--
Следом распорядитель объявил особое показательное первенство силы без применения оружия и духовной ци.
На помост, сотрясая помост тяжелыми сапогами, поднялся старший страж Пика Железного Закона — двухметровый здоровяк Хань Ба по прозвищу «Железный Вепрь». Культиватор седьмой ступени Концентрации Ци, он славился тем, что голыми руками мог согнуть железный лом и ударом кулака убивал горного буйвола.
— Пусть выходит этот бездарный рудокоп Гу Пи! Я оторву ему руки и ноги голыми пальцами за позор Пика Закона! — взревел Хань Ба.
Гу Пи вопросительно посмотрел на Цзян Ли.
— Иди, Малыш Гуппи, — спокойно кивнул юноша, отпивая дынный сок. — Только не ломай гостя слишком сильно, помни о человеколюбии. Аккуратно положи на газон за пределами ринга.
Гу Пи послушно кивнул, оставил мотыгу у кресла и легкой рысцой спустился на помост.
Хань Ба при виде великана в простой холщовой рубахе без единой капли духовной энергии злобно оскалился. Желая покрасоваться перед зрителями и показать сокрушительное превосходство Пика Железного Закона, здоровяк демонстративно подошел к краю арены, схватил обеими руками стокилограммовую мраморную тумбу и с диким воплем расколол ее ударом собственного лба!
Осколки мрамора со свистом брызнули во все стороны под оглушительный рев трибун.
— Видал, деревенщина?! — захохотал Хань Ба, потирая неповрежденный лоб. — Моя голова тверже алмаза! Сейчас я вышибу из тебя весь навозный дух!
Его тело раздулось, по венам заструилась тяжелая серая ци техники «Бычьей Мощи Девяти Небес», и с яростным ревом «Железный Вепрь» локомотивом понесся через помост, сконцентрировав всю силу удара в чугунном лбу и пудовых кулаках, нацелив сокрушительный таран прямо в челюсть Гу Пи!
Удар такой силы мог проломить каменную стену крепости.
Но Гу Пи, у которого талант «Тела Пахаря-Титана» был умножен на утренний котел вареной «Каменной Репы», даже не встал в боевую стойку. Он просто стоял посреди помоста, слегка выставив вперед широкую грудь и добродушно моргая.
БА-БАХ!
Воздушная волна от столкновения сдула бумажные флажки с ограждения помоста.
Гу Пи даже брови не нахмурил — его тело поглотило чудовищный импульс так же легко, как стог сена поглощает брошенный камешек.
А вот в плечевых суставах самого Хань Ба раздался сухой, тошнотворный треск. Лоб «Железного Вепря» с глухим звоном отскочил от груди Гу Пи, словно глиняный горшок от чугунной наковальни, в глазах стража заплясали разноцветные круги, а руки безвольно повисли плетьми.
— Э-э?.. — только и успел выдавить выпучивший от дикой боли глаза «Железный Вепрь».
Гу Пи ласково, словно ребенка, взял двухсоткилограммового стража за кожаный пояс одной правой рукой, легко оторвал от земли и поднял над головой на вытянутой руке.
Хань Ба в панике задергал ногами в воздухе:
— Пусти! Пощади! Сдаюсь!
— Хозяин велел не ломать, а аккуратно положить на газон, — басовито прогудел Гу Пи.
Сделав три размеренных шага к краю помоста, богатырь бережно, будто мешок с отборным картофелем, опустил парализованного стража в мягкую траву за пределами ринга и заботливо подоткнул ему под голову оторванный рукав:
— Вы, братец, в следующий раз так резко не бегайте, а то у вас связки на плечах совсем жиденькие. Кушайте репку по утрам.
Старейшина Мо Ган на Северной Трибуне от неожиданности выронил спелое яблоко, которое с глухим стуком покатилось под ноги судьям. Глава секты Юнь Чжэнь замер с открытым ртом, поперхнулся пустырником, а струйка чая из фарфорового носика пролилась прямо на белоснежные шелковые колени его парадного халата:
— Поднял бойца седьмой ступени одной рукой без единой крупицы ци?! — ошеломленно прошептал глава секты. — Смял технику «Бычьей Мощи» как мокрую бумагу?! Это что за первобытный титан такой?!
— Никакое не чудовище, почтенный глава Юнь, — со скромным поклоном пояснил Цзян Ли, невозмутимо отщипывая виноградину. — Обычный шестнадцатилетний деревенский сирота. Трудолюбивый парень, режим соблюдает, кашу из «Каменной Репы» по утрам кушает. Здоровое питание, свежий воздух — вот и результат. Мы же вам говорили: земля силу дает!
Старейшина кузнецов Те Бусы при этих словах восторженно грохнул пудовым кулаком по подлокотнику кресла:
— Вот это хватка! Вот это пахарь! Никаких бабских пилюль, чистое мясо и жилы! Глава Юнь, отдайте парня мне в кузницу, он у меня пятипудовым молотом одной левой махать будет!
— Не отдам, — отрезал Цзян Ли. — У Гуппи пятилетний контракт на прополку репы подписан. Сами молотом машите.
В этот момент Ло Юнь в углу ложи с сияющей улыбкой поставил в гроссбухе жирную золотую печать: ставка Цзян Ли на Гу Пи под коэффициент один к двадцати сработала в полном объеме, принеся еще четыре тысячи духовных камней!
--
Но настоящий хаос начался, когда на арене стартовали поединки Внутреннего двора.
К изумлению старейшин и зрителей, сразу четверо старших учеников разных пиков вышли на поединки в наглухо надвинутых на глаза широкополых бамбуковых шляпах.
А когда по команде судьи они сбросили шляпы перед боем, трибуны в благоговейном ужасе ахнули:
На головах у всех четверых красовались гигантские, абсолютно круглые полуметровые одуванчики из вставших дыбом волос, яростно искрившихся голубыми молниями!
— Что это за демоническая формация на голове у брата Суна?! — в ужасе закричал его противник.
Их соперники даже среагировать не успели: «одуванчиковые» ученики под баффом скорости «Громового Персика» носились по арене размытыми молниевыми росчерками, двигаясь на сорок процентов быстрее обычного! А стоило противникам приблизиться для рукопашного захвата, как из причесок-одуванчиков с треском вылетали снопы статических искр, парализуя врагов током и заставляя их пищать на ультразвуке:
— Пи-пи-пи! Сдайся, брат Лю! Я теперь быстрее горного ветра!
— Пи-пи-пи! Сам сдайся, почему ты дерешься током и пищишь как мышь?!
Су Мяомяо на трибуне прижала ладонь ко рту, изо всех сил сдерживая истерический хохот, а старейшина Дань Хэ под вуалью лишь судорожно сложил пальцы в защитную мудру и возвел очи к алхимическим небесам.
Апофеозом турнира стал выход первого гения секты — Линь Шуана.
Белоснежный красавец в ослепительном ханьфу легко спланировал в центр помоста, словно пушинка. Его ледяное лицо выражало абсолютное отрешение от мирской суеты.
Против него вышел лучший мечник Пика Лазурного Облака.