— Тогда хотелось бы получить решение до того, как я начну работать.

Ивар поднял брови.

— Вы всегда такая строгая?

— Только когда речь идет о моей работе.

Он неожиданно хмыкнул.

— Ладно. Уже лучше.

Ивар встал, отложил журнал и подошел ближе.

— Сразу предупреждаю, госпожа Элден. У нас тут не столичная мастерская с чистыми полами. Люди работают по двенадцать часов, иногда больше. На башнях холодно, детали старые, а подходящих материалов не хватает.

— Я приехала не ради чистых полов.

— Все так говорят.

— Тогда не будем тратить время на разговоры.

Несколько мгновений он смотрел на меня.

Потом протянул руку.

— Ивар Хольм. Главный механик. Прошу прощения за прием. Последние дни у нас идут одна неприятность за другой.

Я пожала его ладонь.

— Нора Элден. Мастер рунных соединений. Надеюсь, у нас получится разобраться.

— Посмотрим.

Он указал на стул.

— Садитесь. Генерал закончит совещание через полчаса. Пока расскажу, что у нас творится.

Я села.

Ивар раскрыл большой план долины.

На нем были отмечены семь маяков, центральный распределительный узел и старые аварийные линии.

— Система работала почти тридцать лет, — начал он. — Не без ремонта, конечно. Но основная схема надежная. Года два назад нам предложили модернизацию. Новые проводники, снижение расходов, увеличение пропускной способности.

— Кто предложил?

Он поднял глаза.

— Торговый дом Вейров.

Я почувствовала, как напряглись плечи.

— Понятно.

— Вы ведь раньше работали там?

— Да.

— Долго?

— Семь лет.

Ивар насупился.

— А теперь?

— Теперь нет.

— Генерал об этом знает?

— Если читал мои документы, должен знать.

Он молча подвинул мне схему.

— Тогда смотрите.

Я наклонилась над бумагой.

По первоначальному проекту каждый маяк работал через три независимых тепловых канала. При перегрузке одного канала два других распределяли нагрузку. Центральный узел регулировал общий баланс, но повреждение отдельной башни не должно было сразу угрожать всей долине.

В новой схеме часть резервных линий оказалась объединена.

Я нахмурилась.

— Кто согласовал это изменение?

— Снабжение утверждает, что оно позволяет уменьшить расход серебра без потери мощности.

— А испытания?

— Есть отчеты.

— При какой температуре проводили проверку?

Ивар помолчал.

— При обычной зимней.

Я подняла на него глаза.

— А в условиях Белой Стужи?

— В отчетах сказано, что расчетная модель подтверждает устойчивость.

— Расчетная модель не заменяет испытания.

Он сердито кивнул.

— Вот и я так говорил.

Я провела пальцем вдоль одной линии.

— Если второй и четвертый маяки одновременно увеличат нагрузку, центральный распределитель начнет компенсировать падение через общий канал. В старой схеме этого не происходило.

— Мы уже видели подобное.

— Когда?

— Три дня назад. После краткого снижения мощности на седьмом маяке перегрелась линия у четвертого.

Я нахмурилась сильнее.

— Почему мне этого не сообщили в письме?

Ивар развел руками.

— Письмо отправляли почти две недели назад. Тогда мы думали, что дело в отдельных деталях.

— А теперь?

Он посмотрел на карту.

— Теперь я боюсь, что дело гораздо хуже.

В коридоре раздались быстрые шаги.

Дверь открылась.

— Ивар, генерал освободился. Просит привести мастера.

Я закрыла журнал.

Судя по лицу старого механика, разговор предстоял непростой.

Кабинет генерала располагался в главном корпусе крепости.

Я поднималась по широким каменным ступеням, стараясь не показывать усталость. После долгой дороги ноги ныли, плечи болели от сумок. Хотелось горячего чая, теплой комнаты и хотя бы часа сна.

Но я сама потребовала сначала обсудить контракт.

Теперь жаловаться было не на что.

Возле дверей стояли двое офицеров. Один из них коротко кивнул Ивару.

Мы вошли.

Первое, что я заметила, — большую карту Северного рубежа на стене. На ней разноцветными метками были обозначены перевалы, дороги, поселения и защитные сооружения. Рядом стоял стол, заваленный отчетами.

Возле окна находился мужчина.

Он был высоким, широкоплечим, с темными волосами, в которых у висков выделялись серебристые пряди. На нем был темный военный мундир без лишних украшений, только с несколькими знаками отличия на воротнике. Лицо казалось суровым. Узкий шрам пересекал кожу возле левой брови.

Когда он повернулся, я увидела светло-серые глаза.

Красивым его назвать было легко.

А вот подойти и заговорить — значительно сложнее.

В нем чувствовалась привычка командовать. Не потому, что он держался надменно или старался произвести впечатление. Скорее потому, что даже в обычном движении не было ни малейшей неуверенности.

Я вспомнила слова Марты о человеке, которого боятся даже при императорском дворе.

Теперь понимала, почему слухи распространялись так быстро.

— Госпожа Вейр? — спросил он.

Голос оказался низким и спокойным.

Я выпрямилась.

— Элден, генерал. Я вернула девичью фамилию.

Его взгляд задержался на мне на мгновение.

— Рейнар Дорн. Командующий Северным рубежом. Присаживайтесь.

Он указал на кресло напротив стола.

Ивар остался стоять рядом.

Генерал открыл папку.

— Я ознакомился с вашими документами. Мастерская при Цеховой палате, обучение у Верна, несколько зарегистрированных разработок. Опыт серьезный.

— Спасибо.

— Однако вы также семь лет работали в торговом доме, поставлявшем оборудование для наших маяков.

— Верно.

— И недавно прекратили брак с его владельцем.

Я почувствовала знакомое неприятное напряжение.

— Вчера.

Генерал поднял взгляд.

— Вчера?

— Да.

В кабинете ненадолго стало тихо.

Ивар кашлянул.

— Я приглашал госпожу Элден еще до того, как...

— Я вижу даты, — перебил генерал, не повышая голоса. — Вопрос не в приглашении. Вопрос в том, насколько независимо она сможет провести проверку.

Я сцепила руки на коленях.

— Вы предполагаете, что я стану защищать бывшего мужа?

— Я предполагаю, что человек, связанный с поставщиком, может иметь интересы, о которых мне неизвестно.

Это было неприятно слышать.

Но в отличие от вчерашнего разговора с Альдаром я не могла назвать вопрос несправедливым.

— У меня действительно есть интерес, — ответила я.

Рейнар чуть приподнял бровь.

— Какой?

— Убедиться, что устройства, созданные по моим расчетам, безопасны. И выяснить, кто изменил первоначальную конструкцию без надлежащей проверки.

Он откинулся на спинку кресла.

— Вы утверждаете, что проект ваш?

— Часть схем разработана мной. Документы об авторстве имеются. Коммерческие права сейчас оспариваются, и я не стану скрывать этого обстоятельства.

— Значит, между вами и владельцем торгового дома существует имущественный спор.

— Да.

— Почему я должен доверять вашим выводам, если они могут повлиять на этот спор?

Я выдержала его взгляд.

— Не должны. Поэтому прошу фиксировать результаты в присутствии вашего главного механика. Все измерения можно повторить. Я не предлагаю вам поверить мне на слово.

Рейнар молчал.

Я продолжила:

— Если хотите, назначьте второго специалиста для проверки моих заключений. Я не возражаю. Но неисправности нужно оценивать по состоянию оборудования, а не по тому, с кем я раньше была замужем.

Ивар едва заметно кивнул.

Генерал закрыл папку.

— Разумно.

Я не сразу поняла, что он согласился.

— Простите?

— Я сказал, что ваши условия разумны. Проверку проведем совместно. До завершения диагностики вы не будете единолично утверждать закупки и изменения системы. Все решения по безопасности останутся за командованием.