— Старый источник может отдавать небольшое количество тепла. Современная сеть работает с гораздо большей нагрузкой. Нам нужен переходный узел, который не позволит сильному потоку повредить слабый.

— Как на седьмом маяке?

— Похожий принцип, но другая конструкция.

Я нарисовала две линии.

— И еще одна проблема. Старые звонницы использовали механические резонаторы для согласования клапанов. Без них сеть не сможет быстро менять распределение энергии.

Мик задумался.

— То есть колокола нужны не только для сигналов?

— Именно. Их звон задавал механический ритм, по которому синхронизировались старые управляющие устройства.

— А если звонницы не работают?

— Тогда можно управлять клапанами вручную, но потребуется много людей и времени.

Мик посмотрел на рисунок.

— А можно восстановить резонаторы?

— Возможно. Для этого надо исследовать хотя бы один сохранившийся.

Он поднял голову.

— В городе есть старая звонница. Я видел внутри железную коробку возле колокола.

Я вспомнила башню на площади.

— Ту, которая стоит возле ратуши?

— Да.

— Нужно выяснить, сохранились ли там старые соединения.

Мик довольно улыбнулся.

— Значит, я придумал полезное?

— Очень полезное.

Он просиял.

Я вдруг поняла, почему мастер Верн, несмотря на вечное недовольство учениками, продолжал преподавать даже в старости.

Видеть, как другой человек начинает самостоятельно понимать сложную задачу, было настоящим удовольствием.

Мы закончили занятие и составили список вопросов для городского механика.

Но прежде чем я успела убрать приборы, в дверь постучали.

Появился посыльный из канцелярии.

— Госпожа Элден, вам передали письмо.

Я взяла конверт.

На печати стоял знакомый герб.

Торговый дом Вейров.

Мик заметил мое выражение.

— Что-то плохое?

— Пока не знаю.

Я вскрыла письмо.

Внутри находилась короткая записка.

«Нора, предлагаю встретиться сегодня в городской нотариальной конторе. Хочу обсудить решение, которое позволит закрыть наш спор без суда. Герман подготовил документы. Полагаю, предложение будет тебе интересно.

Альдар».

Я прочитала текст дважды.

Потом положила письмо на стол.

— Мик, отнеси, пожалуйста, Ивару результаты сегодняшних занятий. Я ненадолго выйду.

Он кивнул.

— Хорошо.

Я взяла папку с копиями документов.

И направилась в канцелярию.

Альдар ожидал меня в небольшой переговорной комнате при нотариальной конторе.

Он был один.

На столе лежала папка с золотым тиснением, а рядом стоял нетронутый чай.

Увидев меня, он поднялся.

— Спасибо, что пришла.

Я закрыла дверь.

— Ты написал, что хочешь урегулировать спор.

— Именно.

Он указал на кресло.

Я села, но сумку оставила у себя на коленях.

Альдар внимательно посмотрел на меня.

— Ты выглядишь уставшей.

— Работаю много.

— Я слышал.

Он немного помолчал.

— В столице уже обсуждают расследование северных поставок. Это неприятно для всех.

— Особенно для людей, у которых ломаются маяки.

Он поморщился.

— Нора, давай хотя бы сегодня без взаимных упреков.

— Тогда перейдем к документам.

Альдар открыл папку.

— Хорошо.

Он подвинул ко мне несколько листов.

Первый содержал предложение о денежной компенсации.

Сумма оказалась значительной.

Настолько, что я сначала решила, будто ошиблась при чтении.

Двести тысяч крон.

На эти деньги можно было открыть собственную мастерскую, нанять нескольких специалистов и жить без необходимости немедленно искать заказы.

Второй лист представлял собой соглашение о признании моего авторства в отношении некоторых ранних разработок.

Но не всех.

Третий назывался «О взаимном прекращении претензий».

Я начала читать его особенно внимательно.

И вскоре поняла, почему Альдар готов платить столько денег.

В обмен на компенсацию я должна была отказаться от всех дальнейших имущественных требований к торговому дому.

Это само по себе еще можно было обсуждать.

Но ниже находился другой пункт.

Я обязалась не распространять сведения о технических решениях компании, включая результаты независимых проверок, если такие сведения способны причинить ей коммерческий ущерб.

А еще — не участвовать добровольно в разбирательствах, направленных против торгового дома, кроме случаев, когда показания прямо требуются законом.

Я подняла глаза.

— Ты серьезно?

Альдар выглядел спокойным.

— Что тебя смущает?

— Ты предлагаешь мне деньги в обмен на молчание о неисправных маяках.

— Не преувеличивай. Это стандартное соглашение о конфиденциальности.

— Нет. Стандартное соглашение защищает коммерческие секреты. Здесь ты требуешь не сообщать результаты технических проверок, если они могут навредить компании.

— Результаты могут быть истолкованы неправильно.

— Тогда их нужно объяснять, а не скрывать.

Альдар устало вздохнул.

— Нора, послушай. Я не хочу, чтобы ты осталась без средств. Предлагаю тебе действительно хорошую сумму. Ты сможешь начать собственное дело.

Я посмотрела на первый лист.

Двести тысяч крон.

Когда-то подобное предложение показалось бы мне чудом.

Теперь я видела, сколько всего спрятано за красивой цифрой.

— А если я не подпишу?

— Тогда имущественный спор продолжится. И я не могу обещать, что условия следующего предложения будут такими же выгодными.

— Ты все еще считаешь, что можешь купить мое согласие.

Он нахмурился.

— Не называй это так.

— А как?

— Разумный компромисс.

Я положила документы на стол.

— Тогда исключи пункты, ограничивающие мои показания о безопасности маяков. И предоставь оригинал соглашения, которое я якобы подписала два года назад, для независимой экспертизы.

Альдар замолчал.

Я продолжила:

— После этого можно обсуждать компенсацию и права на конкретные разработки.

Он откинулся на спинку кресла.

— Ты понимаешь, что тогда соглашение теряет для компании большую часть смысла?

— Понимаю.

Несколько секунд мы смотрели друг на друга.

Потом Альдар усмехнулся.

— Вот, значит, как.

Я молчала.

— Ты действительно изменилась, Нора.

— Мы уже говорили об этом.

— Раньше ты была гораздо мягче.

— Раньше я тебе доверяла.

Его лицо стало жестче.

— Ты говоришь так, будто я никогда ничего для тебя не делал.

Я почувствовала знакомую усталость.

— Альдар, мы были женаты. Я не собираюсь превращать семь лет в список взаимных услуг.

— Очень удобно.

— Что именно?

— Теперь тебе легко изображать независимую женщину. У тебя появился новый покровитель.

Я медленно подняла глаза.

— О чем ты?

Он пожал плечами.

— Не делай вид, что не понимаешь. В крепости уже обсуждают, насколько внимательно генерал Дорн относится к своей новой мастерице.

Мне стало неприятно.

Не из-за самого упоминания Рейнара.

А потому, что Альдар снова пытался оценивать меня через мужчину, рядом с которым я находилась.

— Генерал заключил со мной рабочий контракт, — ответила я.

— Конечно.

Альдар произнес это с такой интонацией, что мне захотелось немедленно встать.

— Не смей намекать на то, о чем ничего не знаешь.

Он посмотрел на меня внимательнее.

— Значит, все-таки что-то есть.

Я поняла, что дала ему именно ту реакцию, которой он добивался.

Это разозлило еще сильнее.

— Моя личная жизнь больше не касается тебя.

— Нора...

— Как и твоя.

Он замолчал.

Я взяла документы и аккуратно сложила их в папку.

— Я передам предложение Ливии Кэрн. Она подготовит официальный ответ.

— Ты даже не хочешь подумать?

— Уже подумала.

— Двести тысяч крон, Нора.