до того, как стал пилотом. А теперь, должно быть, совсем невыносим.
Улыбнувшись, Артуро в шутку стукнул ее по плечу. Да, совершенно ясно, что эти двое давно вместе. Почему я не в курсе, что у Артуро есть девушка?
«Была бы в курсе, если бы хоть иногда проводила свободное время вместе с ребятами», — подумала я.
Через пару секунд ФМ поставила передо мной нечто фиолетовое и шипучее и корзинку с полосками жареных водорослей, потом села на свое место и кинула Киммалин мешочек.
— Нашла твое ожерелье под кроватью.
— Спасибо, дружок. — Киммалин открыла мешочек и заглянула внутрь. — Я немного психанула, когда уходила, да?
— Ребята, вы собираетесь возвращаться в АОН? — спросила я. — Поговорим с Коббом? Им нужны пилоты. Может, получится уговорить их взять вас обратно.
Недд с Киммалин обменялись взглядами, и Недд сделал большой глоток.
— Нет, — ответил он. — Кобб ведь говорил, что большая часть класса отсеется. Так что они этого и ожидали. Нас не возьмут обратно. И я не уверен, что могу поступить так с мамой, после того как…
Тишина. Разговор за столом смолк.
— Может, я и не вернусь, но хотя бы стала курсантом, — бодро проговорила Киммалин. — Родители мною гордятся, и стрелки из Благодатной пещеры только обо мне и говорят.
— Но… я хотела сказать… летать… — начала было я, хотя поняла, что лучше оставить эту тему.
— Мы не такие, как ты, Штопор, — произнес Недд. — Летать, конечно, прекрасно. Я бы вернулся в мгновение ока, но что-то в АОН… в самой культуре, в том, как бросают в битву курсантов, в этом отчаянии…
ФМ показала ему два больших пальца. Киммалин просто опустила взгляд на колени — должно быть, думала о том же, о чем и я. У АОН были причины, чтобы отчаяться. Курсантов бросали в бой не только ради практики или из-за того, что в АОН не ценили жизни. Нам требовалось как можно больше пилотов в воздухе, даже неопытных.
Я росла в Вулканической и знала, что борьба с креллами — дело героическое и опасное, но только попав в «Альту», осознала, насколько мы близки к краю пропасти.
Я все же промолчала, потому что не хотела огорчать остальных. Разговор перешел к какой-то важной вчерашней игре — победила старая команда Рвоты. Недд поднял бокал, все присоединились, и я тоже. Я глотнула своего фиолетового напитка и чуть не выплюнула — слишком сладкий.
Я решила перебить вкус водорослями. Во рту приключился взрыв вкуса, и я застыла с широко распахнутыми глазами. Я едва не растеклась в лужицу. Раньше мне доводилось пробовать жареные водоросли, но они и в помине не были так хороши. Что это за специи?
— Штопор? — позвал Артуро. — У тебя лицо, будто тебе ногу отдавили.
Дрожащими пальцами я взяла еще кусочек.
— Так вкусно!
— Она же питалась крысами последние пару месяцев, — пояснила ФМ. — Вкусовые рецепторы совсем атрофировались.
— ФМ, откуда ты берешь такие слова? — спросила Киммалин. — Ничего подобного я не слышала!
— А сколько я могу съесть?
— Я взяла тебе целую корзинку, — ответила ФМ. — Артуро же платит.
Я нарочито комично начала запихивать водоросли в рот. Но, если честно, мне хотелось съесть как можно больше, пока я не очнулась ото сна, или пока меня отсюда не вышвырнули, или пока что-нибудь не взорвалось.
Брин рассмеялась.
— Она такая агрессивная.
— Ты даже не представляешь, — улыбнулся Артуро. Брин поигрывала локоном его волос.
Скад, я преступно мало знала о товарищах по звену.
— А где Йорген? — спросила я в перерыве между горстями водорослей.
— Он бы все равно не пришел, — ответил Недд. — Слишком важная шишка для нас.
— Вы его даже не звали?
— Неа, — ответил Артуро.
— Разве вы не дружите?
— Дружим, поэтому и знаем, что он бы не пришел, — сказал Недд. — Слушай, а как там старина Кобб? Были какие-нибудь интересные ругательства за последнее время?
— В последнем разговоре Штопор задала ему перцу, — отметила Киммалин.
Я проглотила водоросли, которые были во рту.
— Зря я все это наговорила.
— Мысли, которые не высказываешь, остаются у тебя в голове, — торжественно произнесла Киммалин.
— Ты поймала его на противоречии. — ФМ подняла палец. — Он опирался на идею, которую сам же и отрицал!
Я опустила глаза к корзинке и обнаружила, что та уже пуста. ФМ схватила ее и ушла к стойке — наверное, за следующей. Зашипел фритюр, и от острого, наполнившего зал запаха у меня потекли слюнки. Это ведь не слишком дорого? Хотя какая разница!
Я еще раз пригубила напиток, но он по-прежнему казался слишком сладким. К счастью, ФМ поставила передо мной новую корзинку водорослей, и я налетела на угощение. Специи были просто восхитительными. От их вкуса мой рот словно очнулся после долгого сна.
Ребята предавались воспоминаниям о Рвоте, и в их голосах звучала та же боль, что чувствовала я. Они понимали. В этом я не одинока.
Я обнаружила, что рассказываю о том, что сделали мы с Йоргеном. Они печально выслушали подробности.
— Надо было мне полететь с вами, — сказал Артуро. — Как думаешь, Кобб даст мне подержать ее значок перед тем, как отдаст ее семье?
Он опустил глаза, и Брин погладила его по руке.
— А помните, как мы поспорили, что она съест больше водорослевых котлет за ужином, чем я? — спросил Недд.
— В итоге она оказалась на полу, — с тоской вспомнила ФМ. — Просто валялась по полу и стонала. Всю ночь жаловалась, что котлеты сражаются у нее в желудке.
Остальные рассмеялись, но Артуро сидел, уставившись в стакан. Выглядел он… опустошенным. В том бою он едва не погиб. Оставалось надеяться, что к концу больничного техники восстановят его истребитель.