Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Ты пригласила меня на днюху девятого, будет кто-то из нашей группы? Лютик, Абоян, Елагин?

— Ну, я еще их не приглашала, хотя подумывала, да.

— Если они будут, я не пойду, извини.

Наташа ускорила шаг. Подстраиваясь под нее, Каролина забежала вперед и спросила:

— Да что такое? Что у вас стряслось?

— Я бы знала. Вообще ни с чего наехали на меня, стали доставать, ничего не объясняя… Слушай… — Наташа резко остановилась. Ты же с ними общаешься?

— Ну… да.

— Можешь выведать, чего они на меня взъелись? Может, и правда я где-то повела себя неправильно и не заметила. Я так могу.

Каролина кивнула, подумала немного и сказала:

— Ладно, я узнаю. И не буду их приглашать, ты для меня важнее. Приходи! И, если есть, приводи парней, а то их получается меньше, а девишник не хотелось бы.

— Кто будет? — спросила Наташа.

— Подруга детства, две подруги-одноклассницы, два приятеля из школы. Из нашей группы две девчонки, они наконец успокоились и приняли меня. Двоюродная сестра, она на два года старше, ее парень с братом-близнецом, сестра-школьница, ей пятнадцать. Две троюродные сестры.

— Ну да, парней мало. А одногруппники?

— Мне они не нравятся, — повела плечами Каролина. — Хотелось бы, чтобы были только приятные люди.

Наташе на ум пришли Игорь и Милый.

— Я попытаюсь привести двоих, один со мной, второй так, кому-нибудь.

Вспомнилось, что Милый, который оправдывал прозвище, зажимался с Янкой, которая далеко не красавица, так что он вполне подойдет на роль общественного парня и кого-нибудь осчастливит.

— А кто они? — сверкнула глазами Каролина.

— Саня Милов с четвертого курса и Игорь… — Наташа поняла, что не знает его фамилии. — Ну, красавчик, высокий такой, русоволосый. С волосами волнистыми.

— Жаков, что ли? Ого, круто. Я хотела с ним познакомиться, но не решалась. А ты че с ними? — она подмигнула.

Наташа вздохнула и призналась.

— Мне Игорь нравится, но он непонятный. То со мной, то не со мной. То прям дышит неровно, то вообще не замечает.

— А вы с ним… ну… Интересно, какой он.

От нее шибануло возбуждением, и Наташа поняла, что Каролина и сама не прочь с Игорем… возлечь.

— Э-э, ты это брось! — воскликнула Наташа.

— Ладно, ладно, твой он, даже смотреть на него не буду, обещаю. Скажи, чтобы еще кого-нибудь взяли, они там все как на подбор, красивый и талантливый курс.

— Хорошо, попытаюсь, но ничего не обещаю. Вдруг они вообще не захотят.

— Ну, Игорек может и не захотеть, — сально улыбнулась Каролина, — его бабы замучили, виснут на нем, только и успевает отбиваться, потому что всех при всем желании не осчастливит, умред от истощения.

— Хватит, — проворчала Наташа и послала эмпатический сигнал, что ей неприятен разговор об Игоре в таком ключе.

— Только не влюбляйся в него, — предупредила Каролина. — Для него женщины — расходный материал, причем который сам в постель прыгает, причем назойливый.

Вспомнился его взгляд, поцелуи, объятия… нет, не похоже, он был искренне увлечен. Но как же слова Каролины напоминают правду!

До станции метро дошли молча, только, спускаясь по ступенькам, Наташа спросила:

— А как у тебя с одногруппниками? Наладилось?

Каролина пожала плечами.

— Вроде. Они считали меня блатной, косились. Отвечали односложно, потом привыкли, сейчас общаются, но я бы лучше к Воеводиной пошла.

— Зато у меня все весело, — вздохнула Наташа. — И ведь не поймешь почему!

— Я выясню, честно! — пообещала Каролина, сжав Наташины руки.

До ее дня рождения оставалось почти две недели. Нужно побыстрее поговорить с Игорем, пригласить его. А вдруг он и правда откажется, найдет более важные дела? Он-то взрослый уже совсем… Надо будет спросить, сколько ему. Вдруг Игорь уже перерос молодежные тусовки? Перспектива идти на вечеринку с Милым не прельщала совершенно, и Наташа решила, если Игорь откажется, она пригласит Антона, но без стремных Витька и Сереги.

* * *

Во вторник Наташа впервые в жизни не хотела идти в институт. Ей не нравился Толик-Голик и его творческая неврастения, не нравились засевшие в печени танцы, примитивные до безобразия движения приходилось отрабатывать по три часа, собирая в связки, такие же примитивные. Даже грузный Абоян научился двигаться пластично, но Гинзбург все равно путалась.

Одногруппники нравились Наташе меньше всего. Особенно Саматов и Фехметка, в меньшей степени — те, кто заглядывал им в рот. Даже если они отстанут, нормально относиться к ним Наташа не сможет.

Наташа надела свою старую куртку и потащилась в институт, гадая, что ее там ждет. Была вероятность, что день пройдет спокойно, но Наташа готовилась к худшему. Ноги сами замедлились, когда подошла к институту, куда она раньше летела.

Однако в этот раз обошлось. Как она и просила одногруппников, никто не обращал на нее внимания. Сначала Наташа этому обрадовалась, но оказалось, что постоянно ловить презрительные взгляды, замечать стихающие шепотки настолько неприятно, что лучше в туалете постоять, пока Саматов и компания пройдут, и только потом вылезать оттуда. Она никогда не думала, что будет прятаться от обидчиков, как забитая лохушка, а оказалось проще простого загнать человека под плинтус.

Зато у Толика-Голика был Абоян, Лютиков и она, Саматов в постановке не участвовал. Наташа не представляла, как взаимодействовала бы с ним на сцене, когда его хочется убить. Но Денис и Саня тоже были к ней неравнодушны и излучали жуткую смесь презрения и похоти, то и дело она ловила на себе сальные взгляды. Если бы соблазнила кого-то из них, они встали бы на ее защиту. Раньше Наташа думала, что травят стремных и тупых, но оказалось, что под раздачу может попасть кто угодно. Мало того, проще всего взрастить ненависть на неравнодушии.

Или можно сыграть на их чувствах? И Наташа сыграла, заговорила с Саней и Деном, они с радостью откликались и аж расцвели, и в метро шли все вместе, будто ничего не случилось, а Ден поехал с ней, сказав, что ему надо на конечную синей ветки. Но Наташа чувствовала ложь, ему просто нравилось быть рядом, и она щедро осыпала его комплиментами, излучала благодарность и тепло.

Ну, Дениска, неужели ты сможешь это променять на запугивания Саматова?

Смог. В среду он делал вид, что Наташи нет, как и все, хотя украдкой ел ее глазами.

В четверг истеричный Толик наконец определился с концептом, и начались нормальные репетиции. Наташа не просто играла, она проживала роль, добавив в образ взбалмошной особы эротизм, который заставлял Ломова, то есть Абояна, цепенеть и тупить по-настоящему, а Чубукова-Лютикова — по-настоящему злиться.

Толик-Голик искал, к чему прицепиться, и не находил, и на его лице растекалось блаженство, так ему нравилась игра.

В пятницу на Наташу одногруппники еще поглядывали искоса, но она чувствовала, что если Саматов опять схватит за горло, есть шанс, что Абоян бросится ее защищать, вон как смотрит, как голодный на десерт, репетиции дождаться не может. О том, что будет, когда Ден получит от ворот поворот, Наташа старалась не думать, ей нужна была хоть какая-то защита, и она считала, что безобидный флирт не обязывает к продолжению банкета. Гинзбург и Людочка изначально в травле не участвовали, а сейчас даже парой слов с Наташей обмолвились, пока Саматов и Фехметка не видели. Воеводина тоже вроде подобрела, так что жизнь постепенно налаживалась.

Поскольку перемены у разных театральных мастерских были в разное время, пересечься с Игорем не получалось, а очень хотелось пригласить его на вечеринку в следующую субботу. Ходить и искать его Наташа не собиралась, все должно произойти будто бы случайно, Наташа решила отзеркаливать его поведение, а не виснуть на нем.

Ну ничего, в пятницу, сразу после генерального прогона на сцене, она пойдет петь в ресторан и поговорит с Игорем. Если не в пятницу, так в субботу он точно будет.

С Каролиной Наташа тоже не встречалась и никак не могла узнать, за что же ее возненавидели одногруппники, а напрямую спрашивать у Абояна не рисковала, чтобы его не спугнуть, ведь он старательно делал вид, что, как и все, ее игнорирует и не любит.

52
{"b":"982863","o":1}