Братья Уильяма, люди весьма влиятельные и вращавшиеся в высоких кругах, не использовали фамилию Хатчинс. В 30-х гг. XVI в., когда Уильям Тиндел вел бурную полемику со своим соотечественником гуманистом Томасом Мором; последний, всякий раз желая унизить реформатора, называл его Хатчинсом вместо основной фамилии[89]. В последнее время появляются утверждения, что Тинделы и Хатчинсы — это две абсолютно разные семьи. В ранних метрических книгах одинаково часто встречаются обе фамилии. По мнению Э. Тротмана, Хатчинсы — типичная сомерсетская фамилия, которая в XV в. возникает и в Глостершире. Мать же Уильяма Тиндела, согласно сведениям, собранным этим исследователем, могла происходить из семьи Тротманов[90].
Сам реформатор в своих ранних трактатах: «Притча о нечестивой Маммоне» и «Послушание христианина…» писал в предисловиях: «Уильям Тиндел, иначе называемый Хатчинс, к читателю»[91]. Как бы то ни было, фамилия Хатчинс, начиная с 30-х гг. XVI в., исчезает из употребления, уступая место фамилии Тиндел. Каждый из исторических вариантов фамилии этого семейства подавался в бумагах в свое время по-разному. Поскольку многие сочинения традиционно писались на латинском языке, где употребление буквы у не приветствовалось, латинизированная форма фамилии имела вид Tindalus, а английская — Tindale (до стабилизации орфографии буквы i и у в английском тексте были взаимозаменяемыми), второй слог фамилии писали по-разному: dal, dall, dale, dol. Интересные факты по поводу происхождения фамилии Тинделов дает Б. Марсден. Исследователь воспроизводит ее как Tynedale и отмечает, что она возникла от названия Тайнской долины (Tyne valley) в Нортумберленде, что на севере Англии[92]. Первая часть фамилии Тупе, которая до сих пор встречается здесь, соответствует также названию реки Тайн. Возможно, местные клерки, регистрировавшие записи в метрических книгах, потеряли одну букву е, что было привычным явлением в те времена. По поводу написания Tyndale или Tindale у автора также имеются иные соображения. Как считает Б. Марсден, дело здесь не столько во взаимозаменяемости букв, сколько в принципиально разных значениях этих слов. Первое (Tyndale), как уже отмечено выше, соответствует названию реки, а второе (Tindale) — названию деревни, которая находилась в графстве Камберленд[93], что рядом с границами Нортумберленда и Дарема. Таким образом, по версии исследователя, Tindale и Tyndale — это две разные семьи, причем вторые прибыли в Глостершир гораздо позднее, чем первые[94].
Однако, как представляется, сам реформатор больше предпочитал орфографию Tyndale, которая ныне считается основной[95]. Брат Уильяма, Эдуард, подписывался так же[96]. В духе того времени, фамилия Хатчинс также писалась полудюжиной различных способов: Hutchins, Hychyns, Hochyns, Hewchyns и прочие[97]. В трактатах реформатора использован вариант Hitchins[98], а в реестрах Оксфордского университета о получении им степеней бакалавра и магистра — Ну hins[99].
Сведений о детстве Уильяма Тиндела практически не сохранилось. К сожалению, сам реформатор был очень сдержан в высказываниях о личной жизни и не оставил воспоминаний ни о своих родителях, ни о братьях. Но даже при недостатке документов, восстанавливая факты биографии по косвенным данным, мы все же можем сказать, как примерно проходило детство будущего реформатора. Прежде всего, необходимо отклонить домысел о том, что Тиндел якобы происходил из бедноты. Обилие некоторых деталей не дает оснований для скептического отношения к подобному выводу. Земли в округе, где жил Уильям, были плодородные, там имелось множество молочных ферм, и к 1522 г. семейство Тинделов считалось весьма зажиточным[100]. Ребенок рос в той части Глостершира, где процветало сельское хозяйство, активно шла торговля шерстью и тканями, устраивались ярмарки. Вплоть до 1840-х гг. сукноделие приносило королевству большие доходы[101]. Не случайно брат Уильяма Джон занимался именно торговлей сукном. Забегая вперед, следует отметить, что, когда Тиндел пожелает отправиться в Лондон, он заручится поддержкой торговца сукном Хэмфри Монмута, и в последующем, будучи на континенте, не преминет использовать устоявшиеся маршруты торговцев тканями, дабы с ними распространять свои сочинения в столице королевства, ввозя их контрабандой в тюках ткани. Долина реки Северн была и главным регионом движения лоллардов, а поэма Уильяма Ленгланда «Видение Петра пахаря» была распространена в этих местах еще в начале XV-ro столетия. Многие работники тогдашних ткацких мануфактур были духовно и организационно связаны с сектами лоллардов[102]. Ко времени Тиндела еретики маскировались под разносчиков и перекупщиков тканей, «неся Слово Божие» из деревни в деревню по территории Эссекса и Кента[103]. Исходя из этого, можно не сомневаться в том, что само окружение повлияло на формирование мировоззрения будущего реформатора.
Начальное образование Тиндел получил в Воттоне-под-Эджем (Wotton-under-Edge), находящимся в четырех милях юго-западнее Стинчкомба. Там имелась грамматическая школа, основанная в 1384 г. вдовой маркиза Беркли (Berkeley)[104]. Э. Тротман упоминает о связях, хотя и не кровнородственных, семьи Тинделов с семейством Беркли[105]. Обучение в школе было бесплатным, т. к. учебные заведения в Беркли и Дарели находились на попечении католической церкви, однако профессионализм учителей, работающих в этих округах, был невысок[106]. Сельская ребятня могла получить в грамматической школе такого уровня элементарные навыки письма и счета, освоить начальный курс латинского языка, а в дальнейшем, любой подросток мог получить образование у приходского священника частным образом[107]. Уильям рос достаточно любознательным и умным мальчуганом, о чем свидетельствует следующий эпизод: в трактате «Послушание христианина и как христианские власти должны управлять», говоря о необходимости перевода Священного Писания на английский язык, он вспоминает такой случай из детства:
«Моя память подводит меня, поскольку я забыл, что читал, когда был ребенком, но помню, как в английской хронике написано, что король Этельстан заставил прелатов перевести Писание на английский язык»[108].
Тиндел не очень точен, ведь здесь, очевидно, речь идет об англо-саксонском короле Альфреде (871–899/901), в период правления которого были переведены некоторые книги Библии[109], а не Этельстане (924–939), однако, это косвенно свидетельствует о том, что в детстве Уильям очень любил читать и интересовался историей своей страны. Трудно сказать, какой конкретно возраст имел в виду Тиндел, называя себя ребенком, ведь из цитаты следует, что он к тому времени уже овладел латынью и мог самостоятельно читать исторические хроники. Местные традиции наложили отпечаток на стиль речи будущего публициста, в дальнейшем использование пословиц и поговорок будет постоянной чертой его полемической прозы, а также переводов на вернакуляр текстов из Священного Писания.
