— Как вообще дядя Вадим разрешил ей жить у тебя? У него ведь всё под контролем.

— Она заявила, что проконтролирует меня, чтобы я к себе никого не водила. А у папы пунктик по поводу женихов, конечно, он её отпустил, каждый вечер отчёт.

Нюта смеётся, попивая кофе, похоже, ей уже все равно, что он не вкусный. Я тоже допиваю Капучино, наверно, в следующий раз возьму два таких напитка, вдруг ему не зайдёт Американо, а то что мужчины не любят сладкий кофе — клише.

— На твой счёт Вадиму переживать не стоит, а вот Марго да, бедовая.

До моей влюблённости в Романа я особо мальчиками не интересовалась, для меня на первом месте была учеба, а в свободное время я рисовала — это у меня от мамы. Моника Лапина — популярный в кругах дизайнер интерьера, её услугами пользуются все, она работает и со средним классом, и даже с известными людьми. Я тоже мечтаю работать в этой области, иногда помогаю разработать дизайн, папа говорит, что я на все руки мастерица, за что бы ни взялась, я считаю, что в любое дело нужно вкладываться с душой, иначе зачем вообще браться?

В компании Нюры мы сидим ещё две пары, потом она уезжает на работу к отцу, а я домой. Сначала по привычки иду на парковку для студентов, а потом вспоминаю, где оставила машину. Мысли об утренней встречи с Романом приятно греет душу, какой же он все-таки милый, интеллигентный мужчина! Не выгнал, как бы это сделал любой быдло на дороге, уступил даме в ущерб себе.

Моя машинка на месте, и я с удовольствием в неё сажусь. Делаю вдох и на мгновенье улавливаю аромат парфюма Ромы, возможно, у меня просто паранойя, глубже вдыхаю, но всё перебивает запах кожи и пластика, разочарованно дую губы. Показалось.

Включаю климат-контроль, сегодня чуть прохладнее, и выезжаю с места, смотрю на дорогу внимательно, в этом деле я тоже люблю подушнить. Все ПДД я изучила от корки до корки ещё в шестнадцать лет, прежде чем папа меня посадил за руль, чтобы начать учить водить, поэтому за два года практики у нас в поселке, где сейчас живёт моя семья, я, можно сказать, водитель с опытом, и хотите верьте, хотите нет, но за это время ни одной аварийной ситуации не было! А я плюсом и блондинка! Сколько раз водятлы пытались спровоцировать меня на обгоны, сигналили, показывали неприличные жесты, а я спокойно еду, не обращая внимание, потому что когда ты за рулем, отвечаешь за жизнь не только свою, но и окружающих.

И, конечно же, выезжая с отворота на главную дорогу, никак не ожидаю, что сзади на полной скорости поедет машина прямиком в мой зад, реагирую молниеносно и въезжаю в бордюр, по-любому цепляя бампер. С шоком смотрю в лобовое окно, не отпуская руль, и жду столкновение, но лишь слышу резкий звук шин.

После шока во мне бурными красками плескается ярость, такой мощи, что я сама от себя не ожидаю. Мощным толчком раскрываю дверь своего седана.

— Это кто такой рукожопый, кому права в переходе выдали, а мозги на распродаже! — изо рта моего вылетают словечки.

Я почти та самая быдло на дороге, которые вечно норовят меня подрезать. И совсем не ожидаю увидеть “Лексус” в жалких миллиметрах задницы моего “Мерса”, а затем хозяина машины.

Моргаю, как глупая блондинка нарощенными ресничками, ведь на меня синими-пресиними смотрит Роман Николаевич…

— Видимо, там же, где и вам.

Осматривает он масштаб катастрофы. Мне бы успокоиться, что всё обошлось, и посмеяться, вот только что-то сковывает всё внутри, а потом надламывается, и я начинаю плакать. Слёзы ручьём катятся из глаз, закрываю ладонями лицо, чтобы не выглядеть в его глазах плаксой с опухшими веками.

— Эй, ты чего? — обращается ко мне.

В его голосе слышна паника, я сама не могу объяснить своё состояние. Тело потряхивает, меня тянут куда-то, а потом сворачивают в уютный и тёплый кокон. Роман меня обнимает.

— Тише, тише. Испугалась, что ли? Болит где-то?

Ох, Роман Николаевич, сердечко у меня по вам болит! Если бы вы знали, как я страдаю и мечтаю о вас!

Продолжаю ныть, а он гладит по спине, точнее по моей шубке из искусственного меха, естественно.

— Пожалуйста, прекрати плакать. Я не выношу женских слёз.

Дышу глубоко, действительно, что-то я, как кисейная барышня. Мне его соблазнять другими способами надо, а не потопы устраивать из слёз. Уговариваю себя успокоиться, но как же приятно вот так стоять с ним в обнимку и вдыхать аромат его парфюма с нотками бергамота и сандала.

— Глубже дыши, вот так, молодец.

Подбадривает меня, и я делаю, как говорит. Вдыхаю его запах и закрываю глаза от кайфа.

— Простите, пожалуйста, я не видела вас.

Отлепляюсь от мужчины, а то голова кружиться начинает от переизбытка Романа Николаевича.

Я его таким и представляю, самым надёжным мужчиной, и с реакцией у него всё нормально, успел тормознуть, а я отделалась испугом и чуточку повредила машину.

— Вы тоже появились внезапно, ладно, я успел тормознуть, но в следующий раз, пожалуйста, будьте внимательней. Любой другой мог бы хорошенько вас примять, и была бы совсем печальная история.

Мимо нас проезжают машины, кто-то даже сигналит, хоть мы и не мешаем совсем движению. Стоим у обочины, красиво кружа, падает снег, и мы так близко друг к другу.

— За всё время, что я за рулём, это моя первая аварийная ситуация. Наверно, это мне прилетело по карме, что я ваше место утром заняла.

А что, если у судьбы были свои планы на нас, зачем-то же мы сейчас столкнулись? Может, мне так намекают, что зря влезла? Я почему-то совсем не сомневаюсь, что Роман предначертан мне судьбой!

— Да бросьте, я же вам уступил без всяких обид и прочего. Кстати, вас как зовут? Я Роман.

Улыбаюсь ему самой очаровательной улыбкой и надеюсь, что тушь меня не подвела и я не выгляжу после нытья, как панда.

— Белла, — тяну сама ему руку. — Очень приятно.

Вместо того чтобы просто пожать в ответ, он берет и склоняет свои губы к тыльной стороне ладони. Горячие губы касаются кожи, вызывая электрический ток до мурашек, даже волоски от корней приподнялись.

— Взаимно, Белла. Если вы не торопитесь, можем зайти в кафе, заодно я позвоню своему знакомому, у него сеть автосервисов, и быстро решим твою проблему с машиной, у неё покоцан только бампер.

Округляю глаза в панике, так как его знакомым может оказаться мой любимый папочка! Поэтому, благодарно улыбнувшись, даю заднюю, хотя всем сердцем и душой согласна с ним сходить в кафе.

— Спасибо, но я справлюсь. Позвоню брату, он поможет.

Подхожу к машине и смотрю на царапину, жалко, новая ведь, и уже такой косяк. Папа, может, и ничего не скажет, но скорее пожалеет, что купил такой автомобиль, мог, конечно, и “Ладу” или любую китайскую машину подарить, я ему прямо так и сказала, но цитирую: “Моя дочь достойна самого лучшего!”.

— Могу с вами подождать брата, я не тороплюсь.

— Не стоит, всё хорошо. Фиксировать ДТП тоже не будем, камер тут нет.

— Белла, такое чувство, что избавиться от меня хотите, — смеется Роман.

И я таю. Он такой милый, когда улыбается.

— Что вы, нет. Но мне действительно нужно ехать, дома сестра младшая без присмотра, а мне ещё и машину в сервис отогнать придётся.

Сощурил глаза, словно в чем-то меня подозревает. А мне кажется, что у меня лицо, как у рака вареного, я вся горю.

— Хорошо, я тогда не буду задерживать Вас, до свидания, Белла.

Бабочки облепили мои внутренности и устраивают там румбу, он запомнил моё имя!!

— До свидания, Роман!

Чуть не вырвалось Николаевич.

Он уезжает, а я спешу в свою машинку и набираю Саню, но тот не отвечает, видимо, сильно занят своей Милой. Забиваю на брата и звоню Моту, он точно всегда на связи. Отвечает моментально.

— Белоснежка, всё нормально?

— Не совсем, я поцарапала бампер, и мне надо его исправить так, чтоб папа не узнал.

— Пу Пу Пу, — протягивает дядя.

— Что?

— Геолокацию кидай.

— Я стою на выезде с парковки кампуса.