Я приезжаю в рестик ко времени, что мы договорились, её, конечно же, ещё нет, пунктуальность не её конёк. Заказываю кофе, аппетита нет. Я пытался вчера звонить Белле, звонок скидывается, отсюда вывод, что меня кинули в ЧС, надо что-то предпринимать, потерять бельчонка я никак не могу, она нужна мне.

— Привет, — бросает небрежно Оксана.

Садится за столик, сложив руки, и смотрит на меня волком.

— Привет, Окси, ничего рассказать не хочешь? — выкатываю с претензией.

— Это, может, ты мне расскажешь? — зеркалит мой тон.

— Мы будем в пинг-понг словесный играть или, может, уже нормально поговорим? Что за показуха? Ты на хер к девчонке приходишь и угрожаешь?!

— Тон сбавь, мы с тобой договаривались быть честными друг перед другом. А ты что? Нашел на стороне молодуху, да ещё свою студентку, а мне лапшу на уши навешал, что за восемь лет любви не случилось!

— То есть ты сделала какие-то выводы и даже со мной не поговорила. Даже если я не захотел говорить про другую, то тебя не должно трогать, с кем я и куда от тебя ухожу, наш брак фикция.

— Фикция?! Да мы трахались с тобой, и секс был реальным, никто из нас за восемь лет не имитировал, для меня этот брак не был фиктивным.

— Окси, я тебе уже все сказал. Ты согласилась со мной, просто я не понимаю, для чего ты цепляешься за этот брак?

Жена опускает глаза, подбородок дрожит, она редко плакала при мне, женщина-кремень, а тут словно броня её полетела. Берет салфетку в руки, сжимает её, из глаз струйками слезы льются.

— Да потому что, осел ты, люблю я тебя! Или ты думаешь, я реально терпела бы тебя все эти годы? Согласилась бы на секс без чувств? У вас, мужиков, все так легко и просто, ты и этой малолетке в уши льешь, только думаешь, она через десять лет с тобой будет? Да она молодого и крепкого себе найдёт, а ты в утиль уйдёшь, стоит ли вообще это все? А я бы родила тебе, и семья бы у нас нормальная была, я могу и за двоих любить, все это время же получалось.

Я капец в ступоре, передо мной словно вообще другой человек сидит, не жена. Не, я, конечно, догадывался, что со стороны Оксаны есть чувства, но я думал, она сильная, гордая женщина, которая, знаете, не будет бегать за мужиком, если на хер не нужна, а получается, и такие ломаются? Я чутка даже разочаровался.

— Стоп, Оксан, остановись. Вот такие истории типа любить за двоих и родить детей, чтоб только мужика удержать, ничем хорошим не кончаются, мы только возненавидим друг друга. И очень прошу тебя, Беллу не трогай, я к тебе отношусь уважительно, но если ты ей что-то сделаешь или опять прибежишь угрожать, разговор будет другим. Развод в любом случае состоится, пойдёшь в отказ, в суде в одностороннем порядке разведут.

Разговор подействовал, вечером Оксана написала, что согласна дать развод. Моё настроение поднялось, и в таком кураже я решил, что надо поговорить с отцом Беллы и все объяснить, чтобы мы больше с ней не скрывались, как маленькие, но я не знал адреса где искать его, и прежде чем поговорить с Вадимом Лапиным, пришлось начать с главного, обратиться к Кириллу Воронцову.

Воронцов вообще классный мужик, мы с ним познакомились на одном из форумов, я только начинал путь в бизнесе, и наши взгляды совпали в плане работы. Кирилл обещал как-нибудь поработать со мной, сделать проект, который вот-вот мы осуществим. Отец мне про него рассказывал, якобы он дела решает принципов девяностых, как его отец, дед, а по ходу общения понял, норм мужик, ему почти жизнь сломали, с любимой женщиной разлучили, женили на другой, она ему родила дочь, и спустя восемнадцать лет он узнал, что любимая его тоже родила ему дочь. Они воссоединились спустя столько лет, а Воронцов отвернулся от всей своей семьи, воспитывал дочку один, сильный мужик, не сдался и построил целую империю и вон какую большую семью создал. Может в бизнесе он и решала из девяностых, но при общении классный дед с чувством юмора.

Я когда приехал к нему лично узнать адрес Лапиных, он меня с ружьём встречал, это не шутка. Думал, я ссыкану и убегу, а я стоял и ждал решения судьбы. В общем, поговорили за жизнь, и про Беллу рассказал, что узнал о внучке спустя почти четыре года, зять его Вадим тупил по жёсткому, я сделал вывод, что не собираюсь ждать волею судьбы, а сам всё в свои руки возьму.

Одно он сказал напоследок, важные слова:

— Не дави на неё, дай время прожить эту боль.

Я не мог думать даже о том, что бельчонку сейчас больно, мне самому хреново от всей ситуации, виноват, но плёнку не отмотать назад.

По дороге, по совету Воронцова, заехал и купил коньяк. Задобрить будущего тестя, уверен, мне там уже место в поле приготовили, но я все испытания готов пройти ради Беллы, главное, чтобы она меня простила и приняла.

Дом Лапиных находится недалеко от Воронцовых, буквально несколько метров. Высокий забор из кирпича, крыша мансардная, двухэтажный дом, скромно, но со вкусом. Сигналю, чтобы открыли ворота, наглею, но всё-таки я, надеюсь, будущий родственник им.

Ворота мне, конечно же, никто не открывает, но вижу, на втором этаже в окне с краю занавеска дёрнулась, и вместе с ней моё сердце. Пять дней я не видел Беллу, не слышал её голоса, не понимаю, как месяц мы прожили в разлуке, пока она была в Таиланде.

Зато буквально через минуту открывается калитка, и оттуда выходит Вадим. По его сверкающим глазам и походке ожидаю удара, выхожу из машины молча. Как и думал, прописывают мне чётко в челюсть, во рту расползается запах металла, сплёвываю и жду ещё удар, не собираюсь защищаться, вдруг из калитки выходит женщина с белыми волосами, как у моей Беллы, и такими же голубыми пронзительными глазами, Монику — мать бельчонка — узнаю сразу.

— Вадим, твою налево! Ты обещал руки не распускать! Здравствуйте, Роман, — краснеет Моника Лапина.

Мужик её прав, зря она переживает. Вообще нет обид.

— Здравствуйте, я приехал поговорить с тобой, — смотрю на тестя, желваки его напряжены, и сам он стоит в боевой позе.

— Заходи, поговорим, — совсем не гостеприимным тоном приглашает меня в свое логово.

Думаю, при жене и мелких он не станет меня убивать, если, конечно, у него не приготовлено для меня место казни вдали от их глаз.

— Ник, аптечку принеси и, — видит в моих руках бутылку, — и закуски сообрази, походу свататься пришли к нам.

Смеюсь про себя, не всё так плохо. Могло быть и хуже, я ждал, что меня обматерят и не впустят на территорию дома.

Тут всё ухоженно, дорожки вычищены от снега, гирлянды висят на крыше и вокруг беседки, куда меня и ведёт Вадим. Она закрытая, видимо, чтобы зимой собираться компаниями, в углу замечаю встроенный мангал, труба у него выходит на улицу, всё продумано до мелочей, большой круглый стол из дерева, почему-то уверен, всё это дело золотых рук Лапина. И всем хозяйством тоже сами занимаются, не могу тут представить чужих людей, например, служанку или садовника, это место исключительно для самых близких людей, и мне повезло оказаться в их числе.

— Ну и зачем приехал? Тебя тут никто не ждал, — берет пачку и выбивает оттуда сигарету, предлагает мне, но я отказываю, так как не любитель никотина.

Ставлю бутылку на стол, отец Беллы давит взглядом, но я выдерживаю.

— Я хочу прояснить всю ситуацию и извиниться, что был нечестен с твоей дочерью. Я не планировал обманывать и сидеть на двух стульях, да, мудак, признаю, но на тот момент я боялся, что она не захочет со мной продолжать общение.

— А что дальше ты собираешься делать?

— Просить прощения.

— Если не простит?

— Сделаю всё, чтобы простила. Буду стоять на коленях сутками, аскезу возьму на всё, что угодно. Словами и делом буду доказывать, что она мне очень нужна.

В этот момент к нам заходит Моника, кладет перед нами тарелку с закусками разными, когда успела? Прошло от силы минут десять. Аптечку ставит передо мной.

— Спасибо.

— Ник, как думаешь, есть шанс у Романа стать нашим зятем? — смеется Вадим.