— Я считаю, что нам нужна диктатура, даже скорее тирания, но не обязательно тирания в виде царя. Но в остальном, у меня расхождений с Дымогаревым не просматривается! — Сказал Владимир.
— Ну-ну! Тирания выскочки! Чем мы тогда будем отличаться от того же «заоб-лачного повелителя клонов»? — С сарказмом проговорил Николай. — Да и империя…, ты ведь прекрасно знаешь, что у императоров друзей не бывает…. На что вы меня толкаете?..
— Друзей не бывает! Зато бывают близкие соратники, которые в нерабочее время могут быть друзьями! — С явственно пробивающимися в его речи нотками юмора не сдавался Владимир.
— Мне кажется, что у венценосной особы нерабочего времени, как правило, не бывает вовсе!.. — Решил спровоцировать Владимира его же смешливостью.
— Да ладно тебе, о формах правления мы еще можем подумать и позже, вроде конституционной монархии и демократической империи, в том числе! Главное — цель у нас благая…
— Вот-вот! Девизы ордена иезуитов: «Цель оправдывает средства! К вящей славе божией!» Знаешь такие?
— Гм! А мне его идея все равно нравится! И в чем-то он прав. На Русь в древности позвали править варяга Рюрика, и ты, получается даже по твоим словам — «не местный» — сам ведь на этом настаиваешь! Так что будешь новым «Рюриком» или просто «Варягом», только не крейсером. Никаких обид от местных, то есть обитателей планеты Земля в нашей реальности. И в то же время свой, ибо происходишь с той же планеты Земля. То есть и «свой» и «варяг» в одном лице. — С некоторой иронией выговорился Владимир. — Так что, вперед! Иначе я в тебе разочаруюсь. Я понимаю, ты ошарашен всем этим, но отвертеться не удастся. Конечно, придется пораскинуть мозгами, как все это осуществить, но ничего другого не остается. Потому я и говорю, что в целях скорейшей адаптации тебе надо будет жить полной жизнью, ибо это просто-напросто твой долг! Вот в этом вопросе первоочередную и самую нужную роль может сыграть только женщина! Ты спроси сам себя, так ли уж тебе безразлична наша Маринка? Если уж совсем… тогда и будешь думать о другом варианте…, но я в этом сильно сомневаюсь! Маринка — особа решительная и все равно своего добьется. Если уж девчонке что в голову втемяшится, ничего оттуда уже не извлечешь, как там говорится — «по всем законам логики, по всем законам психики, а скорее всем законам вопреки»… — Мрачноватая улыбка опять тронула его губы. — Я бы на твоем месте вообще бы не сопротивлялся. Лучшего варианта уж точно не отыщешь! А до твоего возвращения к себе… времени, боюсь, пройдет немало! И расстраивать тебя не хочется, и в тоже время неизвестно, что тебя там будет ждать?… Подумай и об этом тоже! Тело то твое хотя и там, а разум? Личность? Может быть, к тому вре-мени и личность твоя и там уже нужна не будет? Как впрочем, и личность твоего аналога здесь!.. Я хотя вас и не смешиваю, отношение у меня к вам обоим одинаковое, но… с тобой теперешним мы уже дел наворотили намного больше, чем с тем, который был здесь раньше! Так что ты мне стал как-то ближе!.. Еще одна моральная проблема, согласен?
— Да уж! Так можно и сказать:
«Свой среди чужих, чужой среди своих!»
— Это слишком категоричное заявление! Я тебя чужим не считаю! Вот только если ты нас считаешь чужими!?..
— В том-то и дело, что не считаю! Скорее, мое прошлое понемногу отдаляется! — Вздохнул Николай.
— Вот и чудненько! Я сейчас пойду домой, а ты «думай, думай, думай, думай, дума-а-й», — как пелось в одной песенке. И советую больше ничему не удивляться, Ваше Императорское Величество!
— Да пошел ты вместе с величеством! — Только и сумел сказать Николай, не находя другого ответа. Он молча проводил Владимира к двери. Вернувшись в комнату, присел на диван и задумался. Логика в словах Владимира присутствовала и в голове словно при мысленном контакте пронеслось видение, не то выхваченное им самим из потока информации: Марина моется под душем, сквозь прозрачные струи воды видно ее прекрасно сложенное загорелое тело. А возможно и переданное НАВИГАТОРОМ, а возможно и ПОДРУГОЙ Марины, которые, будучи слепками только разума, почти без эмоциональных составляющих своих прототипов-хозяев, могли в недрах своих электронных цепей завязать между собой союз, основанный на чистом разуме, без физиологического влечения полов. Такой союз мог бы быть даже крепче. И теперь уже совместными усилиями решили помочь своим новым хозяевам. Вспомнилась грустная улыбка Марины при расставании. Вспомнилось и его собственное, внезапно возникшее, чувство грусти, когда она уходила. «Как мне быть? — Подумал Николай. — Может быть, Володька прав и мне придется продолжать свою жизнь здесь? Или, скорее, начинать новую жизнь? Какова будет эта жизнь? И каким эхом отзовется в ней произошедшее вторжение?»
КНИГА ВТОРАЯ ЭХО ВТОРЖЕНИЯ
1
Когда вам достался один из талантов,
И с ним вы заметнее лучше других,
В любом иp возможных судьбы вариантов
У вас обязательно будут враги.
Э.Севрус
Вернувшись, домой, Николай почувствовал ужасную усталость, не столько физическую, сколько моральную. Такой усталости «чудо-браслеты» помочь были явно не в состоянии. Похоже, что психологический шок от мысленного поединка с кибернетическим сверхмозгом иной цивилизации, так полностью еще и не прошел. Казалось, голова увеличилась в объеме на порядок и с трудом удерживалась на плечах без помощи, казавшейся по сравнению с нею, неимоверно тонкой шеи. Несмотря на уникальные медицинские способности «изумрудных браслетов», мозгу требовался отдых, и лучшим таким отдыхом сейчас вызывал предпочтение хотя бы трех-четырехчасовой сон, и желательно без сновидений.
После ухода Владимира свой «навороченный» автомат Николай запрятал в шкаф прихожей, расположив его у задней стенки, за массой висевшей так одежды. От противохимического снаряжения он избавился еще в летающей тарелке и знал, что оно, подвергшись утилизации, пошло на пополнение энергоресурсов космического корабля, фактическим владельцем которого Николай стал так неожиданно для самого себя. Про себя он подумал, что пора бы уже придумать для нового приобретения какой-либо один термин, но ничего путного пока в голову не приходило.
А сейчас Николай собирался сменить пропотевшую одежду и принять ванну, если водоснабжение восстановилось. В противном случае хотя бы умыться запасенной еще неделю назад, перед командировкой водой из тазика в ванной комнате. Эта полезная привычка, выработавшаяся из-за частых перебоев с подачей воды, оказалась присущей в равной мере, и самому Николаю и его двойнику, чье место в этом мире он теперь занимал.
Воды в трубах не оказалось, а вот газоснабжение было — газовая конфорка хоть еле-еле, но все же тлела. Почти машинально Николай наполнил чайник водой из тазика и поставил его на огонь. Есть почему-то не хотелось, возможно, сказывалось благотворное влияние «браслетов» — судя по строению тел попавших в плен клонов противника — те совсем не были предназначены для приема пищи и выведения отходов жизнедеятельности из организма. Этот процесс у них, если так можно выразиться, представлял собою замкнутый цикл, внутренний кругооборот организма — самодостаточный самовосстанавливающийся закапсулированный мирок на одного индивидуума. Процесс этот регулировался и поддерживался браслетами, осуществлявшими энергетическую и биохимическую подпитку своего носителя. Получалось, что без браслетов клоны были попросту нежизнеспособны.
Это открытие уже доставило и Николаю и Владимиру неприятные минуты, когда оказалось, что лишенные своих браслетов трое пленников спустя час после захвата просто-напросто умерли в изоляторе, куда их поместил Владимир. С одной стороны для друзей снялась одна из проблем, а именно, что же делать и как с ними поступить в дальнейшем, если бы они оставались в живых. С другой стороны, вопреки логике, друзьям их было жаль — на пленных у них руки не поднимались. Можно было считать, что неясная ситуации разрешилась сама собой, хотя и не совсем без участия Николая и Владимира и, тем не менее, это происшествие оставило на душе неприятный осадок.