— Белла, я хочу нашей семье устроить новогодние каникулы. Как насчет того, чтобы уехать в теплые края? — спрашивает папа, когда мы заканчиваем видеозвонок с мамой.

Это, конечно, круто! Мы два раза в год с семьей ездим куда-то, на Мальдивах прописались, это всегда обязательная поездка нашей семьи. В последний раз ездили до рождения близнецов и беременности мамы, в общем, там мама и забеременела, наверно. Потому что вскоре по приезду нас ждал сюрприз. Марго ревела, а я просто ждала, когда исполнится восемнадцать и съеду.

Так вот, в моей жизни произошли некоторые изменения, и я не хочу расставаться с Ромой надолго. Если только познакомить его с моей семьей и пригласить на отдых. Только вот это уже на носу.

— И куда в этот раз? — ковыряя ложкой в десерте, уже не лезет.

— Ты что ли не рада? Чего погрустнела? — папа поднимает моё лицо.

— Рада.

— Оно и видно.

Папа встаёт с места и ставит стул рядом с моим, обнимает меня. Я кладу голову ему на плечо, он поглаживает меня по спине, целует в макушку.

Мне так повезло с родителями, что слов благодарности не хватит высказать. Сейчас я чувствую себя маленькой девчонкой, и я так счастлива, что могу ей побыть.

— Белла, я ведь не глупый, знаю, ты у меня уже взрослая. С восемнадцати лет живёшь одна, если у тебя кто-то появился, ты можешь поделиться со мной. Я не стану тебя ругать.

Меня заливает краской стыда, никогда себе не представляла, что буду делиться чем-то таким с отцом. Может, если бы моим парнем был Демид, все было бы намного проще, но мой парень взрослый мужчина, и я боюсь, что все же папа будет ругаться.

Как он вообще догадался? Запах учуял? Губы опухшие? Или все сразу? Но даже задавать подобные вопросы не стану, мне неловко. Лучше сначала поговорю с мамой.

— Папа, давай к этому разговору вернёмся чуть позже?

— Хорошо, если ты хочешь остаться на каникулах здесь, то просто скажи.

А ещё мои родители самые понимающие!

— Хорошо, папуль, ты самый, самый!

В головном офисе деда я бываю не так часто, как мои родственники. Мы все сидим в одном кабинете, точнее аквариуме, нас с другими работниками разделяет стеклянная стена. Сейчас так модно, но как творческая личность я предпочту отдельный скромный и желательно закрытый уголок. Громов со своей Милой и Воронцовы уже тут, я немного задержалась, вообще хотела пропустить собрание. Я всего лишь дизайнер, от меня толку мало, но дед настоял, а у Ромы важная встреча, и мы сегодня не планировали встречаться.

— Какие люди нас посетили! — кланяется Мот, мой дядя-клоун.

Ему дед готовит кресло генерального, Матвей схватывает все на лету. Единственный наследник Воронцовых, кто пошёл по стопам своего отца. Мама сначала училась на юриста, потом уехала и стала художником-дизайнером, моя тётя Стася адвокат, как и её муж, Аня вроде любит экономику и финансы, но чувствую, что когда Рус позовёт её замуж, Нютик станет хранительницей очага. И вот надежда вся на Мота!

— Уже делаешь пометки в своём блокноте, от кого избавишься при получении должности?

Сажусь в дальний угол, где, в общем-то, моё место.

— Белоснежка, ты будешь работать в этой компании до конца своих дней, так что смирись, — показываю ему язык.

Достаю зеркало и смотрюсь, на улице такой мороз. Тушь замерла, а пока я поднималась на лифте, было ощущение, что размазалась. Отвлекаюсь, на фоне слышится суета, а потом в отражении ловлю знакомый профиль. Из рук падает зеркало, и я поворачиваюсь, чтобы видеть мужчину. Рядом с дедушкой стоит… Азарин. Его взгляд впился в мой, в нем удивление, растерянность?

— Знакомься, мои дети Анна и Матвей, и старшие внуки Саша со своей девушкой Людмилой и Белла, наша гордость. Ну вы знаете своего преподавателя, а теперь он ещё и наш партнёр.

*ММИ (Московский международный институт) вымышленное учебное заведение.

Всё, что говорит дедушка и остальные, для меня превращается в сплошной бубнёж, я не могу вникнуть в суть разговора и только, как болванчик, киваю головой, когда ко мне обращаются. Мне так неловко перед Ромой. Надеюсь, он даст мне всё объяснить, да, я глупо и незрело поступила, но как ещё можно было добиться его внимания?

Азарин сосредоточен, что-то пишет или рисует ручкой на бумаге, иногда наши глаза встречаются. И я не понимаю этот взгляд, он будто пустой, безразличный или это разочарование? Отвожу взгляд первая, мне стыдно, так я сама же своими руками отвернула мужчину своей мечты!

Глаза начинает жечь, не хватало ещё расплакаться при всех. Беру сумку и покидаю кабинет, извиняясь за свое поведение, но я сейчас не в ресурсе что-либо оценивать и слушать. В конце концов, я не отвечаю за что-то важное, пишу дедуле сообщение, что неважно себя чувствую, и уезжаю домой.

Наверно, плохо, что я уехала. Поступила, как маленькая девочка, убегая от проблем, в какие-то моменты очень хочется переложить ответственность на другого.

*****

Время близится к вечеру, а телефон мой молчит, я дома устроила чуть ли не генеральную уборку, а всё из-за чертовых нервов! Не могу спокойно сидеть на одном месте, руки так и чешутся проверить на наличие сообщений. Там висят несколько от Нютика и пропущенный от неё же, но я не хочу появляться нигде онлайн, да, вот так странно и по-детски.

Тщательно прохожусь по поверхности стола на кухне тряпкой, стираю едва видные капли. Всё и так сияет чистотой, а я на какой-то черт не могу остановиться и чуть ли не до мозоли натираю кожу рук.

Я не понимаю, что можно целый день делать и не найти время для девушки, с которой вроде как у вас отношения. Совещание дедушки закончилось через полчаса после моего ухода, Аня так и написала, что Роман Николаевич ушел. Время было одиннадцать сорок пять, сейчас без пяти семь, и я на грани. В ушах играет современная музыка, это чтобы заглушить мысли, и она меня бесит. Снимаю наушники и бросаю тряпку в раковину.

Я не такая сильная, какой кажусь сама себе, черт. Слёзы всё-таки катятся из глаз, я не хочу быть слабой, не хочу быть настолько зависима от мужчины, но процесс запущен.

Иду в ванную, включаю напор холодной воды и брызгаю себе в лицо. Промываю глаза, и вместе с водой смываются слёзы, в таком состоянии я чувствую себя одинокой настолько, что хочется закрыть глаза, открыть и оказаться рядом с родителями. Чтобы мамочка обняла, а папа сказал, какая я у него хорошая и как любят меня. Да, я бы даже сейчас не отказалась поныть Ритке, хотя никогда так не делала.

Выключаю воду, и до моего слуха доносится рингтон мобильника, я его оставила на кухне. Всё во мне замирает на доли секунды, чтобы начать заново процесс только в какой-то нереальной скорости: сердце, пульс, кровь — всё галопом скачет, пока я не беру в руки телефон. Мелодия звонка продолжается, на дисплее номер Азарина. Я рада, что он позвонил, но и страшно ему отвечать, пока звонок не закончился, я отвечаю, прикрыв глаза.

— Да, — голос тихий, в квартире пугающая тишина после музыки в ушах.

— Ты дома? — без приветствия, и голос у него мрачный.

Ничего хорошего, похоже, наши отношения закончатся, так и не успев начаться.

— Дома.

— Выйди, я на том же месте.

— Хорошо.

Он больше ничего не говорит, и я молчу, а потом слышу короткие гудки. Я не дышала, боялась издать лишнего звука, чтобы не прослушать, что он скажет.

Насчёт своего внешнего вида я даже не парилась, вышла в чём была дома, только накинула сверху курточку. Машина Азарина находилась прямо перед моим подъездом, он был сосредоточен и одной рукой держал руль, на секунду зависла, наблюдая за его профилем. Рома сегодня в очках, и в них он безумно сексуален, на голове хаос, видимо, он ещё не смотрелся в зеркало, так и хочется пальчиками зарыться в его волосы и потянуть на себя, чтобы поцеловать. Он поворачивается, и вся магия исчезает вмиг, он зол.

Спускаюсь по лестницам, обхожу «Лексус» и сажусь сразу, принимая закрытую позу. Руки на груди скрещены, ноги вместе, и смотрю прямо, найдя точку опоры для глаз, так легче держать эмоции, а я чуть нестабильна.