Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

У Линь Шуана от голодного спазма даже меч на коленях тихонько звякнул.

— Угощайтесь, господа бойцы, — радушно улыбнулся Цзян Ли, выставляя на общий стол большую деревянную миску с горячими, лоснящимися золотистым маслом слоеными лепешками с репой.

— Стресс перед турниром — главный враг циркуляции ци в меридианах. А наша слоеная лепешка с репой гармонизирует внутреннее пламя и прочищает чакры лучше любого столичного трактата.

Первым не выдержал кузнец Те Бусы. Богатырь сгреб сразу три слоеные лепешки, смачно откусил половину и блаженно зажмурился:

— Ох, матушка-земля... Вот это сила! Хрустит, тает, а внутри сок такой ядреный, что аж в затылке искры пляшут! Дань Хэ, бросай свои горькие пилюли, налегай на выпечку!

Старый алхимик Дань Хэ придирчиво понюхал румяную лепешку, откусил кусочек и замер с открытым ртом:

— Невероятно... Идеальный алхимический баланс Инь и Ян! Корнеплод гармонизирует ци селезенки, чесночные стрелки разгоняют застой крови, а грибная эссенция укрепляет духовное море! Юноша, ты прирожденный мастер тигля, просто маскируешься под повара!

Даже холодная Му Цинсюэ, поколебавшись под взглядами подруг, изящно взяла одну лепешку двумя пальчиками, осторожно надкусила — и ее прекрасные глаза распахнулись от искреннего изумления. По бледным щекам снежной девы разлился нежный румянец, а по телу прокатилась теплая, ласковая волна концентрированной духовной энергии.

Через четверть часа от ледяной надменности элитных учеников не осталось и следа. Мечники Внутреннего двора наперебой тянули руки к казану, макая сушеные репные чипсы в чесночный соус и с набитыми ртами нахваливая кулинарный гений Малыша Гуппи. Даже угрюмый Линь Шуан, не удержавшись, втихаря умял две миски горячего супа и теперь с блаженным вздохом сидел в углу, разминая внезапно потяжелевшие от прилива чистейшей янской силы кулаки.

И именно в этот идиллический момент тишину вечернего неба разорвал пронзительный вой судовой сирены!

У-У-У-У-У-Х! У-У-У-У-У-Х!

Корпус стометрового ковчега со скрежетом содрогнулся! Посуда на столах заплясала, медный казан на печи подпрыгнул, а за иллюминаторами сгустилась зловещая серая мгла.

— Тревога! — прогремел с капитанского мостика голос Юнь Чжэня.

— Входим в зону Черного Ущелья! Стая Железноклювых Грифов ранга Возведения Основания!

Старейшины и ученики вихрем выскочили на открытую палубу.

Картина, открывшаяся их взорам, заставила похолодеть даже опытных бойцов.

Из грозовых туч, окружавших ковчег со всех сторон, с яростным клекотом выныривала колоссальная стая гигантских пернатых хищников. Размах крыльев каждого грифа достигал трех саженей, их перья отливали вороненой сталью, а метровые загнутые клювы сверкали леденящим синим блеском концентрированной морозной ци.

Хищников было не меньше трех сотен!

БАМ! ДЗЫНЬ! ТРЕ-ЕСК!

Десятки стальных клювов с пушечным грохотом обрушились на защитный лазурный купол ковчега! Силовой барьер пошел глубокими трещинами, рунические кристаллы в мачтах начали перегреваться, сыпля снопами искр.

— Мечники, в строй! — взревел Линь Шуан, взмывая в воздух на волне ци.

— Ледяной Ветер! Защитить паруса!

Линь Шуан и Му Цинсюэ синхронно обрушили на стаю ледяные вихри и веера мечевых лучей, сбив десяток птиц, но пернатые чудовища брали числом. Стая с яростным визгом пикировала на трещащий купол, а вожак стаи — исполинский четырехметровый черный гриф — уже занес свой клюв над главным руническим парусом! Еще пара секунд — и барьер разлетится вдребезги!

Цзян Ли, стоявший у фальшборта и спокойно наблюдавший за воздушным боем сквозь темные очки, повернулся к приказчику:

— Тля, неси наш секретный деликатес. Пора угостить пернатых провинциальным чесночным компостом.

Сяо Чун с диким восторгом подкатил небольшой дубовый бочонок с надписью «Особо токсично».

Гу Пи одним движением сбил сургучную печать и выдернул тяжелую дубовую пробку. В нос ударил такой сокрушительный, неописуемый концентрат скунсового чеснока и перебродившей серы, что стоявший неподалеку старший рулевой мгновенно позеленел и судорожно схватился за горло.

Цзян Ли зачерпнул из бочонка большой ковш густой изумрудной пасты, подошел к кормовому раструбу главной духовной печи и с размаху выплеснул варево прямо в пылающее жерло топки!

П-Ф-Ф-Ф-Ш-Ш-Ш-Х-Х-Х!

Топка духовной печи взревела раненым огнедышащим драконом!

Огонь мгновенно испарил концентрат, и из двух громадных бортовых раструбов в небо с оглушительным свистом вырвался колоссальный шлейф едкого, ядовито-зеленого духовного дыма!

Горный ветер мгновенно подхватил благоухающую тучу и закрутил ее в гигантский пахучий облачный водоворот прямо вокруг стаи атакующих грифов.

Птицы, обладавшие тончайшим обонянием горных хищников, даже не поняли, откуда пришла погибель.

Едва первые микрочастицы скунсового чеснока коснулись их чутких ноздрей, как стая синхронно поперхнулась. Стальные перья на крыльях хищников встали дыбом, глаза птиц выпучились до размера чайных блюдец, и три сотни свирепых воздушных монстров дружно, как по команде, вывернули на лету остатки своего утреннего обеда!

КЛЕ-Е-Е-К-БЛЮ-Э-Э-Э!

Потеряв ориентацию в пространстве от дикой рези в глазах и спазма в легких, обезумевшие грифы начали в панике врезаться друг в друга, складывать крылья и сотнями сыпаться вниз в бездонное ущелье!

Через тридцать секунд в воздухе вокруг ковчега не осталось ни единой птицы. Лишь вдалеке, в тумане, слышался удаляющийся позорный птичий кашель.

На палубе «Лазурного Буревестника» воцарилось глухое молчание.

Линь Шуан завис в воздухе с занесенным мечом, ошалело глядя на абсолютно чистое небо, откуда только что исчезла смертоносная армада.

Кузнец Те Бусы медленно опустил молот, с благоговейным ужасом посмотрел на дымящуюся трубу кормовой печи, а затем на Цзян Ли:

— Мальчик мой... Ты только что... разогнал трехсот элитных хищников третьей ступени поварской приправой?!

Цзян Ли невозмутимо поправил темные очки и облокотился на перила:

— Никакой магии, дядя Те. Исключительно законы природы. Птицы очень чувствительны к фитонцидам. Заодно и вековой нагар с духовых заслонок сняли.

Глава ордена Юнь Чжэнь медленно подошел к юноше, осторожно заглянул в открытый бочонок, судорожно сглотнул подступивший к горлу комок и с глубоким уважением произнес:

— Цзян Ли... На самом турнире умоляю тебя: открывай этот бочонок только в случае крайней государственной необходимости. Я не хочу, чтобы нас дисквалифицировали за нарушение Конвенции о запрете демонического химического оружия!

77
{"b":"982686","o":1}