Издатели сблизились с Георгом Джоем и попросили его о том, чтобы он исправил ошибки в английском переводе Нового Завета. Джой согласился с необходимостью исправления, при этом зная, что Тиндел сам намеревался заняться пересмотром перевода. В начале 1534 г. издатели выпустили еще около двух тысяч экземпляров формата ин-октаво, и вскоре весь тираж был продан. На сей раз текст имел еще больше неточностей, чем прежде. Все это время Тиндел, по словам Джоя, бездействовал[638]. Издатели убедили Джоя в том, что они не будут продавать книги, прежде чем Тиндел не проверит исправленный труд. Типографы решили продать две тысячи экземпляров самостоятельно и две тысячи — по согласованию с реформатором, первую партию — подешевле, вторую — подороже. Джой долго сомневался, корректно ли будет вторгаться в работу того, с кем он длительное время был связан дружескими отношениями. Наконец, цена была согласована, и тинделовский Новый Завет напечатан. Имя Джоя не упоминается в предисловии к книге, но отмечается, что текст «старательно исправлен»[639]. В этой редакции не имеется маргиналий, но есть календарь, таблицы к Посланиям и Евангелиям. Пересмотренный Джоем Новый Завет Тиндела был издан вдовой Кристофера ван Эндховена[640]. Джой внес ряд поправок в текст, сравнив его с латинской Вульгатой, поскольку он не являлся знатоком древнегреческого языка. Мероприятие Джоя вызвало сильное негодование Тиндела и оскорбило его до такой степени, что в предисловии к Новому Завету 1534 г. реформатор обрушил на Джоя весь свой гнев:
«Вы понимаете, дорогой читатель, когда я был готов пересмотреть Новый Завет, сравнить его с греческим и исправить то, что я счел неправильным, Георг Джой в тайне от меня решил сделать то же самое, опередив меня. Он изменил очень многое, и его так называемый перевод был напечатан большим тиражом прежде моего. Джой оказался нечестным человеком, он знал, что я работал над исправлением перевода, но тщеславие и жадность движили им. Я был изумлен, когда увидел так много измененных мест, какая же гордыня овладела этим человеком, чтобы называть эти изменения прилежным исправлением. Он делает поправки повсюду: в Евангелиях от Матфея, Марка, Луки, Деяниях апостолов, Посланиях Иоанна и Послании Павла к Евреям. Если мой перевод является неправильным в этих местах, то он является неправильным и у Святого Иеронима, а также у всех других переводчиков, о которых я слышал. Я бросаю вызов Георгу Джою, он не поставил свое имя под тем, что мы называем собственным переводом. Незаконно и безнравственно брать перевод другого человека, делать замены и называть это исправлением. Если кто-нибудь найдет у меня ошибки, пусть опровергнет их открыто, и обещаю, что если я буду чувствовать, что он прав, я признаю свое невежество открыто. Поэтому я прошу Георга Джоя и всех других переводить самим с греческого, латинского или еврейского, а не брать мой перевод, изменять и издавать чужую работу под собственным именем! Я возражаю против такой манеры вообще, тем более, что пересмотр был сделан без моего одобрения и участия»[641].
Недовольство Тиндела вполне понятно и справедливо, ведь помимо того, что пересмотр чужого текста без согласия автора выглядел, по меньшей мере, непорядочно, так еще и перевод Джоя с тинделовской версии содержал множество ошибок. После ссоры двух компаньонов знакомые хотели помирить бывших друзей, однако этого не произошло. 9 января 1535 г. Джой переиздал свою предыдущую версию Нового Завета. В тексте он не сделал изменений, но добавил в конце книги под своим собственным именем переведенные с Вульгаты литургические послания, а также постскриптум с нападением на Тиндела[642]. Второе переиздание Джоем Нового Завета Тиндела показалось реформатору не толко не порядочным, но и вызывающим поступком.
В начале 1535 г. вышел из печати пересмотренный на этот раз уже Уильямом Тинделом Новый Завет. От этого издания сохранилось четыре экземпляра. Практически это повторение предыдущего издания 1534 г., но здесь отсутствует предисловие против Джоя[643]. 27 февраля 1534 г. последний издал свою «Апологию», от которой остался только один экземпляр, он находится в настоящее время в библиотеке Кембриджского университета[644]. В этом сочинении Джой пишет о том, как его хотели помирить с Тинделом, однако последний не пошел на улаживание конфликта[645].
Вернемся теперь к Новому Завету 1534 г. Он был напечатан Мартином де Кейзером, и на этот раз на титульном листе указано полное имя переводчика. Если Вормсское издание 1526 г. содержало только голый текст и короткий эпилог, то в Новом Завете 1534 г. имеются ссылки, примечания, таблицы, послания из Ветхого Завета, общие и отдельные предисловия.
«Здесь вы видите, дорогой читатель, Новый Завет или соглашение, заключенное между нами и Богом через кровь Иисуса Христа. Я просмотрел его (Новый Завет) снова, сравнил с греческим текстом, исправил ошибки. Если кто-либо найдет еще ошибки, то он имеет право исправить их. Если я сочту эти замечания справедливыми, то устраню неточности и вскоре всё отредактирую», — писал Тиндел в общем предисловии к переводу Нового Завета[646].
Каждая книга Нового Завета имеет свое предисловие, за исключением Деяний и Откровения, все они короткие, кроме вводной части к Посланию апостола Павла к Римлянам, текст сопровождается краткими маргиналиями. Практически во всех прологах к книгам Нового Завета Тиндел говорит о соглашении (covenant), заключенном между Богом и людьми через кровь Иисуса Христа. Реформатор попытался соединить христианскую веру и закон Божий как две наиболее важные ипостаси в спасении человека:
«Две вещи необходимы для христианина: первая — неизменная вера во Всемогущего Бога, который обещал нам милосердие через Христа, а вторая — оставление зла и поворот к Богу, сохранение его законов, постоянная борьба с собою против испорченной природы»[647].
Новинкой этого издания было добавление посланий из Ветхого Завета и апокрифов, которые присутствуют в Солсберийском молитвеннике[648]. Тиндел перевел их с еврейского и древнегреческого источников, а не из латинского молитвенника. Читатель имел теперь все литургические послания и мог пользоваться ими во время церковной службы, такая грамотная подборка религиозных текстов была удобна и для священника. Тиндел выбрал Солсберийский (Сарумский) обряд, т. к. последний наиболее часто использовался в Англии[649]. И все же главная ценность второго издания Нового Завета состоит не во вспомогательных вещах, а непосредственно в тексте. Весь текст тщательнейшим образом был пересмотрен, имеется около четырех тысяч изменений, более всего их в Евангелиях, Деяниях, меньше — в Посланиях. Прежняя грубоватость приглажена, часть предложений перефразирована, исчез ряд устаревших слов. Было сделано много мелких замен для того, чтобы улучшить ритм и синтаксис библейского текста. Тиндел прислушался к некоторым советам, данным ему Томасом Мором. От издания 1534 г. сохранилось около двенадцати экземпляров, этот факт говорит о том, что преследования распространителей и читателей Библии в Англии значительно сократились. Один из экземпляров Нового Завета 1534 г. являлся подарочным и предназначался королеве Англии Анне Болейн[650].
