Глядя в разбегающиеся глаза поникшего ратника, ему ведь сказали, что князь Касьян Иванович от всех болячек избавит за сто ударов сердца, а тут пока ничего не улучшилось, Коська вдруг осенился. Угу, как прояснило. Может и не вдруг, шальная мысля посещала разок, но он её прогнал. В картах Таро синий цвет — это интуиция, спокойствие. Одним словом, чего-то там в голове улучшается.

Событие тридцатое

Коська волновался. Уже с месяц прошло, как он зачерпнул их костерка под пихтой синего пламени в аккумулятор и до сих пор ни одной капельки не истратил. На чём он только не пробовал, нет, ни одного всполоха. Даже лёд летом нашёл в леднике, на нём попробовал. Ничего. Пар тоже попробовал заколдовать, руку только ошпарил. Выходит, что синее пламя к воде точно никакого отношения не имеет. И ни одно растение не откликнулось. Как и глина, камень, металлы.

И вот опять мысль про интуицию и спокойствие в его неспокойную голову залезла. Он ведь на человеке точно не пробовал это пламя. Как-то родилась эта мысль и ускользнула. А вот теперь сидя перед ратником бывшим с косоглазием Коська и боялся, что опять у него не получится, и волновался от того, что не понимал последствия, если получится.

Ратника звали Святослав, а прозвище было у него Ворон. И это не из-за чёрных волос, хотя волосы и чёрные, а должно быть из-за горбатого и длинного носа. Просто шнобель, а не нос. И вот на этот отросток, украшающий бородатую рожу, смотрят два карих глаза. Ворон не просто окосел, а окосел на оба глаза, они теперь скучковались под защиту длинного носа. Смотрится, если что, это не смешно, а немного жутко. По голове Святославу звезданули на поле Куликовом. Он был в дружине того самого Владимира Константиновича, что сейчас непонятно чем занимается в Великом Устюге. Полк правой руки изрядно был погаными побит, едва треть из него выжила. Много было раненых и покалеченных. Ворону ещё повезло. Из дружины с таким зрением он, конечно, выбыл, но мужик был здоровый и его пригрели в Петровском монастыре. Не, в монахи ратник пошёл, нанялся в рыбаки. Ходил на небольшой лодчонке с монасями на озеро Неро, сети ставил, верши. Зимою проруби рубил и сачками рыбу добывал. Так три года и пролетело. Молитвы и даже попытки лекарей монастырских с использованием зелёного пламени толку не дали, собранные в кучку глаза прямо глядеть на злобный мир отказывались.

— Ладно, Святослав, давай помолимся, и попробую я. Ты только не думай, что я всемогущий. И у меня многое не получается. Но как говаривал Торквемада: «Попытка не пытка».

Коська уложил Ворона на лавку длинным, горбатым носом вверх, сел у того за головой и положил руки ему на щёки.

— С богом, — парень переключился на магическое зрение, позволяющее видеть пламя, и пожелал отправить синюю энергию на голову Святослава.

Фух. Огоньки сначала несмело, а потом всё быстрее побежали с пальцев на голову бывшего ратника. Но счастье, как говорится, длилось не долго. Секунд пятнадцать. Коська на радостях считать не принялся. И теперь точное время сказать не мог. Ну, от десяти до двадцати секунд.

— Долго. Если двадцать четыре минуты да на четыре умножить, скажем. Сотня. Сотню кривых?

— Что, княже⁈ — дёрнулся с лавки Ворон.

— Лежи, это так, мысли в слух. Сейчас тебя Егорка ещё зелёной энергией подпитает и пойдёшь. Завтра после заутрени приходи, посмотрим, что получилось. Помогло ли лечение.

Ворон получил от Егора три минуты интенсивной терапии, и они вдвоём ушли, а Касьян свет Иванович задумался.

Теперь чуть яснее стало с синий энергией. Она тоже лекарская. И лечит… Нда, а что она лечит? Повреждения в голове?

— Это проверить нужно. Может глаза тут совершенно ни при чём? Юродивые?

Коська задумался. Нужно две вещи ему срочно проверить, во-первых, найти юродивого и влить в него синюю энергию. А во-вторых, найти не юродивого, а нормального человека и тоже попытаться его синем пламенем облагодетельствовать. Ага, ещё есть и в-третьих, нужно Фому или Егорку или любого другого из хельгов попытаться напитать синей энергией. В смысле, не к Коломне отправить, а влить им в голову. Если — это интуицию развивает, то хельгам она нужнее, чем золоторям или простым ратникам и уж в миллион раз полезнее юродивых, кричащих страшилки у церквей. Тут ещё бы определить, кто на самом деле юродивый, а кто косит под дурочка, чтобы ему милостыни побольше выдавали, а сам просто лодырь и хитрец.

Событие тридцать первое

Для начала князь Касьян Иванович Ростовский обошёл все четыре ростовских монастыря и три церкви, везде делая небольшой вклад, и даже милостыню нищим, калекам и юродивым раздавая. Заодно и посчитал юродивых. Плохо. Всего пятеро. Если, по пусть пятнадцать секунд на одного, то это чуть больше минуты. Двадцатая часть от того, что у него в аккумуляторе копилось.

Утром Касьян еле дождался прихода Святослава Ворона. Даже хотел уже кого за ним в Петровский монастырь отправить. Но сдержался. Пришёл сам косоглазый. Коська усадил бывшего ратника перед собой и перед окном и глянул в глаза пациенту.

М. Ц. Вот. Да. А хрен его знает? Вроде бы менее кучно карие глядят, а может и не менее? Нет линейки. Но что за одну ночь чуда не произошло, так это факт. Ворон как косым был, так косым и остался. Прямо мурашки по коже от встречи с его глазами взглядом.

— Ладно, никто чуда и не ждал. Давай, ложись, ещё раз попробуем. Егорка и ты готовься. Ещё три минуты в него зелёного пламени вбухаешь.

Не пошло. Синяя энергия не пошла в чёрную голову Ворона. Хм, интересно, а чёрная энергия бывает? А вот зелёная пошла. С рук Егорки на голову Святослава зелёненькие огоньки побежали без понукания.

— Угум. Вот что, Святослав. Давай так. Ты сейчас постарайся головой ни во что не стукаться. Придёшь через седмицу. Или, если почувствуешь что с глазами… м… ну улучшение если почувствуешь. Да, там у вашего монастыря дедок юродивый вчера ошивался. в колпаке красном. Приведи его завтра после заутрени. Накормлю, одену в хорошую одежду, деньгу другую дам. И лекарскую энергию в него волью… если получится, — последнее Коська прошептал одними губами. Сам пока ничего не понимал, так зачем других обнадёживать, — Не знаю, как с глазами, а вот зубы, выбитые и выпавшие, у тебя снова вырастут. И больные залечатся. Ну и по глазам не отчаивайся, ни одна болезнь сразу не отступает. Это не сказка.

Было чем заняться и без юродивых. Нужно было утвердить номинал и образцы монет, что будут чеканить в Ростовском княжестве.

С номиналом долго спорили. Просто деньги сейчас — это не те копейки, к которым привык Константин Иванович.

Золотой царский червонец⁈ Да это такая огромная сумма, что на неё почти и покупать нечего. Ну, разве аргамака. Или меч харалужный. Тогда зачем их чеканить? Этот вопрос ему боярская дума, где и обсуждали чеканку монеты, сразу в лоб выкатила. Нужна только деньга. Рубль? Ну рубль, но монета в сто шестьдесят грамм — это дебилизм. Один раз, кажется, Екатерина дала команду выпустить медные рубли для обеспечения своих бумажных денег. Пересчитали вес серебра в медь и выдали так называемый сестрорецкий рубль массой под килограмм. Девятьсот с чем-то там грамм. Шайба такая диаметром под восемьдесят миллиметров. Увидела Екатерина пробник и послала эту затею куда подальше. Как-то в интернете попалась Константину Ивановичу статейка, что даже не те самые рубли,

а новоделы были проданы на аукционе нумизматам за три с чем-то миллиона рублей. Нужно и ему таких рублей начеканить немного, пусть в будущем коллекционеры за них бьются.

Но это так. Сейчас же нужно решать, что чеканить. Пробные монеты — ростовские дукаты готовы. Маленькая золотая монетка в четыре грамма. И двойной дукат есть. Его при восьми граммах золота и обозвал Коська червонцем. Червонец Николая второго весил как раз в районе восьми грамм.