Тридцать три раза предупреждал всех ратников и их десятников Коська, чтобы вот при таких атаках мчались к врагу молча. И что? Орали, свистели и шпорами подгоняли лошадей дружинники. Какие тут диверсионные действия с такими шумными товарищами.

Событие четвёртое

Коська цель выбрал давно. Искал командира, ну или как там они у нукеров называются. Сотник? Как-то называл их Демид? Баши? Башибузук? Тьфу. Наоборот. Йезбашы.

В татарском (ордынском) войске сотник назывался «йезбашы» (от тюрк. йез — «сто», баш — «глава»).

Этот примеченный парнем ордынец точно был главнюком. Стоял отдельно от прочих, и конь под ним был хорош, да и ерихонка с бахтерцем говорили о том, что это не нищий пастух. Коська уже прицелился из арбалета, когда эти… с позволения сказать, лучшие вои, заорали во все свои сто глоток. Йезбашы дёрнулся и сбил прицел Коське, пришлось снова целиться. Вжик и стрела улетела. Улетела куда-то в ту степь, так как в тот момент, когда Касьян уже нажал на скобу, ордынец опять дернулся, и на удивление Коськи поскакал не к броду, а навстречу его дружине. Безбашенный. Баш голова? Отсюда слово?

Пришлось от битвы отвлечься на десять секунд, что нужны на перезарядку арбалета. Как бы быстро ты рукоятки не крутил, но арбалет не лук, каждые несколько секунд не выстрелишь. Разогнувшись и вскинув уже заряженный тяжёлый арбалет к плечу, Коська цели не увидел, кто-то из его ратников стрелой успокоил главнюка. Стрелы и сейчас летели в ордынцев. Те последовали примеру своего сотника и ринулись в атаку. При этом, не как в книжках описывают, из лука стреляя на ходу, эти прямо как в фильме «Чапаев», неслись таким неровным клином и саблями махали. Это против копий ростовских ратников и стрел, летящих в них.

Коська выпустил стрелу в общую массу, тут уж не промахнуться, и снял с луки седла заряженную длинноствольную пищаль. Фитиль запалил давно и сейчас просто навёл в сторону ордынцев и потянул за крючок подтягивая фитиль к полке и затравочному отверстию, забитому порохом.

Бабах. Стрелял Коська без опоры и его отдачей, развернуло и посадило бы на задницу, если бы не кусты позади. На них отбросило, ветви спружинили и вернули стрелка в вертикальное положение. Коська повесил дивайс на место и сорвал с седла вторую ручницу, на этот раз короткую. Ясно, что стреляет эта штуковина недалеко. Но сейчас уже достанет. Ордынцы всего-то в тридцати метрах теперь от него.

Бабах. Парень стоял чуть сбоку от несущихся навстречу друг другу отрядов. Картечь хлестанула в массу из людей и коней, и можно не сомневаться, каждый кусочек железа нашёл для себя цель.

Ордынцы падали, стрелы, выпускаемые ростовчанами, тоже цель себе находили. Особенно удачно, если попадали в кого-то едущего впереди, точнее, в его лошадь. Та падала, кувыркалась, и в тесном строю увлекала на землю ещё нескольких товарок. А те ломали шеи или ноги седокам.

Тем не менее, план полетел к чертям. Вместо истребления ордынцев издалека теперь будет рубка с потерями. Ну, первоначально было равенство сил, сейчас после выстрелов из лука и Коськиной стрельбы пусть шесть десятков басурман на сотню ростовчан получилось. Всё одно, будут ненужные потери и главное, что потом придётся драпать, а не захватывать аргамаков, так как вторая сотня нукеров уже переправлялась через Оку. «Когда не следовало кричать Ура», так назывался рассказ о том, как чуть не пленили Наполеона казаки при переправе через Березину при отступлении Французов. Вот! Тот же эффект. Стой на месте и стреляй из лука, выбивая противника, нет, нужно заорать и нестись навстречу врагу. Дети? Или дебилы?

Теперь Касьян снял с луки седла дедовский лук и стал посылать в ордынцев одну стрелу за другой. Лавы конные врезались друг в дружку и естественно, вооруженные копьями ростовчане получили перевес. Жаль копьё в таких схватках вещь одноразовая. Всадил его в басурманина и оставил процентов так на восемьдесят в нём же. Копьё вырывает из рук. Мало кому удаётся сбросить раненого или убитого врага с наконечника и использовать копьё ещё раз. В основном дальше в ход идут мечи у русских и сабли у ордынцев.

Сам Коська стрелять не перестал, если есть возможность уменьшить количество врагов, то почему бы этого не сделать. Парень выпускал стрелу за стрелой, пока они в колчане не кончились. Двадцать калёных отправил. Сколько убил или ранил неизвестно, но что люди падали с лошадей, тут сомнений нет.

Рубилово продолжалось. И с каждой секундой становилось ясно, что нужно срочно уходить в лес. Уже несколько ордынцев преодолели брод и теперь спешат на помощь к своим. А вот к Коське и его ратникам никто не спешил. Да им пока и не нужна была помощь. Первоначальный перевес, плюс копейный удар и вдобавок действия Касьяна создали ощутимое преимущество дружинников. Поганых уже разбили на две части и добивали, практически окружив. Ещё бы минут пять и можно смело говорить о разгроме.

— Чёрт! — Коська схватился за длинную пищаль, — может удастся, бабахнув навстречу второй сотне, их задержать, а то совсем плохо получится.

Некоторые ратники, увлекшись избиением басурман, развернулись спиной к реке. По этой спине и получат скоро саблей со всего замаха. Если и не прорубит такой удар кольчугу, то попади по плечу, ключицу переломит.

Патроны в шёлковый чехольчиках находились в подсумке на поясе. Везде про бумагу в книгах пишут, но либо врут авторы, переписывая друг у друга, либо времена должны быть ближе к Наполеоновским войнам. Бумаги здесь на Руси нет вообще. Может у арабов и есть, возможно за очень дорого китайская попадает в южную Европу, но тут в Залесской орде Коська ещё в продаже на рынке бумаги не видел.

Потому пришлось патрон делать из шёлка самого тонкого, который нашёлся. Кисея, вроде бы, называется. Патронов всего десять. И они стоят как будто из серебра сделаны монолитного. Свинец почти равен серебру по цене, да ещё шелк совсем не дёшев, так это порох даром. А если и его стоимость, как на рынке в Европе, посчитать, то и совсем стрелять желание отпадёт.

Коська выстрелил. Пока далеко не все ордынцы перебрались на левый берег Оки, часть только двигалась к реке, пытаясь пробиться через напуганный громкими выстрелами табун. Аргамаки решили взять сторону русских и бросились на восток вдоль берега реки, перекрыв дорогу практически половине второго отряда.

Выстрел напугал и приближающихся лошадей с погаными. Кони вставали на задние ноги, пытались развернуться. Однако всадники им этого не давали, нахлёстывая лошадок напуганных, по бокам ногайками. Ор, крики, ржание всё смешалось. А вот продвижения вперёд не было.

Парень прочистил шомполом с ёршиком проволочным канал ствола от возможный остатков тлеющего шёлка. Затем сунул в отверстие новый патрон и противоположным концом шомпола утрамбовал его поглубже. Прокол шилом в затравочное отверстие, сыпануть на полку немного пороха из пороховницы и пищаль готова к очередному выстрелу.

Бабах. И ближайший к Коське нукер слетел с коня.

И тут на него наконец обратили внимание, и сразу три богатура развернули коней и плетьми заставили тех скакать к кустам.

— Ещё один выстрел успею, — пробурчал князь Ростовский и схватился за шомпол.

Событие пятое

Не будь тех боёв с немцами и татарами по дороге из Менска в Москву и потом уже в самой Москве и Коська бы запаниковал. Когда на тебя три всадника несутся, чего-то там на пределе возможностей гортани и лёгких крича и размахивая саблями, то самое время броситься убегать, прикрывая голову руками. Вон к тем кустам, там всадник не пройдёт. Но ведь Коська не пацан необстрелянный семнадцатилетний из Залесской Руси или Литвы. И в прошлой жизни пришлось повоевать и в этой уже четыре года воюет.