— С Края, ваше величество. Там быстро учишься. Либо быстро заканчиваешься.

Его величество разглядывал меня ещё пару секунд. Затем в уголках его глаз собрались морщинки.

— Хороший ответ. Дерзкий, но в меру.

Король вернулся к своему прибору, взял с приставного столика тонкую кожаную папку и прошёл обратно. От короля почему-то пахло супом и лекарственными травами.

— Ты хорошо держишься, сборщик. Иные фамильные за этим столом потеют насквозь, а ты ешь мою птицу с таким видом, будто пробовал и получше, — он взвесил папку в руке. — Слабоумный мальчик с Края за полгода дорос до дела, о которое мои дознаватели ломали зубы годами. Шимбот. Десятки тысяч мёртвых, награда размером с крепость, и всё это заканчивается в моём собственном погребе, у ног сборщика подснежников. Такие подвиги, Реймонд, корона привыкла оплачивать. Держи.

Папка легла передо мной на скатерть.

Внутри обнаружился один-единственный лист. Гербовая бумага цвета слоновой кости, водяные знаки, канцелярская вязь и печать с оттиском в четверть ладони. Я прочитал. Потом перечитал, уже медленно, по строке.

«Я, Гораций Флектор, милостью Высот… за выдающиеся заслуги перед короной… Реймонд, сборщик из крепости Деймор… возводится в достоинство фамильного с правом родового герба… и жалуется в вечное владение уделом Вардис, с крепостью Вардис и всеми прилегающими землями…»

Внизу подпись и печать. Число сегодняшнее.

Недоуменно поднял глаза на короля, потом опустил обратно. Строки остались на месте.

Это что, какая-то шутка⁈

Аккуратно закрыл папку и выровнял её по краю скатерти. Руки при этом вели себя прилично, и на том спасибо.

— Благодарю, ваше величество.

— Благодарю, — повторил Гораций Флектор и склонил голову набок. — Вновь скупо. Иные на твоём месте падают в ноги. Особо одарённые в обморок.

— Могу упасть, если положено. Только скажите куда, тут всюду фарфор.

В уголках королевских глаз снова собрались морщинки. Похоже, за этим столом я проходил по разряду придворной диковинки: говорящий сборщик, почти не кусается.

— Так и быть, можешь не биться лбом, — его величество неспешно прошёл на своё место во главе стола и опустился в кресло. — Лучше побереги время. Крепость без хозяина дичает, Реймонд, а твоя дичает уже давно. Выезжай в Вардис как можно скорее.

— Как можно скорее? Зачем?

— Послезавтра на рассвете с восточного поля уходит борт снабжения короны, — вместо ответа просто сказал король, подвигая к себе остывший десерт. — Место на нём тебе найдётся. Бумаги в канцелярии получишь утром. Всё, ступай, фамильный. Отдыхай, пока дают.

Слово «фамильный» он уронил мимоходом, мелочью в карман. А вот ложечка в его пальцах замерла на долю секунды, и глаза поверх десерта смотрели на меня внимательно. Его величество ждал реакции.

Я отвесил поклон из репертуара очень благодарных и очень недалёких людей, забрал папку и пошёл к дверям. Взгляд его величества упирался мне в затылок до самого выхода.

Двери за мной закрылись мягко, без стука.

Так. А теперь можно и подумать.

Целая крепость, с уделом и землями. За подвиг, который официально совершила Валерия Вентор.

Может быть, простой сборщик подснежников действительно подбрасывал бы шапку и орал от восторга. Своя крепость. Свой герб. Вот только у меня имелось совершенно другое мнение на этот счет.

Подарки такого размера бесплатными бывают только в сказках для очень маленьких детей. Причём в конце большинства этих сказок кого-нибудь съедают. А тут ещё и вежливая настойчивость — выезжай скорее, борт на рассвете, место найдётся. Меня отправляли из столицы с такой заботой, что впору проверить, а не подкладывают ли уже дрова в костер, на котором собираются меня сжигать

Плюс резонанс. Думаю, раз Флектор не просто прекрасно осведомлен о моем прошлом, но еще и проверял меня, то подозрений в мою сторону у него хоть отбавляй. И этот неожиданный финт ушами — часть какого-то хитрого плана.

Ладно. Для начала стоило хотя бы выяснить, куда именно меня направили.

Вооружившись телефоном, вошел в сеть и принялся искать Вардис. И делать это пришлось на удивление долго.

Вардисом оказалась крошечная крепость на самом отшибе Нижних земель. И не просто на отшибе — крохотный кусочек земли, ровно на линии, за которой начиналась штриховка. А ею обозначались зоны Бурь.

Помимо этого, крепость значительно выдалась вперед, находясь на приличном удалении от линии остальных граничных поселений. Не удивлюсь, если Эларии там крайне частые гости.

Шикарный подарок короля быстро превращался в головную боль.

Венторов я нашёл в холле перед анфиладой. Точнее, это они меня нашли: Тобиас сорвался с банкетки и понёсся навстречу, сотрясая дворцовый мрамор всеми своими центнерами.

— Наставник! Живой! — ученик затормозил в последний момент и на всякий случай оглядел меня целиком. — Мы уже час тут сидим! Лерка говорит, если король оставляет кого-то одного, это либо очень хорошо, либо очень плохо, а я говорю, что вы выкрутитесь, вы всегда выкручиваетесь, и вот!

— Тоби, — Валерия поднялась с банкетки без спешки, но взгляд её пробежал по мне тем же манером, что и по брату. Целы ли руки, на месте ли голова. — Дай человеку сказать. Ну? Чего хотел король?

Вместо ответа я протянул ей папку.

Валерия открыла, пробежала глазами. Остановилась. Вернулась к началу и прочитала ещё раз, уже медленно, шевеля губами на казённых оборотах. Тобиас сунулся ей через плечо, и по мере чтения лицо ученика проходило все стадии от любопытства до полного счастья.

— Фамильный! — взревел он на весь холл, и где-то в глубине дворца отозвалось эхо. — Наставник, вы фамильный! С гербом! С крепостью! Я же говорил, что вы выкрутитесь!

— Тише ты, — Валерия закрыла папку и посмотрела на меня со странным выражением. — Поздравляю, сборщик. То есть… — она запнулась. Валерия Вентор впервые на моей памяти подбирала слова. — Господин Рей.

— Не надо, — махнул я рукой. — У тебя «сборщик» выходит душевнее. Считай, привык.

— Хорошо, сборщик, — согласилась Валерия подозрительно легко и постучала пальцем по папке. — Только что за Вардис? Первый раз слышу.

— Немудрено, — я забрал папку. — Он на самом краю королевства.

Тобиас восхищённо выдохнул. Видимо, в его картине мира крепость на краю света шла по разряду приключений. Валерия молчала секунды три, и судя по лицу, приходила к совсем другому выводу.

— Щедро, — с усмешкой произнесла она. — Даже слишком. Отец иногда пересылает мне счета, а считаю я быстро — крепость на краю Бури обходится короне дешевле мешка кристаллов. А вот тому, кто её примет, встанет много дороже.

— Не то слово, — согласился я. — Особенно с учетом того, что я даже не уверен, что меня там ждут.

Повисла какая-то неловкая, слегка удушливая пауза. Я даже начал грузиться, предвещая грядущие проблемы, благо Тобиас неожиданно вовремя сменил тему. Толстяк покосился на сестру и выпалил то, что явно держал в себе весь вечер.

— Наставник, тут такое дело. К нам мама приехала. Сегодня утром, из поместья. Она… ну… она очень хочет с вами познакомиться. Прямо очень. Завтра, на обед. Лерка, ну чего ты на меня так смотришь, она сама велела позвать!

О как. Мама. Ну кто бы сомневался.

— Ладно, — сказал я. — Обед так обед. Всё равно послезавтра улетаю, надо же попрощаться по-людски.

Столичный дом Венторов находился на средней террасе, между особняком со львами у входа и особняком с фонтаном во дворе. Среди таких соседей он держался офицером на балу — без единого украшения. Зато ограда у этого дома, единственного на всей улице, была новее самого дома, а в саду за ней вместо роз росла герань.

Дверь открылась раньше, чем я дотянулся до звонка.

— Наставник Рей! — просияла женщина на пороге. — Наконец-то! Проходите, проходите, у меня как раз первая партия подошла!

Я приготовился увидеть кого угодно. Военную вдову с осанкой шкафа. Строгую даму в фамильных перстнях. Кого угодно, только вот к увиденному жизнь меня всё равно готовила плохо.