Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Услышав гул ходовых печей и грохот саламандровых огнеметов, руководство секты лично прибыло покарать наглых столичных пришельцев!

— Кто посмел вторгнуться в воздушное пространство Цанъюнь?! — громовым голосом прорычал Юнь Чжэнь, высвобождая ауру пика Возведения Основания!

Небеса потемнели, и над ковчегами нависла исполинская призрачная сабля из лазурного света, готовая разрубить корабли надвое!

Кузнец Те Бусы с грохотом спрыгнул с меча прямо на палубу застрявшего в компосте ковчега, отчего бронзовый борт прогнулся на полметра:

— Ах вы, столичные трутни! Решили мой любимый огород спалить?! Да я из ваших ковчегов сейчас гвоздей наколю на три поколения вперед!

Старый алхимик Дань Хэ подскочил к чиновнику вплотную, тыча трясущимся пальцем в примятые грядки:

— Ты знаешь, сколько стоит один лист этого священного чеснока, казнокрад несчастный?! Это же уникальный гибрид с врожденной устойчивостью к ядам седьмого порядка! В столице за один корешок алхимики императора душу заложат! Вы своими неотесанными копытами растоптали тридцать священных побегов! Я требую полной компенсации за сорванные научные эксперименты!

Кузнец Те Бусы с грохотом опустил пудовый молот на базальтовую плиту в вершке от сапога Чжу Вэньчана, высекая фонтан искр:

— А термическая усталость горного гранита от твоих дурацких огнеметов?! Кто будет компенсировать износ базальтового фундамента Седьмого Пика?! Десять тысяч камней — это мы с тебя еще по-божески берем, из уважения к твоим сединам! Если через пять минут золото не будет звенеть на этом столе — я лично перекую твой летающий ковчег на сковородки для столовой Внешнего двора!

Сяо Чун тем временем с подобострастной улыбкой уже протягивал чиновнику готовую гербовую расписку:

— Господин инспектор, извольте расписаться вот здесь, на уголке! Оплата принимается как высшими кристаллами, так и золотыми векселями первой столичной гильдии! По протоколу предусмотрена пятипроцентная скидка за мгновенное добровольное раскаяние!

Инспектор Чжу, увидев перед собой взбешенных старейшин и ощутив тяжелое духовное давление главы секты, окончательно потерял остатки чиновничьей спеси и плюхнулся на колени прямо в чесночные перья:

— Глава Юнь! Пощадите! Это ошибка! Ложный донос! Нам доложили о нелегальных плантациях опиума! Мы уже уходим!

Юнь Чжэнь плавно опустился на землю, холодно взглянул на испуганного чиновника, затем перевел взгляд на невозмутимого Цзян Ли, потягивающего персиковый сок, и на великана Гу Пи с плугом под мышкой.

Глава секты мгновенно оценил обстановку, повернулся к инспектору и ледяным тоном произнес:

— Согласно древнему трактату о привилегиях Великих Сект, вооруженное вторжение на территорию ордена карается смертной казнью на месте. Но из уважения к вашему статусу мы проявим милосердие.

Юнь Чжэнь сделал многозначительную паузу:

— Вы немедленно убираетесь с территории Цанъюнь. А за порчу горных сосен, грохот корабельных печей и моральный ущерб ученикам ордена Палата Земледелия выплатит контрибуцию в размере десяти тысяч высших духовных камней. Из них восемь тысяч поступят на счет Торгового Дома Пика Спящего Пепла, а две тысячи — в общую казну секты!

Чжу Вэньчан судорожно сглотнул, покосившись на пудовый молот Те Бусы:

— Десять... десять тысяч?! Но это же весь годовой бюджет выездной инспекции!

Те Бусы выразительно ударил молотом о ладонь, высекая сноп огненных искр:

— Что, мало показалось? Могу добавить сверху пару сотен ударов по хребту, совершенно бесплатно, в рамках культурного обмена со столицей!

— Мы согласны! Всё выплатим! Прямо сейчас отсыпем из судовой казны! — заверещал Чжу Вэньчан, дрожащими руками доставая из рукава ключи от судовых сейфов.

Спустя десять минут помятые, провонявшие чесноком столичные корабли, пыхтя пробитыми духовыми печами и кренясь на один борт, позорно уползали за перевал. В карете позади каравана, вжавшись в угол, трясся Шэнь Е, окончательно осознавший, что в лобовом столкновении с этим безумным агрономом шансов у него нет никаких.

Глава Юнь Чжэнь подошел к Цзян Ли, с искренним уважением похлопал юношу по плечу и весело усмехнулся в бороду:

— Молодец, Цзян Ли. Не посрамил честь ордена. Сумел и огород защитить, и в казну восемь тысяч камней положить. Откуда только у тебя такие семена берутся?

— Служу ордену и нашему земледельческому цеху, глава Юнь, — скромно поклонился юноша.

— А семена... земля заботу любит, вот и благодарит сторицей.

Двор Седьмого Пика огласился дружным гомоном и звоном пиал, празднуя безоговорочную победу над столичными бюрократами под золотым сиянием Хризантемы.

А тем временем на краю южного обрыва, в теплом фиолетовом сиянии гигантской Репы Предка, из темной бездны снова донеслось довольное старческое причмокивание:

— ЧМОК... ЧМОК... М-м-м... Знатно... воришек проучили... А чесночку к супчику... правильно добавили... Душевно... ХР-Р-Р-Р...

Бессмертный Предок на дне ущелья сладко повернулся на другой бок, продолжая спать и набираться сил, а на Пике Спящего Пепла начиналась новая, сытая и абсолютно защищенная эпоха великого процветания!

Глава 29. Бронебойный лоб и скользкий товарищ

После бесславного бегства столичной эскадры и щедрого застолья со старейшинами Ордена Цанъюнь на Пике Спящего Пепла воцарилась сладкая атмосфера финансового и агрономического триумфа.

На массивном дубовом столе в беседке высились три кованых сундука, до краев наполненных холодными, мерцающими высшими и низшими духовными камнями. В теплых лучах заходящего солнца кристаллы переливались лазурным, изумрудным и золотистым блеском, наполняя веранду густым, пьянящим концентратом первозданной природной ци.

Сяо Чун с благоговейным трепетом и горящими глазами прирожденного бухгалтера перебирал костяшки на деревянных счетах. Щелчки неслись непрерывной дробной трелью, а кончик языка старшего приказчика от усердия высунулся наружу:

— Итого, достопочтенный хозяин! Две тысячи пятьсот низших камней получено по экологическому протоколу за утреннюю конницу! Плюс восемь тысяч камней чистой контрибуции, отсуженной главой ордена у Палаты Земледелия за моральный ущерб и порчу сосен! За вычетом расходов на рассол, разбитый глиняный кувшин и сушеные репные корки для капитана чистая прибыль за световой день составила ровно десять тысяч четыреста восемьдесят духовных камней!

Гу Пи, сидевший на крыльце и с аппетитом уплетавший уже шестую миску репного рагу с клецками, восторженно почесал затылок широченной ладонью:

— Ого-го-шеньки... Хозяин, это ж сколько на такие деньжищи можно поросят купить? Да на них можно всю осеннюю ярмарку у подножия горы с потрохами выкупить, вместе с мясными рядами, сушеными карасями и медовыми петушками на палочках!

70
{"b":"982686","o":1}